*в настоящее время перевод названия звучит как "Обретая себя"
***
“Человек, переставший пить и курить, приобретает ту умственную ясность и спокойствие взгляда, который с новой, верной стороны освещает для него все явления жизни” (с) Л. Толстой
***
Драма “Выгон” с Сиршей Ронан в главной роли поставлена режиссёром Норой Фингшайдт (Nora Fingscheidt).
Она же занималась постановкой драмы “Непрощённая” (2021, The Unforgivable) с Сандрой Буллок в главной роли. На Берлинском кинофестивале 2019 года Нора Фингшайдт получила Премию Альфреда Бауэра и Приз газеты Berliner Morgenpost за драму “Разрушительница системы” (Systemsprenger).
У всех выше названных фильмов есть одна общая черта – Нора Фингшайдт изучает жизнь женщин в разных жизненных ситуациях, а если ещё точнее, то адаптацию женщин, кому в чём-то в судьбе не повезло.
В “Непрощённой” Рут Слейтер выходит на свободу после двадцати лет заключения, ей предстоит адаптироваться в обществе и наладить отношения со своей младшей сестрой; в “Разрушительнице системы” девятилетняя девочка Бенни с асоциальным поведением никак не может прижиться ни в одной приёмной семье, а собственная мать её боится; в “Выгоне” 29-летняя безработная Рона, дочь разведённых родителей, пытается обрести трезвость – она просит упечь её в реабилитационный центр, но желание выпить алкоголя накрывает её с такой силой, что она не знает, куда от него скрыться.
Сценарий драмы “Выгон” написан по одноимённому дебютному роману-мемуарам Эми Липтрот (Amy Liptrot). Он был впервые опубликован в 2016 году.
Эми Липтрот – британская журналистка. Она выросла на овцеводческой ферме в Оркни (Оркнейские острова у северного побережья Шотландии), десять лет жила в Лондоне, где развлекалась и гуляла с друзьями, употребляя алкоголь и запрещённые вещества. Это не прошло бесследно – она потеряла работу, дом и бойфренда из-за бесконтрольного употребления. Она выпивала больше, чем все её сверстники. Ей нравилось изменение настроения и ослабление контроля за поведением. Она всегда искала способ выпить побольше, её привлекала идея опьянения с самого первого опыта выпивки.
Чтобы прийти в себя, она вернулась на родину, где сначала помогала отцу на ферме, а потом устроилась в общество наблюдения за птицами и отслеживала популяцию коростелей. Собственно, всё это отражено в фильме. Но имя главной героини заменено с Эми на Рона.
Описание книги немного напоминает мемуары Лидии Юкнавич “Хронология воды”, а сама экранизация по монотонному повествованию и очень чуткому визуальному ряду – “Аммонит” и “Божью землю” Фрэнсиса Ли, “Солнце моё” Шарлотты Уэллс и “Животных” Давида Дастмалчана.
Драма “Выгон” – это исповедь алкозависимого, которого не отпускает стакан с виски на стойке бара и громкая музыка вечеринок. Но, если музыка не приносит вреда (если её просто слушать, а не возвращаться мысленно на хмельной пир), то из-за чрезмерного употребления прерываются связи и ждёт только одиночество.
Повествование в фильме не линейное: в картину настоящего Роны с проживанием в окружении дикой природы встроено множества флэшбеков (часто смазанных и нечётких, чтобы художественно передать затуманенное сознание), в которых у Роны случались припадки, пьяный секс, хулиганство, преследование бойфренда, который больше не хочет верить, что она завязала, ночёвка на улице под деревом, падение в канаву, попытка изнасилования.
Рона мечтала вырваться из своего скучного Оркни, где кроме природы ничего нет, но, оказавшись в мегаполисе, полном хаоса и соблазнов, ничего кроме отчаяния она не обрела. Но и тишина родного Оркни не принесла ей облегчения – здесь она всё же осознала, что без алкоголя она чувствует себя грустно; отчаяние в том, что она долгое время не могла обрести радость в трезвости, то есть соединить эти понятия воедино (радость в трезвости). И это звучит из её уст как-то обречённо. Казалось, перед ней была возможность обновления, но звуки природы оказались не так сильны, чтобы сделать это с лёгкостью.
