2.2. О осознании собственности.
Собственность как таковая и её понимание возникает задолго до появления производящего хозяйства. Более того, некое понимание собственности мы находим и у животных. Так, например, территория, где охотится хищник – это его собственность. Он её защищает, за неё дерётся. Это не значит, что зверь имеет понятие о собственности. Но на эмоциональном, инстинктивном уровне, на уровне поведения, это явление присутствует наглядно.
Собственность возникает там, где возникает конкуренция за ресурсы. Там, где обнаруживается их нехватка, их ограниченность. Если у вас безграничное количество ресурсов, то нет нужды делить их с кем-то и определять: это моё, а это чужое. Например, воздух пока ещё доступен всем и бесплатен. И потому на него не распространяется право частной собственности.
Отступление в сторону от темы.
Разделение на «моё» и «не моё», предполагает, что субъект имеет некое понимание о разделении на «я» и «не я». То есть он отделяет себя от мира, а мир от себя. То есть у него присутствует некое понимание самого себя. Самосознание.
И чем сложнее организован организм, тем больше развита нервная система и высшая нервная деятельность, тем это понимание у него более выражено. Выражено самосознание. Оно же – сознание. Но само развитее нервной системы разве не вызвано ходом эволюции, которая в свою очередь вызвана конкурентной борьбой? Этот вопрос: связь конкурентной борьбы, собственности и появление сознания - требует отдельного исследования.
Возвращаюсь к теме.
Таким образом, собственность присутствует и в присваивающем хозяйстве. В виде тех же охотничьих угодий или присвоенного продукта (даже лингвистически очевидно, что акт присвоения свидетельствует о понимании «своего» и «не своего»). Можно возразить, что во времена охотников-собирателей была коллективная собственность. А при производящем хозяйстве - частная. Но семья, которая кочует на своей территории, собирая орехи и добывает дичь, ничем не отличается от семьи, которая выращивает зерно и скот на своей территории. И там и там получаемый продукт, и территория, с которой он извлекается, рассматривается как собственность семьи. При этом эта семья выступает коллективным собственником. Эту территорию семья может и не определять, как свою. Но только до тех пор, пока не появится другая семья, которая начнёт изымать ресурсы с этой территории. А старая семья не начнёт испытывать их нехватку.
Конечно, у охотников-собирателей отсутствовало современное нам понятие собственности. И если спросить первобытного охотника: кому принадлежит земля, на которой он живёт, то скорее всего он даже не поймёт вопроса. Но это будет справедливо лишь на том историческом периоде, когда люди заселяли планету. Этот период с определённым допущениями вполне можно отнести к миру неограниченных ресурсов. Но как только планета была заселена и человечество всё больше увеличивалось в численности и всё больше стало вести оседлый образ жизни, стало всё больше провялятся понимание собственности на территорию и другие объекты.
Распространение охотников-собирателей ограничено территорией. После того как будет освоено всё свободное пространство пригодное для добывания пищи, неизбежно будут конфликты за территорию между соседями. Одно племя, у которого условия охоты получше, вырастет числено, что позволит ему втеснить соседское, у которого условия были похуже и численность соответственно меньше, и получить соседские охотничьи угодья. Возможен и обратный процесс. Племя, которое обитает на более бедной территории, будучи настроено более агрессивно и видя, что у соседей дела обстоят лучше, вполне может отнять соседскую.
Далее. При увлечении объёма пищевых ресурсов происходит увеличение численности и возникнет нехватка ресурсов. И снова возникает конфликт с уже более дальними соседями или, если соседи оказываться не по зубам или будет просто достигнут естественный предел территории (горы, пустыня, болото), возникнет внутриродовой конфликт. То есть дележ имеющихся ресурсов внутри группы.
Выходов из конфликта всего два. Первый - разделение общества на отдельные группы с закреплением за ними участков – долей, наделов, феодов, с которых они кормятся. Это, как понятно, лишь временная мера, которая со временем приведёт к тому с чего начали. Даже при условии длительного гомеостаза с ритуальными войнами, регулирующими численность популяции.
Второй – возникновение управляющей надстройки, регулирующей распределение ресурсов внутри общества. Если общество хочет сохранить себя и свои завоевания, потребуется качественные изменения самого общества. Если не получается изменить источник ресурсов, то необходимо менять общество.
Однако, оба эти пути вполне могут происходить одновременно.
Если ли же происходит дальнейшее расширение ареала обитания, то увлечение территории и населения требует совсем других методов управления и контроля, чем тех, которые были, когда группа была малочисленной и занимала вполне обозримую территорию. Где раньше вполне хватало окрика старейшины с отсылкой на обычаи предков, теперь требуется чётко оговоренный закон, который необходимо неукоснительно соблюдать. И наказывать за его несоблюдение.
И здесь без насилия уже никак. Причём насилия не только физического, но и психологического, интеллектуального, которое выражается в давлении религиозных догм, ритуалов и т.д.