19. Случай на вокзале
Решив, что лучше лично навестить железнодорожных знакомых, Поляков на другой же день с утра поспешил на вокзал. Электричка привычно стояла у перрона. Вместо проводницы Зины, в такой же форме, с такой же большой сумкой, в первом вагоне сидела какая-то молодая дивчина. Её лицо было обильно удобрено косметикой, большие глаза с наклеенными ресницами и пухлые накрашенные губки вызывали воспоминание о кукле Барби.
- Девушка, а где Зина?
- Зинаида Васильевна уехала в отпуск… – ответила «Барби», хлопая мощными ресницами.
«Странно, почему же тогда Зина не позвонила, не сказала мне, что собирается уезжать? Может, Виталик в курсе событий…»
Путейцы как раз подвезли на тележке к электричке свои лопаты, ломы и прочий несложный инструмент для погрузки в вагон, но среди обладателей ярких оранжевых жилетов Виталия видно не было.
- Ребята, а где Виталий?
- Не будет его… – не сразу прозвучал ответ.
- А завтра?
- И завтра тоже… – ответили также, через паузу.
- Он что, заболел?
- Слушай, любопытный, а не много ли задаёшь вопросов? Ты кто, его друг?.. – на Виктора надвигался мрачного вида путеец, явно не с добрыми намерениями. Поляков хотел подвинуться, но только сейчас заметил, что двигаться-то некуда: совершенно неожиданно он оказался в центре кружка, образованного крепкими людьми в сигнальных жилетах.
- Нет, я с ним недавно познакомился… А что с ним случилось?
- Это мы сейчас у тебя узнаем… Виталий – твоя работа? Ты его «спалил»?!. – круг мужских фигур сузился до минимума.
- Не понял… – растерянно произнёс Виктор, действительно не понимая вопроса.
- А сейчас поймёшь! – ощутимый тычок кулаком в бок заявил о серьёзности намерений окружающих.
- Ребята! Давайте жить дружно! – Поляков, желая уйти от назревавшего конфликта, громко озвучил фразу из детского мультика.
- Мужики, это – он? – громким басом прозвучал вопрос и тут же тяжёлая, как железная, рука схватила Виктора сзади за воротник куртки, развернув на 180 градусов. Человек-великан держал его одной рукой, как котёнка, а второй отводил плечо для размаха…
- Мужики! Вы чего?! Ни с кем меня не спутали?.. – беспомощно озираясь, безуспешно пытаясь понять ситуацию, воскликнул Поляков. Но у всех окруживших его железнодорожников были искажённые неприязнью лица, ни тени сочувствия.
«Во попал! Путейцы народ крепкий, накостыляют, мало не покажется… Знать бы хоть, за что?!.»
Прямо над головой раздался пронзительный свисток электрички.
- Михалыч! – крикнул один из путейцев в кабину машинисту. – Подожди всего пару минут! Мы тут с одним сейчас разберёмся…
- Чего удумали… – сердито проворчал пожилой машинист, высовываясь из окна электровоза. – Вы что, мужики, совсем сбрендили? График у меня! Кончайте ваши детские разборки, а то пойдёте пешком!
- Ладно! Может и не он это… – примирительно заговорили путейцы и, сразу потеряв интерес к персоне Виктора, послушно полезли в вагон.
«Что это было?.. – вопрошал сам себя доморощенный сыщик, глядя в след удаляющейся электричке. – Ведь был реальный шанс «схлопотать» по полной программе… Только вот за чьи грехи?..»
Расстроенным вернулся Поляков в дом деда. Хотелось с кем-то поделиться, облегчить себе душу. Но Кузьмич ему в этом деле совсем не помощник. Его постоялец взял себе за правило щадить здоровье старика, перенёсшего два инфаркта, и приносить Веселову только положительные вести. Поэтому он не стал рассказывать о своей непонятной встрече с агрессивными работниками пути, чуть не закончившейся банальным избиением.
«Может, всё же обратиться к следователю Авдееву? Хотелось бы проконсультироваться у знающего специалиста… Несмотря на его непонятный характер, тот мог бы что-то прояснить, посоветовать. Конечно, если захочет. Ведь, постарался: нашёл, вернул ноутбук деду…»
Отпуск Полякова – всего-то четыре неполных недели! – подходил к концу. Скоро на работу, пора ехать обратно. Отпускник просматривал записи в своей записной книжке, фотографии и отснятые документы на карте памяти.. Размышлял, делал прогнозы, анализировал свои поступки за время пребывания в Степаногорске.
