Катя Новоселова с трепетом в груди переступала порог жилищно-коммунального хозяйства №25, где ей предстояло работать в качестве молодого специалиста - бухгалтера. Коллектив оказался неплохим, «дружным», основательным, впрочем, как и везде.. Женщины постарше сразу взяли под опеку молодую сотрудницу, вводя в курс рабочих моментов и личных дел каждого сотрудника. Без этого нельзя. Предупрежден, значит вооружен.
- Маринку нашу не трогай. Эта зараза и подставить может, если что. И перед начальством выставит тебя в неприглядном свете, для нее это раз плюнуть, - степенно, как бы между делом, говорила Эльза Петровна, статная дама сорока пяти лет в красном облегающем платье, с высокой прической на голове, откусывая булку с маком, и подмигнув украдкой, указала карандашом на место у окна, где сидела Марина. Она держалась уверенно, чувствуя себя в конторе полновластной королевой. Наверное, потому что проработала здесь полжизни.
- Витьку Шевцова не слушай, баламут еще тот, этот тебе такого наговорит, что год разбираться будешь, не размотаешь, - напутствовала Елена Ивановна, отхлебывая горячий чай из стакана. Она смешно вытягивала тонкие губы вперед, готовясь сделать глоток, желанного напитка, приправленного лимоном.
- Да, Витька у нас местный клоун, и в цирк ходить не надо, на месте, бесплатно смотрим, почитай каждый день.
- Самсонов, электрик, парень хороший, нелюдимый только. И слова от него не услышишь. О чем только думает? Но работник хороший, ответственный. Начальник…
Она резко замолчала.
Вошла Марина. Молодая брюнетка в короткой юбочке и рубашке, расстегнутой сверху по самое «не хочу».
-Привет, - протянула она, разглядывая новенькую. Маленькая, неказистая, с чистым непорочным взглядом, в обычном летнем платьице в мелкий цветочек, она больше напоминала напуганную школьницу на экзамене.– Это что за явление?
- А это Катенька, будет теперь с нами работать, знакомься. – Учтиво произнесла Эльза, улыбаясь во все тридцать два зуба.
Марина подошла к ней, оценивающе посмотрела на нее со всех сторон. Присела на свободный стул.
- Уже ввели в курс дела, крошка? – Прямо, без обиняков, спросила она, бесцеремонно, в упор разглядывая девушку.
- Не совсем. Осваиваюсь понемногу, - ответила растерявшаяся Катя, ручка выпала из рук и закатилась под стол. Она быстро полезла за ней, встав на четвереньки... из под стола торчали только ноги.
Марина недовольно поморщилась.
- Давай! Только не переусердствуй, а то это не поощряется в нашем коллективе, сразу катком пройдутся по тебе и косточек не соберешь, - она шепнула это на ухо девушке, когда та вылезла из-под стола, показывая на «старых» теток, наклонившись ближе через стол. Пахнуло резкими духами. Приятный тон, но Кате стало жутко душно и тошно. Наконец, Марина отошла от ее стола. Но шлейф духов сильно дурманил голову.
Женщины наблюдали за ее действиями со стороны презрительным, осуждающим взглядом.
Причиной такого неприязненного отношения стали тайные встречи Марины с главным инженером, женатым человеком, имеющим ребенка пяти лет, жутким кобелем и ловеласом, не пропускающим мимо себя ни одной короткой юбки. Его жена жутко ревновала красавца ко всем женщинам, устраивая ему скандалы дома. Один раз, даже позволила себе прибежать на работу к мужу и устроить невообразимый скандал при всех, вцепившись Маринке в новую прическу.
Это был настоящий цирк. Бумаги летали по всему офису, их ловили все, кто был в этот момент на совещании, слышались крики возмущения, возгласы и смешки. Аркадий едва смог вывести разбушевавшуюся не на шутку жену в коридор, применив всю свою силу. Конечно, он ее приструнил, утихомирил, но шлейф неприятного конфуза того дня по сей день тянет за собой отвратительный запах семейных скандалов. Как всегда, коллектив, вопреки воле начальника, был в курсе всех его личных дел, обсуждая каждый момент его жизни в курилке.
