Иван был очень молодой, но уже сильно пьющий. Его жена Нюшка тоже любила заложить за воротник. Вид она всегда имела распущенный, потрепанный, и некоторые жители деревни её презирали как женщину.
Однажды в ледостав она в реке и утонула.
А дело было так, пошла через реку по льду в деревенское сельпо за водкой, на обратном пути не выдержала, и водку всю выпила. Ну, или почти всю.
В пьяном виде Нюшка начала горланить песни, и уже ничто не могло её остановить. Будучи в состоянии невменяемом, она подошла к берегу реки как раз напротив избушки, в которой жил Иван.
- Ванька, пройдоха! Выходи-ка наружу, глянь на меня, какая я красивая!
Иван накинул полушубок и валенки на босу ногу и вышел, будучи исключительно в позитивном расположении духа. Стоя на берегу, он глядел на пьяную жену, весело и с криками скачущую на льду реки по направлению к берегу.
Страшное предчувствие посетило Ивана, и он нервно закричал:
- Нюшка, дурында, хватит дурью маяться, не прыгай там на льду-то! Давай к берегу скорей, не ровён час лёд-то проломится!..
Вот как в воду глядел Иван.
Так и вышло: не дойдя до берега метра два, Нюшка с головой ушла под внезапно проломившийся лёд. Только её и видели.
Иван завизжал в ужасе, скинул шубейку и кинулся, было, к реке. Лёд с виду был ну очень уж тонкий.
Несмотря на это, Иван лёг на живот и осторожно пополз к той полынье, в которую ухнула Нюшка. Дополз до полыньи, заглянул в глубь туда, а там - только черная, непроглядная тьма, и никакой Нюшки уже не видно.
Еле доползший до берега обратно, Иван уткнул лицо в снег и зарыдал как телёнок. Всё было кончено. Нюшка ушла навсегда.
Иван лежал на снегу, не замечая, как грызущий холод проникает сквозь шубейку. Холод вместе с горем взялись как бы заодно, и грызли душу.
А тут ещё воспоминания о Нюшке обрушились на Ивана, как непогода на деревню. Всё было в их жизни: и смех, и ссоры, и радости, и всякие печали.
Он вспомнил, как изящно она танцевала на праздниках. Как умела зажечь огонь в душе с каждой выпитой рюмкой.
Теперь этот огонь погас в темной мгле зимней реки, и осталась лишь пустота.
Скоро начали собираться деревенские жители на берегу. Они чесали носы и щеки от мороза и шёпотом обсуждали случившееся.
Иван не чувствовал стыда, только безмерную печаль.
Жители могли бы предложить помощь, хотя бы материальную. Но все знали, что Нюшка не была образцом добродетели, а пьющим людям на Руси подавать не принято.
Иван лежал на снегу лицом вверх, глядел в серое небо и даже не слышал разговоров вокруг. Его любовь была слепа к недостаткам характера жены, а мнение других не интересовало.
Время шло, так пронеслись мимо несколько месяцев...
Ощущение потери так и оставалось невыносимым.
Регулярно Иван выходил на берег и глядел на ледяную гладь реки. На место последнего пристанища его жены Нюшки.
Иногда он отчаянно кричал её имя в пустоту над рекой, словно надеясь, что Нюшка откликнется и вернётся.
Но ответом зимней реки было лишь безмолвие. Река равнодушно несла свои льды и холодные воды к далёким берегам. Ведь реке безразличны людские судьбы...