- А как же я? – со слезами в голосе спросила Милка.
- А что – ты? Живи, как хочешь: ты - хозяйка своей судьбы. А сердцу не прикажешь!
Да, сердцу не прикажешь, но, все равно, это было несправедливо!
Причем, несправедливо в квадрате, кубе и даже четвертой степени: от девушки ушел муж!
А как же вечная любовь, которой желали на свадьбе? И, которая, как казалось тогда, у них обязательно будет!
И, действительно - три года она была, а потом все произошло, как в одном старом и замечательном фильме про крепостную актрису.
Там один из главных героев произносит сакраментальную фразу: Я буду любить тебя вечно один месяц…
И Виктор любил ее, и даже не один месяц, а целых тридцать шесть! А это число условно причислено к норме: это – показатель нормальной температуры.
А потом наступила патология, и муж ушел.
Да, ушел любимый Виктор – ее победитель! Наплевав на известное «и в горе, и в радости».
И сказав, что она перестала устраивать его, как женщина:
- Ты ужасно разжи...рела. А жить со св..ей я не могу. Поэтому, извини, милая Мила.
Муж часто звал девушку «милая Мила». Хотя слово девушка применительно почти к центнеру живого веса звучало теперь несколько угрожающе: в последнее время жена набрала много лишних килограммов.
И симпатичная пухленькая и задорная «девчуля» плавно перешла из разряда первой стадии ожирения, вызывающей зависть, почти сразу в третью - вызывающую жалость.
Быстро пройдя промежуточную, вторую: которая вызывает у окружающих насмешку.
С жалостью тут тоже было не все ладно: жалость она вызывала у всех, кроме Витюши.
Да, мужчина не шибко церемонился с поправившейся женой и отвечал на все любимой фразой одной известной балерины:
- Ж...рать надо меньше! Заклей себе рот, что ли. Или зашей, если больше ни на что не способна.
Как-то постепенно вежливый и любящий Витя превратился в наглого и ненавидящего Милу мужика.
А Мила и жр..ала-то немного, выражаясь его словами: виной всему была приклеившаяся к девушке болячка – гипотиреоз.
Ну, и то самое нарушение обмена вещей, как говорила ее бабушка.
Кто же знал, что эта самая щитовидная железа такая коварная? Когда спохватились, ее функция уже была значительно нарушена.
Но муж любит жену здоровую. А здоровья у Милки, за последнее время, значительно поубавилось.
И, почему-то, Витя не захотел войти в ее положение, даже наоборот - стал испытывать к жене растущее раздражение и относиться к ней с каким-то презрением, что ли: как будто она была виновата в том, что заболела.
Ну, и постепенно любовь мужа прошла: логическая цепочка была выстроена правильно.
Но от этого девушке было не легче: три года совместной жизни давали себя знать. К тому же, она продолжала любить своего Витеньку.
Хотя и не очень умного, не очень работящего и не сильно разбирающегося, как оказалось позже, в тонкостях ин.тим.н.ой жизни: он был у девушки первым. А сердцу не прикажешь…
Короче, никакой тебе «Камы с утрА», как шутила Милкина продвинутая бабушка Зинаида Петровна, преподававшая раньше в школе биологию и постигшая премудрости опыления и гетерозиготности гамет.
Поэтому, по первости, Мила испытывала нечеловеческие страдания. И не только от отсутствия рядом любимого мужа, а от его предательства: что бросил в период болезни и не помог преодолеть трудности.
Что ушел к той, что лучше: хочу, чтобы рядом была модель, а не это вот все! Рыба ищет, где глубже, и ты должна это понять!
И что просто переступил через ее любовь, мольбы и просьбы остаться, зачеркнув совместно прожитые годы «легким движение кисти»: разве это не предательство?
И как можно продолжать с таким грузом на душе жить, скажите люди добрые? Вот-вот – практически невозможно. Значит…
От глупости и беды девушку спасла все та же баба Зина, которой никогда не нравился избранник внучки: именно к ней приехала расстроенная девушка – жить одной на съемной квартире было накладно.
- Ты что, все это – серьезно? – бушевала бабуля, сразу пошедшая в нападение, чтобы как-то встряхнуть Милку. - Зачем тебе этот огрызок?
У него же один выпен..др.еж! Вот и сейчас променял тебя на какую-то ... !
Да, Зинаида Петровна умела утешить! А кроме нее у девушки никого не было: родителей она лишилась несколько лет назад – они разбились в автоаварии.
- Он же у тебя – байстрюк с закидонами! Модель ему подавай! – продолжала неугомонная бабушка.
- Почему байстрюк? – слабо отбивалась лежащая на диване в депрессии грустная Милка, осведомленная о значении этого слова: баба Зина постаралась привить внучке максимум знаний.
- Да это я - для пущего эффекта! Ну, альфонс, если тебе так больше нравится - сел на тебя и погоняет.
