- А может, подумаете ещё, Валентина Ивановна? - директор сельской школы с надеждой смотрела на сидящую перед ней худощавую пожилую женщину, - Хоть годик ещё, а?
- Да я уж и так, и сяк думала, Тамара Григорьевна, вы же знаете. Я уже лет пять все собираюсь на заслуженный отдых, да душа болит. Как уйду? На кого детишек оставлю? Но теперь уже все, хватит, пора и честь знать! Как-никак, восьмой десяток нынче разменяла. Устала я, Тамара, устала. Ведь не рисование веду и не музыку, это бы ладно ещё. А математика - она ведь каждый день да по пять уроков подряд. Тяжело мне, возраст, здоровье подводит...
- Да я все понимаю, - вздохнула Тамара Григорьевна, - Самой в феврале шестьдесят четыре исполнится. Не вечные же мы с вами!
- Вот и я говорю, - улыбнулась Валентина Ивановна, - Поэтому заранее и пришла, год доработаю, если Бог даст, а там уж и на покой. Как раз у вас время будет подобрать замену.
"Да кого ж я подберу? - с грустью думала директриса, - Кто поедет в нашу глушь да за такую зарплату? Нет, не найти мне математика. Молодежь сейчас умная, продвинутая, кому хочется за копейки работать да ещё такую ответственность на себя брать за чужих детей? Они, вон, лучше в магазин пойдут или в интернете онлайн-заработок освоят. Эх, закроют школу! Точно закроют!"
Тамара Григорьевна проработала в родной сельской школе почти сорок лет. Пришла после университета, по распределению направили. Сначала учителем географии была, потом до завуча доросла, а последние пятнадцать лет занимала должность директора. Замуж так и не вышла, детей не родила. Школа была ее любимым детищем, в которое она вкладывала все силы, всю душу. Поэтому и болела душа, ведь год от года деток становилось все меньше. Выпускники уезжали учиться в город, да так там и оставались, семьи создавали, детишек рожали. Мало, кто возвращался в родное село. Да оно и понятно: ни работы, ни жилья...
На сегодняшний день обучалось в школе тридцать восемь человек, а ведь было время, когда и больше двухсот учеников насчитывалось, парты дополнительные ставили в кабинетах, чтобы всех вместить. Вымирает село, медленно, но неотвратимо. Вот, в прошлом году всего один ребенок у них народился, в сколько стариков поумирало?
Но школа ещё держалась, хотя уже не раз в районном Отделе образования поднимался вопрос о ее закрытии. Некоторые школы в дальних деревнях уже оптимизировали, детей оттуда возили на автобусах в соседние населенные пункты. Но Тамаре Григорьевне каждый раз удавалось отстоять свое детище, она боролась за него изо всех сил, понимая: не станет школы - не станет и села.
Но теперь... Теперь другая ситуация. Один за другим начали уходить на пенсию педагоги, много лет проработавшие бок о бок с ней. Все они давно уже были пенсионерами, но продолжали работать, ведь больше-то некому. Эти учителя, старой, ещё советской закалки, были настоящими профессионалами, прекрасно знали свой предмет и умели донести знания до ребят. Тамаре Григорьевне никогда не было за них стыдно, результаты, которые выпускники их маленького учебного заведения показывали на экзаменах, впечатляли. Но...
Годы летели неумолимо, и возраст брал свое. Тяжело уже было работать многим коллегам, замучили болезни, не хватало сил, жизненной энергии. Вот и уходили, со слезами, нехотя, но вынужденно. И если кого-то, хоть временно, удавалось заменить, то найти математика в сегодняшних реалиях представлялось просто невыполнимой задачей.
- Эх, была-не была! - Тамара Григорьевна хлопнула по столу ладонью, - Сделаю, что смогу, а там будь, что будет. В конце концов, я - не Господь Бог, все к этому шло. Закроют - жалко, конечно, но что ж теперь?
Она сообщила о вакансии учителя математики в Отдел образования, разместила объявления на всевозможных сайтах для соискателей. Делала все сама, ведь секретарь ей был уже давно не положен, итак односельчане мрачно посмеивались, что в школе персонала будет скоро больше, чем детей.
На какой бы то ни было результат Тамара Григорьевна не надеялась, просто делала то, что должна, чтобы потом ей не в чем было себя упрекнуть.
***
Дни складывались в недели, недели - в месяцы, уже наступила весна, а на объявление так никто и не откликнулся.
"Ну, чего и следовало ожидать, - обречённо размышляла директриса, направляясь в кабинет, где уже ждал ее весь педагогический состав, - На что я надеялась, с самого начала же было понятно, что никто не придет".
