Попробуйте составить свою автобиографию – и вы поймёте: далеко не все события, о которых принято упоминать в жизнеописаниях, для вас важны.
Так, например, Хорхе Луис Борхес (24.08.1899-14.06.1986), главный латиноамериканский писатель двадцатого века, ни разу не упоминает на страницах своей автобиографии, что три года состоял в браке, организованном его матерью. Она всегда была опорой для Борхеса, а теперь решила найти слепому 68-летнему сыну надёжную помощницу на своё место.
О любви вообще Борхес, написавший автобиографию в 71 год, упоминает коротко и в самой последней строке:
Чего я теперь хочу, так это покоя, радости, доставляемой размышлением и дружбой, и – хотя, быть может, это слишком самонадеянно – способности любить и быть любимым.
"Автобиографические заметки", Х. Л. Борхес
Главное для Борхеса – это книги. Прочитанные и написанные. Друзья и собеседники – проводники к авторам, не знакомым ему ранее. Путешествия – это радость от изучения языков и открытия новых пластов в литературе.
Для многих из нас библиотека – тёплое воспоминание из детства. Для Борхеса семейная библиотека была ключевым воспоминанием. Позже он писал, что так никогда и не покинул её пределов.
Родившись в Аргентине, имея английские и испанские корни, Борхес был билингвой. С детства он занимался литературой и переводами под руководством отца. Ему было девять лет, когда сделанный им перевод Уайльда был опубликован под именем его отца, юриста, профессора психологии.
С самого раннего детства, когда отца поразила слепота, в семье молча подразумевалось, что мне предстоит осуществить в литературе то, чего не удалось совершить моему отцу. Считалось само собой разумеющимся, что я непременно буду писателем.
Другой важной точкой развития стала поездка в Европу. В 1914 году семья Борхесов уехала в Женеву. Отец пытался восстановить зрение с помощью местных врачей. Борхес учился в Женевском колледже. Здесь он освоил латынь (которая всё ещё преподавалась как основной предмет), французский, немецкий и немного итальянского. Языки (кроме, пожалуй, французского) он учил с удовольствием – чтобы в оригинале читать новых авторов.
Некоторое время Борхесы прожили в Испании, к которой никаких сентиментальных чувств не испытывали (воспоминания о колониальном прошлом Аргентины нивелировали значимость испанских корней). Борхес продолжал упражняться в стихосложении и примкнул к прогрессивной литературной группе ультраистов (которая, впрочем, разочаровала его неглубокими познаниями в мировой литературе).
После Первой мировой войны Борхесы вернулись в Аргентину. Здесь в 1923 году Борхес опубликовал свой первый сборник стихов – «Жар Буэнос-Айреса».
В 20е-30е годы он писал эссе, биографии, литературные обзоры, делал переводы, придумывал с единомышленниками газеты, которые расклеивал по городу.
В конце 1930-х он похоронил отца и любимую бабушку, читавшую ему на английском.
В свои 38 лет он впервые устроился на постоянную работу – в библиотеку.
За девять лет непыльного (но морально тяжелого) трудоустройства, Борхес, наконец, подступился к рассказам (он считал, что они требуют большего мастерства, чем романы) и написал в подвальном книгохранилище свои главные сборники: "Всемирная история низости", "История вечности", "Сад расходящихся тропок".
В 40-е годы Борхес, в соавторстве с младшим товарищем А.Б. Касаресом публиковали детективные истории ("Хроники Бустоса Домека").
Чуть позже, в 1949 году, вышел "Алеф", впоследствии дополненный рассказами до сборника "Вымыслы", который сам Борхес считал самым сильным в своём творчестве.
Борхес – поздний любимчик судьбы.