И вообще, о нем ходили многочисленные слухи разного характера. То он свой в доску, честный парень, то подлец первостатейный, то Дон Жуан, то кобель чистой воды, то джентльмен. Тем не менее, при упоминании о нем, женщины вздыхали и опускали глаза. На Маринку смотрели презрительным взглядом, скорее ревнуя мужчину к ней и сетуя на свои быстро пролетевшие годы.
- Красив, зараза, - высказывалась о нем Елена Ивановна. – Аполлон, бог света, лучезарный наш, такой желанный и далекий одновременно...
После обеда в кабинет зашел он сам.
Красавец мужчина. В строгом черном костюме, отглаженной белой рубашке. Высокий, стройный, с волнистой шевелюрой темных волос. Карие вдумчивые глаза съедали своей проницательностью. Женщины напряглись, лицо их сразу расплылось в улыбке, щеки заалели.
- Сергей Николаевич, вот ваши документы, - быстро подскочив к нему, протянула руку Эльза Петровна. Она старалась держаться корректно, выпрямляла спину и дико улыбалась, непревзойденной голливудской улыбкой.
- Да, спасибо. А это и есть наша Катенька? – Весело произнес он, обратившись к новенькой.
Катя зарделась и только чуть наклонила голову.
- И правда хорош, ему бы в кино сниматься, а не в этом болоте стул протирать. Ален Делон отдыхает. – Пронеслось в голове.
- Ну, знакомьтесь, работайте, - сказал он, постукивая пальцами по столу, почему то задержав на ее лице взгляд слишком долго...
Это не осталось не замеченным.
Эльза сделала пируэт на каблуках вокруг своей оси, и чеканя шаг, заняла свое место, недовольно стрельнув взглядом в сторону дерзкой девчонки, позволившей себе притянуть внимание начальника на себя, обидевшись, отвернулась к окну.
Марина вытянулась, как кошка, проследовала в коридор, семеня ногами на высоких каблуках за начальником и там, провела рукой по шее своего возлюбленного.
- Сегодня встретимся, - шепнула утвердительно, томно заглядывая в глаза. – Тебя ждет нечто …
- Надеюсь и жду! – Ответил он, потянув за ручку двери своего кабинета.
Обед закончился и снова закипела работа., перемежаясь проблемами со счетами, разборками с жильцами, совещаниями. Среди этого хаоса Катя все чаще стала ловить на себе пристальные взгляды Сергея Николаевича. Она боялась его внимания. Старалась реже попадаться на глаза и быстро исчезать, если неожиданно сталкивалась с ним в коридоре. Он же, напротив, искал любые возможности остаться с ней наедине, любуясь ее застенчивостью и маленьким ростом. По всей видимости ему нравились миниатюрные девушки. Его симпатию чувствовала Марина. Однажды в туалете она задержалась у раковины, в надежде поговорить тет-а-тет.
- Ну что, крошка, попалась! Я тебе глаза выцарапаю, кошка драная, если ты еще раз попробуешь с ним заговорить. - Шипела она, сжимая и разжимая перед ее лицом пальцы в кулак. Длинные красные ногти так и желали сделать это прямо сейчас. – Ууй!!!
- С кем? – спокойно спросила Катя.
- Ты меня поняла! – Ткнув ногтем ей в грудь, злая и раздосадованная Маринка вышла в коридор.
На груди осталась яркая вмятина.
- Вот чертовка, чуть грудину не пробила своими когтями. Что делается! – Присвистнула угрюмо Катерина.
