«Вчера еще ушел, рано утром. Как обычно, за грибами. Только кто ж знает куда, лес то тут у нас немаленький! Заходил то всегда вот здесь, а куда уж потом брёл - одному богу известно. Ждали, думали вернется, да видимо уж всё, отжил свое. Старенький уж он совсем, слабый. 2 инфаркта перенес. А может вам бутербродиков с собой в лес-то нарезать? И огурчиков возьмите! И сейчас компотик еще принесу!» - всё суетилась дочь пропавшего дедулечки, теребя в руках его фотографию.
Фотография, надо заметить, на редкость хороша: стоит наш дед у своих же ворот, в той же одежде, что и в лес ушел. Серо-непонятного цвета ватник, рубаха под ним фланелевая, в клетку, и штаны-трико синие.
«Только он тут до инфарктов еще, сейчас немного схуднул» - щебечет дочь.
Милая ты наша, да если б нам все такие фотки предоставляли, мы б и находили может быстрее в разы!
Времени прошло много, уйти мог успеть далеко. Про телефон речи, разумеется, небыло.
Работа предстояла долгая, кропотливая, выматывающая. Мы все это понимали. Заранее предупредили своих, чтоб готовились утром подтягиваться к точке поисков.
Вечер и ночь тянулись долго. Результата небыло, лес приходилось перебирать чуть ли не по травинке, а огромная площадь поиска словно насмехалась над нами: мы заканчивались, а лес - нет.
С рассветом из города передали, что в подмогу выехали дополнительные экипажи. Идем их встречать, на адрес дедулика.
В доме никто не спал. В напряженном ожидании они ждали от нас новостей, но нам нечем было их порадовать.
«Да вы зайдите, хоть подремать немного, вон какие все учмоньканные» (здесь я сохраняю орфографию дочери, очень запомнилось это слово, с такой настоящей заботой сказанное)
Отказываемся: понимаем, что сейчас коснуться виском подушки - значит выпасть из реальности в прочный сон на ближайшие сутки. Не спать! Но ноги громко молчат на нас благим матом.
Приземляемся прямо на лужайку перед домом в ожидании прибытия сменяющих групп… и предательски проваливаемся в дремоту.
Просыпаюсь от того, что Рыжая (да, у нас у всех есть что-то вроде позывных) толкает меня в бок:
Смотри! Да посмотри ты!!
Протираю глаза - к дому, аккуратно перешагивая через нас и ничуть не смущаясь, топает наш дед. Зашел в калитку и спокойненько скрылся за крыльцом.
Живой?!
Подскочили, бежим в дом.
Как он? Скорая нужна? Как себя чувствует?
Дочь в недоумении. Нашли чтоль? Где? Когда?
Стоп. Он только что мимо нас (точнее через нас, если буквально) в дом зашел.
Дочь бледнеет. Померещилось вам, говорит, не возвращался, я б заметила!
Ну ладно одной померещиться могло. Но нас-то двое! Как там в простоквашино говорили - это только гриппом вместе болеют, а с ума по-одиночке сходят!
Ну видели мы деда, ну вот минуту назад видели! Ровнехонько как на фотографии!
Иваааааан, поди сюда, обсмотри дом, говорят папка наш заходил!- кричит куда-то дочь.
И выглядывает Иван. Сын дедулика пропавшего. Одно лицо с ним. В синих трико, ватнике и клетчатой фланелевой рубахе…
P.s. Деда нашли только на второй неделе поиска. Действительно очень неблизко.
Не живым, конечно.
