— Ваня, ты... ты что, серьёзно? — Валентина Юрьевна побледнела и замерла, словно её ударили под дых. Она метнула взгляд на мужа, который сидел в своём любимом кресле и лениво перелистывал газету. — Кирилл, ты это слышал?
Кирилл Константинович едва заметно пожал плечами, отложил газету и вздохнул, словно его отвлекли от чего-то важного.
— Слышал, конечно. Но я устал. Сыну, похоже, нужно самому всё обдумать, — пробурчал он, медленно поднимаясь. — А я пошёл спать.
Валентина проводила его взглядом, в котором читалось всё — и злость, и разочарование. Она обернулась к Ване, который сидел с опущенной головой, словно его только что крепко отчитали в школе.
— Ваня, ну ты сам понимаешь, что делаешь? — голос её дрожал от сдерживаемого гнева. — Эта... Таня! Она ведь даже вилку от ложки, наверное, не отличит! Как ты себе представляешь её в нашем обществе?
— Мама, ты преувеличиваешь, — Ваня устало потер лицо. — Таня — современная, умная девушка. И я её люблю.
— Любишь, говоришь? — Валентина Юрьевна прищурилась, словно перед ней был негодный ученик, который провинился. — Любовь у неё не к тебе, а к нашим деньгам! Подумаешь, наследник винного бизнеса... Да что она вообще знает о нашем мире?! Её ведь из деревни, наверное, только на экскурсию в город привозили.
— Хватит, мама! — Ваня встал и, не выдержав, хлопнул ладонью по столу. — Мне 28 лет, я давно сам зарабатываю и в состоянии принимать решения. Таня — моя невеста, и ты должна это принять.
Валентина фыркнула, как кошка, которой посмели перечить.
— Сначала посмотри на неё в другом свете. Вот и устроим проверку. Приглашу её на свой день рождения, посмотрим, как она будет выкручиваться в обществе, — бросила она с ледяной улыбкой.
Таня сидела у себя в мастерской и пыталась сосредоточиться на заказе. Но мысли снова и снова возвращались к утренней встрече с родителями Вани. Она не могла забыть взгляд Валентины Юрьевны, полный презрения и насмешки.
Телефон резко зазвонил, и Таня вздрогнула. На экране высветилось имя: Валентина Юрьевна. Сердце замерло, но она всё-таки ответила:
— Танечка, здравствуй, — голос Валентины звучал сладко и лживо. — Ты же скоро станешь нашей семьёй, поэтому я приглашаю тебя на свой день рождения. Это будет в субботу, в «Ля Рош», — её голос был полон не терпящего отказа высокомерия.
Таня ощутила, как её горло сдавило от подступивших слёз. Она понимала, зачем Валентина затеяла это приглашение.
— Спасибо, я приду, — ответила она тихо и положила трубку.
Едва разговор закончился, как слёзы брызнули из её глаз. Клиентка, сидевшая напротив, встревоженно наклонилась.
— Танечка, что случилось? Почему ты плачешь?
— Она... хочет меня унизить, — всхлипнула Таня, вытирая слёзы. — Этот ужин... Я знаю, что они задумали.
Клиентка прищурилась и, взяв её за руку, произнесла:
— Ничего, милая. Мы тебе поможем. Ты ещё удивишь их всех!
Когда Ваня узнал о планах матери, он сначала даже не поверил.
— Мама, ты что задумала? — он нахмурился, наблюдая за тем, как Валентина раздавала указания служанке. — Ты хочешь её опозорить?
— Ванечка, не горячись. Я просто хочу, чтобы ты увидел, как твоя избранница будет смотреться среди наших гостей. Если ты её так любишь, разве тебе будет важно, что она не умеет держать нож и вилку? — Валентина Юрьевна говорила сладким голосом, но в её глазах плясали хитрые искорки.
Интересный, новый канал с авторскими рассказами о любви:
Ваня, стиснув зубы, покачал головой и ушёл прочь, хлопнув дверью. Но внутри него клокотала ярость и беспомощность. Он знал, что Таня наотрез откажется от его помощи и денег. Она была слишком гордой, чтобы принять хоть что-то от его семьи.
В отчаянии Таня обратилась к Анастасии Кондратьевне — женщине, которая когда-то дала ей работу и помогла освоиться в городе.
— Таня, не переживай, — Анастасия стояла, упираясь руками в бока. — Ты покажешь им, кто ты есть на самом деле. У меня тут есть одно платье... Мы его чуть подгоним, и будет конфетка! А я тебя научу манерам — к их удивлению, вилки с ложками ты освоишь на раз-два!
Таня усмехнулась сквозь слёзы и кивнула. Внутри у неё забрезжил лучик надежды.
Настал день праздника. Ресторан был заполнен гостями. Валентина Юрьевна грациозно принимала поздравления и мельком посматривала на часы.
— Ванюша, а где же твоя невеста? — притворно удивляясь, спросила она.
— Она скоро будет, — буркнул Ваня, теребя манжет рубашки.
Но вот двери распахнулись, и Таня вошла. Все взгляды сразу обратились на неё. В шикарном платье, с высоко поднятой головой и лёгкой улыбкой на губах, она казалась словно сошедшей с обложки модного журнала. Гости замерли, а Валентина Юрьевна только и смогла, что слегка приоткрыть рот от удивления.
— Таня, это ты? — Ваня, заворожённый, шагнул к ней навстречу.
— Да, Ваня, это я, — она тепло улыбнулась и подмигнула ему. — Я решила, что раз пригласили, надо соответствовать.
Валентина Юрьевна была в бешенстве. Но все её попытки унизить девушку обернулись в прах. Гости шептались:
— Вот это да! Валя говорила, что невеста сына — простушка, а тут такая дама!
Когда праздник подходил к концу, Таня подошла к Валентине Юрьевне и тихо сказала:
— Спасибо за приглашение. Я надеюсь, вы довольны результатом?
Валентина лишь стиснула зубы и заставила себя натянуть фальшивую улыбку.
Уже на улице Ваня догнал Таню:
— Таня, ты была потрясающей! Ты показала всем, какая ты у меня замечательная! — он пытался взять её за руку, но Таня отстранилась.
— Ваня, я не могу быть частью твоей семьи. Я видела, как твоя мать смотрела на меня, — Таня смотрела прямо ему в глаза. — Я не хочу всю жизнь доказывать, что я достойна.
— Но я люблю тебя! — Ваня стоял, будто сбитый с толку.
— Ты, может, и любишь. Но твоей матери я никогда не буду нужна. Так что найди кого-то, кто будет угоден ей, — Таня развернулась и ушла, оставив Ваню стоять одиноко на улице.
Вскоре к ней подъехала машина, и Костя из окна улыбнулся:
— Тань, поехали! Ты сегодня просто покорила всех.
— Да, Костя... Я, наконец, свободна, — сказала Таня, садясь в машину с чувством облегчения.
Она уехала в ночь, оставив позади всё, что связывало её с этой семьёй.