И что ты за него уцепилась-то, не понимаю? Да и выглядит, как самец аскариды – оплодотворил и ум.ер!
Бабушка-биологиня знала толк не только в опылении крестоцветных…
- Да люблю я его, ба! – пыталась донести до старушки свои чувства девушка.
- Ой, я тебя умоляю! Что ты уперлась в эту вечную любовь? Да и чего там любить-то – один пшик!
И ладно бы – был просто д...к: это мы пережили бы как-нибудь. Но он же д...к с инициативой и претензиями. Вот, в чем беда!
Сам-то ничего из себя не представляет, с туда же со своим сви..ным рылом: не хороша, видишь ли, ему такая раскрасавица и разумница!
Это мы еще поглядим, нужен ли он нам! За душой – рубль, а понтов – на тысячу!
Несомненно, смысл в словах Зинаиды Петровны был. Но любовь не только слепа, но и глуха.
И, все-таки, речь бабули несколько отвлекала девушку от мрачных дум хотя бы тем, что нужно было как-то протестовать и парировать ее высказывания.
- А ты бы не лежала, - не останавливалась на достигнутом старушка. - Хоть полы бы подмела – мне одной-то не справиться.
Да и двигаться полезно. Ты же не хочешь стать еще толще?
Стрела попала в цель: конечно, куда уж толще! И так скоро кожа треснет…
И, коротко вздохнув, жи.рная девушка с хорошеньким личиком спустила ноги с дивана: твоя взяла, ба.
И они стали жить, как жили до замужества внучки. С той только разницей, что Милка шевелилась менее интенсивно и выглядела менее изящно.
- Ничего, моя милая, – утешала бабушка. – Это мы с тобой наладим. Просто тебе нужно найти хорошего эндокринолога и выбросить из своей хорошенькой головки мрачные мысли, чтобы потом не заедать стресс.
Нашли эндокринолога, который изменил дозу гормональных препаратов. А потом – диетолога, который все расписал по пунктам. Ну и последнее – был куплен абонемент в тренажерный зал…
- Мне стыдно, ба, - плакала внучка после первого занятия. – Я там самая толстая.
- А ты – через не могу! Просто представь, что будет с твоим бывшим – они уже к тому времени развелись - когда он увидит тебя прежней красавицей: слюной от зависти изойдет!
Да, для этого стоило постараться! Да и стыд – не дым: глаза не выест…
Стыд глаза не выел, а вес стал уходить. Но уходил крайне медленно, и очень хотелось все бросить: хотя потеря килограммов, все-таки, происходила.
И, вместе с исчезновением лишнего жира, уходили и чувства к бывшему мужу: вечная любовь куда-то делась. Наверное, канула в вечность… И стало гораздо легче.
Все происходило, как с Катей Тихомировой из любимого фильма, которая сначала хотела, чтобы любимый человек узнал об ее успехах. Но потом ей стало все равно: так бывает, когда исчезают чувства.
Через десять месяцев, совершенно случайно, похорошевшая милая Мила столкнулась с бывшим мужем в торговом центре.
Перед ней стоял обрюзгший и лысеющий мужчина, в котором она с трудом узнала своего «победителя». Или, все-таки, проигравшего?
А рядом, видимо, была та самая модель, к которой он тогда ушел.
А где модельные габариты? – захотелось спросить бывшей жене. Но она не стала расстраивать Виктора, и без того выглядящего встревоженным и смущенным.
Ведь его новая спутница не выдерживала никакого сравнения с бывшей женой, за сравнительно короткий срок превратившейся в ослепительную красавицу.
Они перекинулись парой ничего не значащих фраз, причем, мужчина все время поедал бывшую глазами. Ну, что, пошла слюна? Смотри, не захлебнись!
В принципе, говорить ей с ним было не о чем. А с толстой неуклюжей теткой, переминавшейся рядом, тем более. Поэтому, разговор был быстро свернут.
И, главное, Мила не испытывала никакого сожаления по этому поводу - только чувство глубокого морального удовлетворения и радость: а хорошо, что он тогда ее бросил…
Чего нельзя было сказать о бывшем муже: да, недооценил он Милку-то! И, видимо, свалял здорового дурака.
- Кто молодец? Я молодец! – сказала себе девушка, выйдя на улицу.
И поехала на свидание к своему любимому человеку: ведь именно ему она покупала подарок на День рождения.
Да и разве может такая красавица долго оставаться без мужского внимания?
А, в заключение, несколько зарифмованных строк по поводу этой самой вечной любви.
Любовь бывает вечной? - Идут повсюду споры.
И диспуты. И шоу. Но ты меня пойми:
Любовь, бесспорно, вечна - меняются партнеры!
Ведь все они, конечно, не вечны, черт возьми!
А насчет самца аскариды бабуля была права: биология – наука конкретная…
Автор: Ольга Ольгина