Об этой троице ходили самые разные слухи. Декабрину осуждали, парней жалели. Говорили, мол, на двух стульях не усидишь, все равно придется выбрать кого-то одного. И она выбрала. Только вот сделала она это не по-человечески жестоко.
Лето откровений (15)
Чтобы не терять времени, Полина перешла сразу к делу. Находится в компании Жени было как-то некомфортно, тем более что, похоже, он расценил ее приход в гости по-своему.
— Я пришла, чтобы поговорить. И только для этого, — проходя во двор, с холодком пояснила Полина.
— Хорошо, — легко согласился Женя и швырнул дрова прямо на землю. — О чем хочешь говорить?
— О маме, — быстро ответила девушка и сцепила пальцы в замок. — Хочу знать, что с ней здесь произошло. Меня так бесит, что все всё знают, но мне никто ничего не рассказывает!
Женя несколько секунд внимательно изучал Полинино лицо, затем худой рукой указал на дом:
— Зайдешь?
Полина замерла в нерешительности. Заходить ей не хотелось. В идеале было бы чудесно, чтобы парень выдал всю необходимую ей информацию прямо здесь, и она смогла бы быстренько убежать к Диего, но Полине что-то подсказывало, что так не получится. Отталкивать его сейчас, когда она по глазам видела, что Женя готов ей выложить всё, было бы глупо, поэтому пришлось принять приглашение.
“Чего ты так испугалась? — корила она себя, вглядываясь в свое отражение в небольшом зеркальце, висящим на стене в прихожей. — Вот если бы, по какой-то причине, его бабушки не было дома, еще можно бы было понервничать, а сейчас соберись, пожалуйста”.
Женя выдал ей тапочки, лучезарно улыбнулся и поманил ее в комнату. Полина уже была здесь, деревянный домик на первый взгляд показался ей крошечным, но уютным, однако теперь от запаха нагретого солнцем дерева в горле вставал ком, а от сквозняка из открытых окон волосы вставали дыбом. Наверное, ощущение тревоги появилось из-за вспомнившихся слов Диего, когда он попросил ее дать обещание больше не приходить в этот дом. Нашелся тоже командир! Да ноги Полины бы здесь не было, если бы Диего первым рассказал ей всё. Так что сам виноват.
— Где твоя бабушка? — встряхнув волосами и отгоняя дурацкие мысли, спросила Полина. — Я бы хотела поздороваться.
— А бабуля уехала в город, — беспечно отозвался Женя.
Сердце Полины замерло. Не контролируя себя, она развернулась обратно к двери, однако Женя стремительным движением преградил ей путь. Девушке показалось, что в его глазах зажегся темно-синий дьявольский огонь. Вот теперь можно было и паниковать...
— Не глупи, — серьезно глядя в испуганные глаза Полины, сказал Женя. — Ты хотела узнать о матери, так садись и слушай.
Декабрина была популярна. Популярна настолько, что в нее были влюблены практически все парни деревни. А вот ей никто не нравился. А если и нравился, то она очень хорошо это скрывала. До поры до времени. Когда ей исполнилось шестнадцать, и она в очередной раз приехала на каникулы, Декабрина стала дружить с двумя парнями. Они везде ходили вместе, много смеялись и многим делились друг с другом. Хоть они всегда и вели себя благоразумно, со стороны было понятно, что Костя и Лева (так звали ее друзей мужского пола) влюблены в Декабрину по уши, а она... Что было у нее на уме никто не знал.
Костя был из неблагополучной семьи, безответственный разгильдяй, связавшийся с сомнительной компанией. Лева же был совсем другим: любил книги и природу, романтизировал всё вокруг, постоянно таскал в дом беспризорную животину. У них не было вообще ничего общего, только она, одержимость Декабриной.
Об этой троице ходили самые разные слухи. Декабрину осуждали, парней жалели. Говорили, мол, на двух стульях не усидишь, все равно придется выбрать кого-то одного. И она выбрала. Только вот сделала она это не по-человечески жестоко.
— Ты специально? — психанула Полина, не выдержав гнетущей тишины. — Можно без драматических пауз по пять минут?! Что было дальше? Кого выбрала мама?
— А ты нетерпеливая. Такая вспыльчивая, — заметил Женя и одарил девушку странным взглядом. — Хоть вы с матерью не похожи внешне, готов поспорить, в вас обеих это есть.
— Что “это”?
— Звериная жестокость. У Декабрины было два преданных поклонника, и, угадай, где они теперь?
Полина отвела глаза и до боли закусила щеку изнутри. Ей захотелось уйти. Ей больше не хотелось знать правду. Пусть она лучше будет жить в неведении.
— Под землей, — на этот раз обошлось без пауз. Женя смотрел на Полину, впитывая каждую ее эмоцию и будто бы упиваясь этим. — Понимаешь теперь, почему вас здесь не очень-то любят?