2.3. Война и товарообмен как взаимодействие обществ
Война, как и товарообмен, являются древними видами взаимодействия человеческих сообществ. Они появились задолго до того, как люди перешли на производящий способ ведения хозяйства. До того, как общество стало классовым, как появились государства.
Для того, чтобы появились такие общественные отношения необходимо, чтобы в обществе возникло какое-то понимание собственности. И скорее всего изначально оно возникает по отношению к разным предметам: еде, орудиям труда, одежде. То чем человек может обладь непосредственно, взяв в руки и потребив/использовав. Что можно перемещать и передавать другим людям.
2.3.1. О древней торговле и товарообмене
О товарном производстве в доисторические времена не приходится рассуждать. Однако есть признаки того, что люди, находясь на этой стадии развития, имели какое-то представление о том, что одну вещь можно обменять на другую. А значит имели понимание о собственности. Обмен может совершаться только когда есть понимание «моя вещь» – «его вещь».
А именно на ту, которую ты не можешь добыть сам. Например, условно, племя, живущее у озера может обменять рыбу на орехи у племени, живущего в лесу. Это же может распространяться на предметы, которые являются результатом труда.
Что для этого нужно? Несколько обстоятельств.
Первое. Люди должны иметь потребность в том предмете, которого у них нет. При этом доступ к этому предмету у этих людей должен быть сильно ограничен. То есть сами они его добыть/произвести не могут. Второе. Люди должны знать об этом предмете, что он вообще существует. Они так же должны знать где он есть, то есть у кого он имеется в наличии.
И, что очень важно, они должны воспринимать владельцев нужного им предмета как примерно равных себе. То есть люди озера должны воспринимать людей леса как людей. Да непохожих на них, живущих в странном темном месте, опасных, с которыми лучше иметь дело по минимуму, но всё же людей. А не как зверей. Со зверями не может быть обмена.
Если люди не воспринимают других людей как людей, то они их воспринимают как часть животного мира: либо как добычу, либо как угрозу.
Возможно изначально товарообмен происходил в виде актов дарения. То есть не было никакой шкалы, что за одну рыбу надо дать горсть орехов. Не было понятия товара. Но обмен уже был.
Здесь можно отметить, что древние люди приносили подношения, дары и просто мольбы различным явлениям природы и зверям, которых они воспринимали как божеств и духов, для того чтобы задобрить их, чтобы они благоприятствовали им в их начинаниях.
И что примечательно, что даже если люди воспринимали силы природы как что-то чуждое или враждебное, они наделяли их сознанием. А значит наделяли субъектностью, той сущностью, с которой можно договориться. То есть приравнивали себя к ней или её с собой. Что уж говорить о тех силах, которых люди воспринимали как благосклонных к ним и тем более как своих предков.
Но, главное, ведь это по сути сделка: ты мне - я тебе. Ещё нет понимания товара, но обмен (торговля) уже есть. То есть для того чтобы начать какое-то дело, необходимо задобрить духов, в ведомстве которых это дело находится.
Именно жертвоприношения, на мой взгляд, являются наглядным показателем того, что в сознании человека обмен, как явление, уже существовал. И нашел отражение в подношениях духам, божествам и т.д.
Впрочем, что касается влияния на сверхъестественных существ, то кроме задабривания существовал и метод запугивания. То есть воздействия на объект при помощи угрозы насилия. Но и здесь насилие предполагает, что тот, к кому обращена эта угроза понимает о чём идёт речь. То есть обладает созданием, а значит с ним можно общаться. Как только объект воздействия перестаёт воспринимается как нечто самосознающее или равноправное, общение с ним сводится к минимуму. А непосредственное насилие (не угроза его применения!) к максимуму.
Но обмен еды на еду скорее всего явление редкое. Люди, как правило, привыкают к той диете, которую им даёт окружающий кормящий ландшафт. Даже сейчас, при том обилии и доступности разной еды, люди не сильно меняют привычки в своём питании, а предпочитают в повседневной жизни питаться тем, чем привыкли.
Но другое дело статусные предметы и орудия труда. Редкости, диковинки, то чего человек действительно не может сам добыть и сделать. Например, красивая галька или перо птицы – предметы, которые не влияют на выживание, но делают обладателя этого предмета каким-то особенным среди своих соплеменников и дают некие преимущества. Сюда же надо включить предметы древних «высоких технологий».
Например, изящно обработанные клинки из кремня, которые не могут быть применимы в работе, но служат доказательством мастерства. И если верить научным исследованиям, эти клинки находят на расстояниях далёких от мест их производства и месторождений этого кремня или кварца.
Переместиться они могли всего тремя путями: обмен, грабёж, преподнесение в качества дара. Понятно, что между двумя крайним точкам от места производства до места нахождения, это изделие прошло множество таких операций. Вполне можно предположить, что также перемещались и обычные изделия, предназначенные для работы, а не для престижа. И в отличие от красивого пера, кремнёвый нож является продуктом производства и сам является орудием труда. И при обмене уже выступает как товар.
Нельзя исключать и того, что возможно ещё до неолитической революции существовали общества, которые занимались производством статусных высокотехнологичных предметов именно для обмена. То есть занимались товарным производством.
Существование статусных предметов, предметов, которые ценятся не потому что обладают какой-то непосредственной полезностью, а потому что делают обладателя их кем-то отличным от своих соплеменников, может свидетельствовать о том, что в этих обществах уже было нечто вроде иерархии. Обладание этими предметами делает человека, например, более привлекательным для заключения брака. Или добавляет ему авторитетности, политического веса.
Но получение необходимых, но не доступных ресурсов и предметов помимо обмена может быть достигнуто путём насильственного отъёма.