Осень пронеслась быстро, зима колдовала всеми силами на улице, засыпая землю снегом и образуя торосы на дорогах, когда коллектив узнал печальную весть, что жена начальника разбилась на машине, выехав на встречную полосу. Во всем был виноват несчастный гололед. Но все прекрасно понимали, что она ехала на огромной скорости после очередного скандала с мужем, пойманным на месте «преступления», в Маринкиной квартире. Женщина кипела от злости, нервы сдавали, руки тряслись, слезы застилали глаза и результатом всему, явилась злосчастная авария.
Скорбная процессия родственников и знакомых выставляла цветы на зарытой могилке. Люди возвращались к машинам. Только одна фигура оставалась стоять на месте. Сергей Николаевич был подавлен. При всем своем веселом образе жизни он и подумать не мог, что его милой Иришки не окажется рядом в какой - то момент жизни. Перед его лицом мелькали кадры старого забытого кино. Вот он собирается на свидание к ней - единственной и неповторимой, милой, любимой, желанной. Несется по ступеням лестничного марша, перепрыгивая через одну, а то и две ступеньки, в надежде скорее обнять свою невесту. Он покупает ей цветы. Простые ромашки… Да, она так любила простые ромашки, полевые цветы, колокольчики, лютики. И вообще, она была столь не прихотлива. Он и не помнил, что покупал ей дорогие подарки когда нибудь. Все какую –то ненужную мелочь для кухни и дома... Цветы только по праздникам, милые скромные букетики. А сколько их было в год? Раз, два и обчелся. Остальные деньги он тратил на Олю, Зину Краснову, Людмилу Макарову. Маринка всех превзошла. Она требовала золото, походы в ресторан и поездки за границу. А где была его жена?
Всегда одна, в тени, далекая, забытая, с ребенком на руках, на кухне, у плиты. А он ходил в отглаженных ею рубашках на свидания к этим никчемным женщинам. Они даже завтраком его не кормили.
Как все глупо произошло.
Когда он стал таким надменным, холодным, деспотичным, отстраненным. На мольбы жены огрызался и уходил, хлопнув дверью. Он полностью забывался на чужих шелковых простынях, в горячих объятиях любовниц, в то время, как жена готовила ему ужин, каждый раз остывающий на столе. Она и сама не ела, ожидая его прихода у окна, и грустно смотрела на чистые тарелки.
Не дождалась!
А теперь он ждет здесь…
Чего?
- Иришка прости, любимая. Как же так? Нелепо, безрассудно…
Он поднял глаза вверх. Распахнутое небо осыпало лицо потоком острых снежинок, беспрерывно падающих друг за другом. Кругом белая непроглядная гладь снега и одно черное пятно землистого холмика, быстро покрывающегося такой же белой злой крупой. Начиналась метель. Только ворона одиноко каркала на высоком дереве.
За руку его дернула дочка. Он долго смотрел на нее, и подняв на руки, пошел к выходу.
Проходила неделя, другая. Начальник не появлялся на работе.
На звонки не отвечал.
Послали гонца. Эта миссия досталась Екатерине, так как Маринка, отвергнутая грубо на кладбище, была зла на своего небожителя и в отместку уже успела познакомиться с новым «молодым» человеком. Кстати богатым, при должности и без ревнивой жены, правда со взрослой дочерью, но это так, не помеха для первых красавиц города.
Ох, как она ошибалась…
Катерина пугливо звонила в дверь. Бабушка соседка выглянула из своей квартиры.
- Что трезвонишь! Людям спокойствия нет. Ходют тут и ходют! Грязь носют.
Из-за ее юбки выглядывала маленькая напуганная девочка.
- Я с работы, мне бы Сергея Николаевича.
- А де ты его найдешь. Он теперича в гараже ошивается, пьет горькую, да на жизнь жалится. Страдалец! А ребенка забыл, забросил, я ж стара совсем, как за ней смотреть –то? Не нянька я уже…
-Где это?
- А де? Тамо. Как выйдешь, на право, а потом левее бери, мимо не проскочишь.