В 51 год он стал председателем Союза писателей Аргентины. В 56 лет, после падения диктатуры Перона (с которой у Борхеса была взаимная неприязнь, стоившая ему должности в библиотеке), он впервые получил достойное его знаний место директора Национальной библиотеки. Его впервые пригласили в несколько аргентинских университетов читать лекции по европейской литературе. Для Борхеса публичная деятельность была одновременно вызовом и началом новой жизни. Но из-за наследственной болезни он вступал в эту жизнь уже абсолютным слепцом.
В 62 года вместе с международной литературной премией испанского фонда "Форментор" к нему пришла мировая слава. Борхес стал путешествовать по США и Европе с лекциями о литературе и поэзии.
Долгое время его сопровождала в поездках мать, Леонор Асеведо Суарес. Она занималась его делами и бытовыми вопросами. Ей он надиктовывал свои новые работы. Борхес вспоминал про мать:
... Обнаружив, что она не может внимательно читать напечатанное, она попробовала перевести "Человеческую комедию" Уильяма Сарояна, чтобы заставить себя сосредоточиться. Перевод был напечатан, и она за него была удостоена премии... Впоследствии она... издала переводы... которые считают моими. Она всегда была моим товарищем во всём... и понимающим, снисходительным другом.
Когда мать Борхеса умерла, его правой рукой стала Мария Кодама. В 5 лет она впервые услышала стихотворение Борхеса, в 12 лет – посетила его лекцию, потом стала его студенткой, ассистенткой, спутницей в путешествиях и незадолго до его смерти – женой и наследницей его прав (чем многие были недовольны, не признавая союз, заключённый в Парагвае без участия брачующихся).
Вместе с Марией Кодамой Борхес учил древнеанглийский и древнескандинавский. Она знакомила его со своей родной (по отцу) японской культурой. Помогала ему записывать новые тексты. Многие страны он полюбил её глазами.
В поздние годы жизни Борхес вернулся к стихам. Их было легче сочинять в памяти, чем прозу. Но если в юности он предпочитал белый стих, то теперь ему пришлось обратиться к классической форме.
Он помогал переводчикам с переложением его текстов на английский язык. Продолжал писать и путешествовать. Строил планы.
Сегодня мы считаем Борхеса одним из самых интеллектуальных писателей двадцатого века.
Он презирал длинную форму и считал, что нет смысла "растягивать на 500 страниц то, что можно сказать в двух-трёх страницах".
Тем не менее, любой из его коротких рассказов можно читать неделями – из-за обилия отсылок и переплетения сюжетов из мирового культурного фонда.
Борхес говорил, что гордится каждой прочитанной книгой.
Чтобы понимать, о чём он пишет, хорошо бы ознакомиться с его "Библиотекой". Это составленный Борхесом список из 66 наиболее значимых для него книг с примечаниями. В списке – мифология Древней Греции и Скандинавии, Апокрифические Евангелия, "Тысяча и одна ночь", рассказы По, Киплинга и Кафки, пьесы Б. Шоу и "Игра в бисер" Г. Гессе.
Борхес утверждал, что ни один писатель ничего не придумывает. Всё было сказано до нас, а мы, в свою очередь, подключаемся к коллективной мысли – и воскрешаем идеи и архетипы оттуда.
В рассказах Борхеса реальность переплетается с цитатами и чистой выдумкой, вырывая нас из контекста времени и пространства. Ни то, ни другое не имеет значения, потому что ни в чём мы не можем быть уверены до конца.
Борхес играет со смыслами и вариативностью. Его рассказы – чистая философия. Наш мир – сад расходящихся тропок. Любые крайние ситуации – всего лишь стороны одной и той же монеты.
Борхес говорил:
Хороший читатель встречается реже, чем хороший писатель.
И добавлял: читать нужно то, что интересно нам. В мире достаточно авторов на любой вкус и обстоятельства.
В телеграм-канале "Книжный бар" вы найдёте обзоры на сборники Борхеса.
А если вы в Москве, приглашаю вас на встречу нашего литературного клуба дебатов в книжном магазине "Пиотровский" в субботу 23 ноября.