Лена с трудом сдерживала слезы, глядя на брата с невесткой, расположившихся на уютном диване в маминой гостиной. Эта квартира была её домом, её убежищем после смерти мужа... А теперь они с наглыми ухмылками заявляют, что она должна переписать её на них.
— Ну что ты так смотришь, сестрёнка? — Максим развалился на подушках, закидывая ногу на ногу. — Давай, соглашайся. Тебе-то всё равно одной здесь не управиться.
Рядом с ним Юля, его жена, кивнула, поглаживая круглый живот:
— Да, Лен. Мы уж тут о тебе позаботимся. Ты сможешь хотя бы в гости приходить, когда внучка родится.
Лена сжала кулаки, чувствуя, как злость неудержимо вскипает внутри.
— Это мой дом, — сквозь зубы процедила она. — Я здесь жить буду, пока сама не решу иначе.
— Да ладно тебе, — Максим махнул рукой. — Ты здесь одна маешься. А у нас семья скоро будет. Нам эта квартира больше подходит.
— Это не ваша квартира! — Лена не выдержала и повысила голос. — Она досталась мне и маме после отца. А вы тут как снег на голову...
Юля укоризненно покачала головой:
— Лена, ну не будь такой упрямой. Мы ведь семья, в конце концов. Должны помогать друг другу.
— Помогать? — горько усмехнулась Лена. — Да вы только и делаете, что требуете! Когда мама умерла, тоже начали давить. А теперь квартиру отнять решили?
— Ну, — Максим вальяжно закинул руки за голову, — мы с Юлей подумали... Вдвоём справимся лучше, чем ты одна. А на твои нужды мы денег подкинем.
— Хватит! — Лена уже не могла сдерживать слёз. — Это мой дом, слышите? Мой! Я здесь выросла, я здесь живу. И не собираюсь никуда переезжать!
Максим нахмурился:
— Ну, Лен, не упрямься. Подумай о ребёнке хотя бы. Внучке нужно будет где-то расти.
— Моей внучке? — Лена горько рассмеялась. — Да вы даже не спросили, хочу ли я нянчить ваше дитя! Это ваш ребёнок, а не мой.
Юля с укором посмотрела на свёкра:
— Видишь, Макс? Я же говорила, что она не поймёт. Ну что ж, придётся действовать по-другому.
Лена похолодела, увидев в её глазах холодный расчёт.
— О чём вы?..
— Ну, — Максим чуть подался вперёд, — если уж ты так упряма... Придётся через суд разбираться. Юля знает хорошего адвоката, он тебя быстро заставит согласиться.
— Суд? — сердце Лены пропустило удар. — Вы... вы хотите отсудить у меня квартиру?!
— А что нам ещё остаётся? — Максим пожал плечами. — Ты не хочешь по-хорошему, придётся по-плохому.
— Но... это же мамино наследство! — Лена в отчаянии посмотрела на них. — Как вы можете?..
— Наследство, — Юля сморщила нос, — да кому оно нужно, если оно уже ничей не приносит? Тебе одной эта квартира точно не по карману.
— А нам — в самый раз, — Максим скривил губы в насмешливой улыбке. — Так что, Лён, подумай хорошенько. Пока я не задействовал своих адвокатов.
Он встал и, небрежно кивнув, направился к выходу. Юля, бросив на Лену холодный взгляд, поспешила за ним.
Когда за ними захлопнулась входная дверь, Лена рухнула на колени, сотрясаясь от рыданий. Они... они действительно хотят отобрать у неё последнее, что осталось от родных?
Но это её дом! Их с Сашей дом... Её убежище, где она прячется от одиночества и боли. Здесь каждый уголок, каждая вещь напоминают о близких ей людях.
Нет, она не отдаст этого. Ни за что! Даже если придётся драться до последнего. Этот дом — её единственная надежда, её маленький кусочек счастья. И она не позволит его отнять.
Ведь в этих стенах всё ещё живы воспоминания о родителях, о муже. О той прежней, счастливой жизни. А без них она просто не сможет.
И пусть брат с невесткой сколько угодно угрожают судом... Лена будет бороться. Даже если ей придётся сражаться всю оставшуюся жизнь.
Потому что эта квартира — её последний оплот. Её последняя надежда.