Получалось, что вроде бы и сделано немало. Найдена сумка с вещами Сергея, обнаружились свидетели, подтверждающие фальсификацию смерти от наезда электропоезда. С новыми находками и с опросом свидетелей у Виктора тоже появилась уверенность, что Сергей погиб иначе, совсем не так, как это отмечено в официальных документах о его смерти.
Но вот как этот факт грамотно доказать? Как найти ту отправную точку, чтобы заставить весь сложный судебный механизм вновь заработать по старому делу, с единственной целью, которой, по идее, и должны служить все работники Фемиды – установлению истины?.. Как всё вначале казалось просто! И как всё осложнилось в последние дни…
«А всё-таки непростая работа у сыщиков! Порой кажется, что всё предельно ясно. Ещё чуть-чуть и познаешь суть проблемы, мотивы преступления, а там и сам преступник обозначится… Ан нет: не ухватишь, как вода меж пальчиков!»
Все новые каналы информации у Полякова, скорее даже не каналы, а тонкие ниточки-источники, вдруг обрывались, терялись, исчезали самым странным образом. Появлялись непонятные, подозрительные нестыковки, словно какая-то злая сила регулярно оказывала противодействие в поисках истинной причины смерти Сергея…
Так, например, совершенно неожиданно, даже не предупредив, уехала в отпуск проводница Зинаида, свидетельница наезда. Вроде, порядочная и ответственная женщина, остро чувствующая несправедливость… А пропала из поля зрения! Непонятно куда исчез железнодорожник Виталий, из-за которого Полякова чуть не побили его коллеги-путейцы. Ещё ранее потерялся, по крайней мере, уехал из города, Толик, прежний машинист электрички, переехавшей уже мёртвое тело Сергея Веселова.
Теперь вот странная смерть подозреваемого в краже ноутбука и свитеров Рябого… Будто очень изобретательная и умелая рука какого-то теневого режиссёра не давала возможности Виктору собрать все пазлы в единую картину, мешала выстроить логическую цепочку событий и фактов.
«А тут ещё явно заказное, хорошо подготовленное покушение на директора Одинцова, грамотно спланированный пожар, жертвой которого, чуть не стал и я сам… Всё тут как-то уж очень запутано, – невольно вздохнул доморощенный дознаватель. – Но и останавливаться на полпути нельзя! Надо что-то делать…»
И Поляков надолго засел за столом, периодически потирая лоб от сильного умственного напряжения и что-то старательно записывая на бумажных страницах.
Иногда он зачёркивал записи, рвал бумагу, но занятие своё не бросал. Наконец, закончил работу: весь результат долгого писания смог уместиться на одном листке.
- Илья Кузьмич, иди, послушай! Вот какая получилась бумага… – начал читать Виктор свои черновые наброски. – «В народный суд города Степаногорска от Веселова Ильи Кузьмича, проживающего… твой адрес, данные паспорта… заявление.
2-го апреля с.г. на 1915 километре железной дороги, на перегоне «Степаногорск – Ручьевая» произошёл наезд электрички на моего сына, Веселова Сергея Ильича, жителя города Степаногорска. Экспертиза признала виновность в случившемся самого пострадавшего гражданина.
Однако, проведённой экспертизой не были учтены весьма существенные обстоятельства, а именно: погибший гражданин Веселов был положен на рельсы уже без признаков жизни, то есть, мёртвым! Письменные и устные показания многочисленных свидетелей происшествия приняты во внимание не были и к делу не приобщены (копии заявлений некоторых свидетелей прилагаются повторно). Истинная причина смерти упомянутого гражданина Веселова не расследована и, скорее всего, носит криминальный характер.
В связи с неполнотой принятых к сведению фактов и свидетельских показаний, что привело к неверному установлению обстоятельств, имеющих существенное значение, упомянутая экспертиза сделала выводы, противоречащие другим доказательствам по данному делу.
На основании изложенного, с целью установления истины, прошу Вас возобновить производство дела по факту смерти моего сына Веселова Сергея Ильича и назначить повторную экспертизу с другим составом экспертов, для чего провести эксгумацию его тела. Дата… Подпись… Веселов Илья Кузьмич… Приложение:
- свидетельские показания проводника Смирновой Зинаиды Васильевны на 2 листах в 1 экземпляре;
- свидетельские показания (копия) машиниста Красько Анатолия Павловича на 3 листах в 1 экземпляре;
- электронный носитель (флешка) с фотоматериалами и комментариями к ним по делу о смерти гражданина Веселова Сергея Ильича (с аудиозаписью свидетеля по делу, железнодорожного рабочего Суркова Виталия Афанасьевича) – 1 шт. в 1 экз.»