Близилась полночь. На кухне бабы Житы были все, кроме Итьи, дедушка попросил его остаться дома, потому что обряд может происходить только при тех, у кого есть сила. Слад спал в люльке, громко причмокивая. Соседка кидала в сторону деда обеспокоенные взгляды, на что тот отвечал:
-Хватит, знаю что делаю. Пацана мы этой змее не отдадим. Ты знаешь ещё какие-то варианты?
Баба Жита не отвечала, отворачивалась и утирала намокшие глаза платочком. Меня не посвятили в тонкости обряда, всё что оставалось - наблюдать. На плиту водрузили металлический ковш, дед принёс из сеней банку молока, купленную у соседки и начал его греть на медленном огне. Когда сверху появилась плёнка, Будяй подал мне нож и молча ушёл.
-Полосни по ладони и сюды пусть к.р.о.в.ь льётся, - дед указал на ковш.
-Зачем?
-Занадом. Вот девка, везде нос свой суешь! Делай как велено, - слова были колкими, но глаза… В глазах дедушки плескался океан переживаний, за грубым общением он пытался скрыть тревогу.
Острие больно впилось ладонь, первые капли упали на пол, а остальные пролились в ковш. Я сжимала и разжимала ладонь, чтобы нужное количество натекло как можно скорее, и замотать рану.
-Хватит, - дед помешивал молоко и достал из кармана штанов склянку, похожую на медицинскую колбу, там тоже была красная жижа. Не стоило долго думать, чтобы понять, это к.р.о.в.ь Слада.
-Как? Когда ты успел?
-Пока ты с мужем миловалась. Не боись, я с пальчика на ноге чуть взял, болеть не будет.
Молоко закипело, в него плюхнулась ложка мёда и половина гранённого стакана святой воды. Дед помешивал взвар и неразборчиво шептал, а после налил в стакан розоватый напиток:
-Пей.
-Зачем?
-Пей, Акиа. Надо так, понимаешь?
Поборов отвращение и приступ тошноты, я сделала первый глоток. Горло обожгло, раскалённая лава скатилась внутрь, плюхнулась на остатки обеда и желудок разгорелся огнём, я выдавила стон, но допила до последней капли, превозмогая боль.
-Будет больно, знаю. Потерпи, внуча, - рука протянула бутылочку сына, наполненную тем же, что пила и я, - правнука тоже надо напоить, но только до рассвета. Если он не проснётся до первых лучей солнца, то зря всё было, не хотят силы с ним родниться.
-Ему будет так же больно?
-Нет, ты ему отдаёшь, он у тебя забирает. А тебе так больно, потому что часть твоей жизни передаётся другому, кто по роду не свой, чужак. Всё, сиди здесь, карауль пробуждение, ничего не пей и не ешь, а у меня ещё забот полны карманы.
Я осталась на кухне со спящим ребёнком и невыносимой болью. Время тянулось как резина, обволакивая в свой тугой кокон. Я проваливалась в сон и вновь открывала глаза, на крыше что-то громыхало, но мне было не до этого, я знала, что старики охраняют нас и не дадут в обиду. Слад, обычно просыпающийся каждые три-четыре часа, в эту ночь крепко спал, изредка переворачиваясь с одного бока на другой. Меня покинула надежда, что он проснётся до рассвета, я сидела с бутылочкой в руках и утешала мыслями: значит так тому и быть, значит сынок решил как ему лучше.
И тут малыш потянулся, потёр глаза и посмотрел на меня.
-Крошка мой, проснулся. Давай покушаем, скорее, - я взяла сына на руки и поднесла к маленьким губам бутылочку.
Сын присосался, сделал пару глотков, удивлённо посмотрел на меня и продолжил трапезу. Я вглядывалась в пухлое личико, пытаясь понять, точно ли ему не больно. Утолив голод, Слад откинул рукой соску ото рта, улыбнулся и принялся меня рассматривать. Голубые глаза сына стали темнее, как глубокое озеро, взгляд стал серьёзнее. Я умилялась ему и вдруг резко нахлынула боль, сердце защемило так сильно, что не удалось ни вдохнуть, ни выдохнуть. В голове пронеслись миллионы страхов за сына, по щекам текли слёзы и потом сердце словно разорвалось на части от... любви! Огромной, полыхающей, всепоглощающей любви к этому агукающему крохе.
За окном брезжил рассвет, сын спал на моих руках, не хотелось отпускать его ни на секунду. Первые слёзы высохли, за ними покатились другие, а потом ещё, и и ещё, и ещё. За спиной скрипнула дверь, руки бабы Житы легли на мои плечи:
-Иди поспи, Акиюшка. Всё у вас с дедом получилось...
-Расскажите мне про обряд, для чего он был нужен и как спасёт Слада от сестры?
