В Волжском городском суде 11 ноября огласили приговор матери двоих детей Алле Гуцуляк — 3,6 лет колонии общего режима и штраф в размере 200 тысяч рублей. Судья Кузь признала виновной волжанку в организации незаконной миграции. По словам Аллы Гуцуляк, обвинение строится на сомнительной подписи одного из понятых.
Алла Гуцуляк работала в центре, где контролировала процесс тестирования мигрантов. Она не оценивала результаты, а передавала ответы на проверку в столицу.
Во время очередного тестирования был проведен следственный эксперимент, который, как утверждает сторона обвинения, доказывает вину Аллы Гуцуляк. Уголовное дело было возбуждено на основании письменных показаний двух понятых, один из которых утверждает, что узнал о своём предполагаемом участии в судебных экспериментах, находясь в следственном изоляторе. После этого он написал заявление о том, что никогда не участвовал в данном следственном эксперименте и не подписывал никаких документов по этому поводу. Это заявление было опубликовано в нашем предыдущем материале.
Ни прокурора, ни суд не смутило то, что ключевой свидетель заявил о подделке своих показаний и подписи. Суд вынес приговор о реальном заключении женщины под стражу прямо в зале суда. Все это время Алла, находясь в роли обвиняемого, пыталась доказать, что она не нарушала закон, но ее так и не услышали.
После заключения волжанки под стражу, нам удалось встретить ее супруга в здании суда и узнать его мнение о решении.
«Она прошла и следственный изолятор, ей меняли камеры за ночь по три раза. Не давали постель. Она отсидела один год под домашним арестом. Я как супруг не проходил по делу ни как свидетель, ни как обвиняемый. У меня тоже изъяли транспорт на год без объяснений. Все объяснения, которые мы давали, нам на это отвечали, что она (Алла — прим. ред.) должна признаться. Она не признает свою вину и виноватой себя не считает», — рассказывает Виктор Гуцуляк.
Виктор Гуцуляк сообщил о неприемлемых, по его мнению, высказываниях государственного обвинителя в адрес адвоката. Также Виктор отметил, что суд не учёл тот факт, что у Аллы есть двое детей, один из которых ещё не достиг совершеннолетия, а у другого — серьёзное заболевание.
«Суд, если можно назвать его судом, не принимал никакие наши доводы. Любые доводы адвоката отвергались. Чтобы вы имели представление небольшое о судье. В ходе судебного заседания гособвинитель позволял себе обращаться к адвокату: «Закройте рот». Вот так проходил суд. Нам выдали не все материалы уголовного дела, чтобы мы ознакомились. Это не суд, а судилище. Суд не учел никаких обстоятельств, что у нас два ребенка, один из которых несовершеннолетний, а у другого тяжелое заболевание. Так нельзя, я понимаю, что проблема миграции стоит остро в нашей стране, но это должен быть суд, а не самосуд», — рассказывает Виктор Гуцуляк.
Николай Хомкин — текст