Нина сидела на кухне, мирно попивая утренний кофе, когда в дверь вдруг позвонили. Открыв её, она увидела свою свекровь Ирину Михайловну, а за ней — ещё троих малознакомых ей родственников, которые выглядели как-то слишком взбудоражено для такого раннего утра.
— Здравствуй, дорогая! — свекровь, словно королева с торжественным видом, обвела квартиру взглядом и чуть подтолкнула родственников во внутрь. — Вот, познакомься. Это тётя Люба, её муж Иван Сергеевич и их внучок Игорёк! Приехали на недельку по городу погулять, развеяться. Ну и, конечно, остановятся они у нас, в смысле, у тебя, дорогая моя! У нас тут просторно, не то что в гостиницах.
Нина замерла, переваривая всё услышанное.
— Здравствуйте, — наконец ответила она, вежливо улыбнувшись, но внутри уже кипело негодование. — Подождите, вы хотите сказать, что они у нас... поживут?
— Ой, ну что ты! — махнула рукой свекровь. — Ну подумаешь! Близкие родственники же. Мы им тут на диванчике местечко организуем, из гаража принесешь раскладушку. Ты же сама знаешь, гостиницы нынче очень дорогие, а у тебя и диван раскладывается, и пледик есть. Всё, всё продумано!
Нина закусила губу, уговаривая себя не устраивать скандал на ровном месте.
Она кивнула, но тут же, стараясь держать голос как можно спокойнее, сказала:
— Ирина Михайловна, а ничего, что меня никто и не спросил? Всё-таки это моя квартира тоже.
— Ну а зачем тебя спрашивать-то? — возразила свекровь, отмахиваясь, словно от надоедливой мухи. — Родственники ж! Родные люди, не соседи какие-нибудь. А ты не возникай, Ниночка. Чего ты против-то? Принимай гостей лучше!
В этот момент Нина почувствовала, что всё — предел. Но как назло, прямо сейчас рядом не было её мужа, Лёши, который обычно сглаживал углы в таких случаях.
Он, бедняга, угодил в больницу с вирусом, поэтому Нина решила, что лучше сначала позвонит ему и прояснит, что же он думает на этот счёт.
Она скрылась на кухне, набрала номер мужа и, услышав его голос, едва не сорвалась на шёпот:
— Лёш, а тебе мама рассказала про своих «гостей»?
Лёша вздохнул:
— О, да, Нин, я в курсе. Но ты понимаешь, мама у нас такая — любит всё решать сама. Не переживай, ты ведь имеешь право не соглашаться.
— То есть я могу сказать им, что они не останутся тут ночевать? — уточнила Нина, чувствуя, как постепенно возвращается спокойствие.
— Конечно, можешь. Ты хозяйка квартиры, Нин. А ещё лучше, — добавил он, чуть понизив голос, — пусть она сама ночует с ними, раз так хочет. Ты-то тут при чём?
Нина едва сдержала улыбку. Муж её понимал как никто. Она вышла обратно в гостиную, где свекровь уже вовсю раскладывала подушки для родственников.
— Ирина Михайловна, — обратилась она к свекрови с вежливой, но настойчивой улыбкой. — Мы с Лёшей всё обсудили. Гости, конечно, могут остаться, но только до вечера. Родня-родней, но на ночлег я их не планирую оставлять.
Ирина Михайловна застыла, как статуя, услышав это. Она вытаращила глаза, но тут же взяла себя в руки.
— Что значит «до вечера»? Они же к нам приехали отдыхать! Где им ещё ночевать-то?
— Ну как где? — пожала плечами Нина. — Может, навестят других родственников, или же мы найдём для них поблизости недорогую гостиницу. Всё-таки у нас не общежитие, верно?
Сказать, что свекровь была ошарашена — ничего не сказать.
Она молчала секунд тридцать, не веря собственным ушам. Её родственники тоже начали переглядываться. Видимо, никто не ожидал, что Нина вдруг окажется с характером.
— Да кто ж так делает-то! — наконец выпалила Ирина Михайловна, восклицая так, что на неё стали оглядываться соседи на лестничной площадке. — Родня, родная кровь! А ты тут, как в крепости в осаде!
— Но ведь это и моя квартира, Ирина Михайловна. И пока я здесь хозяйка, я сама решаю, кого и на сколько принимать, — твёрдо ответила Нина, глядя прямо в глаза свекрови.
Родственники свекрови стали как-то неловко переминаться с ноги на ногу. Тётя Люба всё пыталась заговорить Нину, но, почувствовав холодное отношение хозяйки, сдалась.
— Ладно, Ниночка, мы на вас не в обиде, правда, — примирительно заговорила тётя Люба, — найдём мы себе местечко на ночь. Чего уж тут. Спасибо, что хотя бы вечером у вас побываем.
Нина была максимально гостеприимна: ухаживала, готовила кофе, вкусные угощения. Когда вечер подошёл к концу, Нина собрала всем сумки с угощениями и, любезно улыбаясь, выпроводила гостей.
Свекровь ушла последней с очень недовольным видом. Поняла ли она, что её наглость получила достойный отпор? Едва ли. Но Нина почувствовала себя легко и свободно, когда за гостями закрылась дверь.
Она доказала — своё пространство нужно отстаивать.
На следующий день Лёша вернулся из больницы и, услышав об отважном поступке Нины, не удержался от смеха.
— Ты прямо молодец, Нин! Вот так и надо с ними, а то уже привыкли, что мы — бесплатный пансион и столовая!
С тех пор родственники свекрови больше не появлялись без спроса, а сама Ирина Михайловна начала смотреть на Нину иначе — с уважением и… лёгким опасением.