Я сначала думала, почему бы не перевести название фильма просто как “побег”, но, поискав информацию, выяснила, что слово "outrun" относится к невозделанному пастбищу на краю оркнейской фермы родителей Эми Липтрот, которое тянется к низким скалам, избиваемым атлантическими бурунами. Эми Липтрот в интервью журналисту Independent объясняла, что в детстве у неё была свобода идти куда угодно, всё равно территория была ограничена, но для маленькой девочки уйти на край фермы было довольно рискованно. Так что она рисковала.
Рассматривая название мемуаров и экранизации с этой точки зрения, то главная героиня в своей жизни зашла слишком далеко – рискованно далеко – с употреблением. Она ушла на самый край невозделанного разума, где он нелогичен и разбит. А потом в попытке обрести трезвость она ровно так же стала постигать неизведанные уголки жизни, которые были для неё закрыты в угаре вечеринок. В фильме есть момент, когда отец Роны просит дочь не уезжать с фермы: “У выгона рухнула парочка преград”. Давая понять, что она может ему в этом помочь и она должна быть рядом.
Есть в этой фразе “рухнула парочка преград” двоякое звучание: с одной стороны, это, конечно, относится к ферме; с другой, это метафора к жизни и самой Роны, и её отца. Её отец с подросткового возраста страдал от биполярного расстройства. Когда родилась Рона, у него случился очередной эпизод, и он не мог взять новорожденного ребёнка на руки. Сама Рона не раз была свидетелем эпизодов, настигающих её отца, как он заявлял, что умеет управлять природой и погодой. Взрослая Рона тоже говорила, что умеет это – то ли в шутку, то ли всерьёз. И в этом есть подвох. Рона многое взяла от отца – его расстройство, алкоголизм; невзирая на это, она его очень любит. Как ни ужасно это, но, чтобы выжить, ей нужно было расстаться с ним, то есть повторить поступок матери.
Как бы фильмы о зависимых ни заканчивались, самым важным их посылом является предостережение об опасности, то есть как делать не надо. Рона напивалась до потери памяти, у неё были галлюцинации, она обвиняла мать во всех грехах, а в финале шла по весеннему острову словно бы вперёд к светлой жизни. Это показано не для того, чтобы смягчить историю, а для понимания, как сложно добиться хотя бы короткого просветления, чего стоит заполнить пустоту, возникшую после того, как зависимый бросил употреблять, как сложно переучить значение понятия “кайф” – научиться получать его не из синтетических веществ и формул, а от простых вещей, вроде наблюдения за природой и общения с людьми на отстранённые темы.
Это не первый фильм о губительных пороках, но на моей памяти только в драме “Выгон” есть понимание самого зависимого, что он не может избавиться от порока, даже больше, признаётся в его важности для себя и в счастье быть пьяным. От чего становится ещё более некомфортно. Сирша Ронан, будучи очень хорошей актрисой, снова показывает класс – она передаёт мучения и страдания зависимого человека очень убедительно. Как пишет New York Times, “Сирша Ронан – одна из лучших актрис своего поколения и она – достаточная причина, чтобы посмотреть фильм с её участием”.
***
В фильме этого нет, но реальная Эми Липтрот в возрасте 23 лет переехала в Лондон, чтобы стать писательницей и журналисткой. В фильме Рона была студенткой биологического факультета. Эми была внештатным журналистом в изданиях The Face и New Musical Express (NME) и вела свой блог, который обрёл неплохой успех. Но из-за вечеринок – ночная жизнь иногда брала верх над сроками – она потеряла хорошие возможности продвинуться дальше. Она устроилась на дневную работу в отраслевой журнал, и её пьянство вышло из-под контроля, она даже нажила проблемы с законом. Её уволили и расторгли контракты.