Катя побежала вниз по лестнице, а бабка еще долго бурчала ей в след, наблюдая с площадки, как она прыгает по ступенькам.
Картина, которую она увидела в гараже, ей не понравилась. Два потрепанных полупьяных мужика о чем - то разговаривали, спорили, махая руками, закусывая луком и хлебом очередную порцию спиртного, а начальник лежал на старой куртке, прямо на полу, заросший и грязный.
- О! К нам дамы пожаловали, присоединяйся, - еле промямлил один, поглаживая усы, наливая в стакан беленькой.
- А ну пошли отсюда вон. – Заорала благим матом девушка, топая ногами для острастки.
- Че горло рвешь? Идем уже. А говорил жену потерял. Тьфу! Обманщик. Девушка, мы ж от чистого сердца с ним, а ты. – Оправдывались они, прикладывая руку к сердцу.
- Вооон! – Снова орала Катя. – Я милицию вызываю!
- Ну, люди…, мы к ним со всем почтением, открытой душой, по- человечески, а они милицию. – Бубнил тот, что повыше. Они забрали початую бутылку, завернули остатки хлеба и вышли из гаража.
У Кати дрожали колени и руки, она так испугалась. Кинулась к начальнику. Он был совсем холодный и мычал, что-то, невразумительное. Вызвала скорую, и закрыв гараж, уехала с ним в больницу.
Помощь пришла вовремя. Едва оклемавшись, он снова было потянулся к бутылке, но жестко был остановлен, не терпящим возражений взглядом.
- Что бы я эту гадость в ваших руках больше не видела.
- Но…
- И ни каких но. У вас ребенок! Забыли? - Выливала она содержимое бутылки в раковину.
- А ты кто? Контролер? Учитель? Жена?
- Да! И если еще раз увижу в доме бутылку, Леночку ты не увидишь.
Сергей обмер.
- А ты уже на «ты» перешла?
- И не только.
- А где Лена?
- У меня.
- Почему?
- А что, ей смотреть, как ты тут слюни пускаешь? Такого отца ей не нужно. Ей кушать хочется и в садик ходить. а если так дальше пойдет, ее в детдом сдадут.
-Хм! - Сергей задумался на минуту. Взгляд его стал строгим, печальным и задумчивым.
- Ты права. Такой отец ей не нужен. Слабость…
- Что?
- Прости, что показал свою слабость. Больше не буду.
На работе тихо шептались во время перекура. В присутствии Кати упорно молчали, уткнувшись в документы. Во время перерыва чай пили в полной тишине. Только Витька Шевцов смеялся над всеми:
- Вот вам и крошка, отхватила себе прынца на белом коне, даже глазом не моргнула, а вам, как всегда, от мертвого осла уши достались. Во, девка! – он поднимал большой палец вверх и громко гоготал на весь коридор. - Жаль, я сразу не разглядел.
- Заткнись, а! И без тебя тошно, - Елена Ивановна нервно ковырялась в бумагах. – Где эта чертова квитанция?
- Иди отсюда, пока мы тебе премию не слизали, - отбивалась от него Эльза, да и Марина тоже. Пару раз она еще пыталась наладить отношения с Сергеем, поймав его в кабинете одного. Но потерпела поражение, бывший любовник и глазом не моргнул, сказав:
- Марина Романовна, идите работать и не отвлекайтесь по пустякам, а то выговор получите.
Возмущению ее не было предела, недокуренная сигарета полетела в урну, остальная пачка была размята и заняла там же достойное место. Предыдущий хахаль тоже отверг ее любовь. Кругом одни кретины.
- Да, он оказался козлом! Нашел себе малолетку и женился. и этот такой. Глупец, думает, она его любит!!! Да ей только денежки подавай.
Ближе к осени Катя и Сергей зарегистрировали брак, скромно, тихо, не привлекая внимания. Леночка звала ее мамой и была совершенно счастлива...