С тяжёлым сердцем начинала она педсовет, ей было больно и отчего-то стыдно смотреть в глаза этим, уже давно ставшим родными, людям, с которыми они шли бок о бок не одно десятилетие.
- Уважаемые коллеги, - прокашлявшись, начала она свою речь, - Как вы все уже, наверное, знаете, наша дорогая Валентина Ивановна вскоре покинет нас, отправится на заслуженный отдых.
Учителя согласно закивали.
- Так вот, - продолжила Тамара Григорьевна, - Вам всем также известно, что нового учителя математики мы так и не нашли. Может быть, кто-то из вас желает пройти переподготовку и распределить между собой часы? Время ещё есть, за лето как раз успеете.
В кабинете воцарилось молчание. Собравшиеся педагоги, сами уже, в большинстве своем, давно пенсионеры, прятали глаза. Им совсем не хотелось на старости лет проходить обучение, получать очередную никому не нужную корочку ради того, чтобы вести незнакомый предмет, в который ещё нужно как следует вникнуть. Правильно сказала Валентина Ивановна: математика - это вам не музыка и не рисование.
- Я так понимаю, желающих нет, - отметила Тамара Григорьевна после недолгой паузы, - Ну, в таком случае вынуждена сообщить вам, что нашу школу, скорее всего, закроют. Вы же все прекрасно понимаете, что без математика наше учебное заведение функции свои полноценно не сможет выполнять, в конце концов, это один из основных предметов, и...
- Простите пожалуйста, Тамара Григорьевна, - в кабинет заглянула вахтерша, - Вас там к телефону, по объявлению, по поводу работы.
****
"Сбежит, точно сбежит, - думала Тамара Григорьевна, молча рассматривая сидящую напротив маленькую худенькую молодую женщину, почти девочку, с тонкими светлыми волосами и огромными, в пол лица, зелёными глазами, в которых плескались страх и растерянность, - Ну куда ей? Сама ещё дитё дитем. У нас, конечно, ребята хорошие, но с такой церемониться не будут, на шею сядут. Нет, не потянет, сбежит!"
На вид она дала бы соискательнице не более шестнадцати лет, однако сидевший рядом с ней мальчуган лет трёх, которого женщина представила как своего сына, менял картину.
- Уважаемая Любовь Михайловна, - мельком взглянув на лежавший перед ней паспорт, наконец, нарушила затянувшуюся тишину директриса, - Скрывать не стану, математик нам очень нужен. И, изучив ваши документы, могу сказать, что вы нам подходите. Да, опыта у вас нет, только университет, но все мы когда-то начинали работать также. Однако... Вы точно уверены, что справитесь? Что сможете жить в деревне? Вы же родились и выросли в большом городе, а у нас тут ни удобств особых, ни магазинов, ни больницы... Да что там, даже фельдшера нет.
- Я буду очень стараться, - горячо заверила ее женщина, - Я быстро учусь, обещаю, что не подведу вас. А насчёт удобств... Мне главное, чтобы садик был, было, куда Серёжу пристроить, пока я на работе. А сама я неприхотливая, привыкну.
- Ну, как знаете. А теперь насчёт жилья. К сожалению, служебных квартир у нас уже много лет нет, все, что было, давно приватизировали. Однако, если вас устроит, могу предложить вам такой вариант: поживите пока с ребенком у меня. Дом у меня большой, живу одна, мне столько комнат не нужно. И санузел в доме оборудован, правда, душа нет, только баня...
- Я согласна! - выпалила собеседница так быстро, что даже не дала договорить.
Маленький Сережа, сосредоточенно жевавший бублик, выданный ему Тамарой Григорьевной, серьезно посмотрел на мать, потом на директрису.
- Мама, мы теперь тут будем жить?
- Надеюсь, мой хороший, - тихо шепнула Люба.
- Значит, так! С садиком я вам помогу, оформим все быстро, - тон Тамары Григорьевны стал деловым, - Медосмотр вместе с сыном пройдете завтра же, как раз у нас завуч в райцентр едет утром. А потом заключим договор, и сможете приступить к своим обязанностям. А сейчас спуститесь пока вниз, подождите меня там. Мне нужно кое-что закончить, и вместе пойдем домой.
- Спасибо, огромное вам спасибо, - просияла женщина, и, взяв сына за руку, направилась к выходу.
- Любовь Михайловна, - окликнула ее директриса, - Любочка...
- Да?
- Не торопитесь благодарить. Как бы вам не пришлось пожалеть о своем решении.
ПРОДОЛЖЕНИЕ
Друзья, если вам понравился рассказ, подписывайтесь на мой канал, не забывайте ставить лайки и делитесь своим мнением в комментариях!
Копирование и любое использование материалов , опубликованных на канале, без согласования с автором строго запрещено. Все статьи защищены авторским правом.