-Нет у него больше сестры.
-Как нет?
-Вот родишь ему сестрёнку, тогда и будет, а пока он один твой, родной... Кровиночка...
-Так вот оно что...
-Да, обряд этот страшный, поэтому Ерей и не говорил ничего. Когда его проводят, то по крыше дома ч.ё.р.т бегать начинает, на запах к.р.о.в.и идёт, хочет насытиться, а после завершения обряда много страшных путей: или у матери вместо любви ненависть к чаду проснётся, или дитя силу отторгать начнёт и от упадка сил дышать перестанет, или оба упадут з.а.м.е.р.т.в.о. Дед в вас не сомневался, ну и мы подсобили. Будяй гостя на крыше гонял, Ерей за вас читал и молился, а я ему силу свою передавала, чтобы до утра мы вас отбили у нечисти...
Услышав всю историю, я разрыдалась. Маленький домовой не побоялся и пошёл драться за меня с злым началом всех бед. Старики, ещё толком не оправившиеся после заточения в дереве, стояли за нашими спинами, защищая и оберегая. Вот почему дедушка ничего не сказал, он знал, что я струхну, не пойду на такие риски. Теперь Слад мой, по крови мой, по роду! Вот откуда взялась такая боль, от любви и от ответственности, которая ощущалась кожей.
Уснула я как только коснулась головой туго набитой гусиным пером подушки. Не было сновидений, только чернота, будто провалилась в яму. Проснулась от того, что кто-то сел на край кровати. Я открыла глаза и увидела мужа с сыном на руках:
-Не знаю, что вы тут всю ночь делали, но сын стал похож на твоего деда, - улыбаясь сказал Итья, - пойдём, завтрак стынет. И вообще мне было неловко из-за того, что вы все тут были, а я один там. Как отщепенец какой-то.
-Ой, скажешь тоже. Теперь всё, мы будем вместе всегда. Ты, я и наш сын, - я села на кровати и обняла своих мужчин.
Слова были полной противоположностью мыслям и ощущениям. Всё хорошо, отношения с Итьёй были прекрасными, он проявил себя как чуткий отец и заботливый муж, но червячок сомнения сидел в голове. Вся жизнь в дальнейшем была под большим сомнением, не было веры, что Эгина вот так просто отстанет от меня, несмотря на то, что Слад теперь мой кровный сын.
Обряд поубавил не только магических сил, но и физических, несколько дней было тяжело ходить по дому с сыном на руках. Через несколько минут накатывала усталость до ряби в глазах, лёгким не хватало воздуха, а ноги тряслись мелкой дрожью. Я не испытывала такой слабости после комы, а тут на тебе, зато сын чувствовал себя прекрасно. Щёчки налились румянцем, робкий смех становился заливистей и громче, а маленькие пухлые ручки уверенно удерживали корпус во время первых попыток ползания.
Было решено уезжать домой после восстановления моих сил, так как будем гнать обе машины, да ещё и с ребёнком. Путь будет долгий, с ночёвками в отелях. Дедушка мог сварить мне отвар для прилива сил, но признался, что делать этого не будет, потому что не хочет отпускать нас:
-Дом опять будет пустой, а я одинокий...
-Дедуль, ну а баба Жита? Будяй? Аюшка к тебе заходить будет, чтобы со мной поболтать.
-Это не то, понимаешь? Дом, в котором живут родные люди - место силы. Нигде не будет так хорошо, как рядом с родными... Особенно когда это внучка и правнук, - он прижал меня к себе и поцеловал в макушку, а я чувствовала, как его слёзы падают на мои волосы.
Мне тоже не хотелось уезжать и бросать стариков одних, Итья предлагал им переехать в город, но те посмотрели на него как на недееспособного и перекрестились.
Вечером перед отъездом позвонил Хал:
-Шалом, труженица!
-Э-э-э-э, привет.
-Даже не думай, что у тебя будет декрет! Не наработала ещё на него. Ты когда приступаешь к своим обязанностям?
-Хал, у меня грудничок. Я не знаю, честно.
-Со Сладом посидят Хуч или Ирья, тут я уже договорился. Вас все ждут, это раз. Дел много, это два. Ты мне помоги разгрести завалы, а потом я уже сам справлюсь.
-Погоди, а где Шишма?
-В баню твою Шишму. Обязательно настроение портить расспросами про эту каргу?! - взорвался домовой.
-Ок, босс. Успокойся, мы завтра утром выезжаем. Обустроюсь на новом месте и помогу тебе.
-Отлично, тут как раз есть интересное дельце, займёшься им.
Подписывайтесь на канал, ставьте лайки и оставляйте комментарии, это будет прекрасной оплатой за мой труд 🙏
