Был при нашей средней школе бухгалтер-счетовод, не помню уже имени и отчества, а вот Чугунком его звали, запомнилось. Горшками уже в те годы никого не дразнили, да и кастрюли еще не успели войти в моду, а чугунки еще пользовались спросом: с чем еще можно сравнить голову, как не с чугунком? Была у него жена продавщица Нюра, томная такая женщина, с высокой грудью, говорившая всегда в нос, будто была простужена; может из-за этого носа она находилась в постоянной задумчивости: было о чем задуматься?
Стала она примечать, что муж её, законный, зачастил с раннего утра на работу убегать; обычно это с работы нормальные люди стараются под разными предлогами улизнуть, а тут на работу. На вопросы жены нервно отнекивался: что баланс нужно править; дебит с кредитом не сходится... Под таким предлогом садился на велосипед и в школу, а по секрету доложу: у школы жила другая Нюрка Купчиха, что работала в этой школе уборщицей. Вот Чугунок и устроил себе бухгалтерское сальдо, совсем запутался: где у него актив, а где пассив.
Как говорила одна бабулька, «божий одуванчик» в напутствие своим потомкам: «Что мужики они глупые, верят словам, как дети малые, а сути не разумеют. Бабы что вложат в сознание мужика, то он и будет делать». Тут сомневаться не надо, а вот что может накуковать ночью другая кукушка, того надо остерегаться и выдергивать с корнем, как сорняки.
Решила жена Нюрка посоветоваться с сестрой своей Шуркой и свои подозрения ей всё изложила, как на исповеди батюшке. Та сложила губки бантиком—задумалась; закатила глаза в потолок и выдает:
—Вот Чугунок, гад! Значит баланс правит с Нюркой Купчихой! —Попались голубчики! —Вот тут они у нас сидят! —сказала Шурка, поднося здоровенный кулак к носу сестры. Нюрка и без того, всегда доверяла младшей сестре—она была ушлая во всем, это проверено не единожды. Все подозрения у жены на лицо против Чугунка, а улик маловато. По научению младшей сестры, стала Нюрка за прилавком изображать из себя обиженную. Как придет кто-то в магазин из школьных педагогов она сразу пытать их: «Что это у вас за балансы такие, что мужу моему приходится рано с утра вставать и ехать его править». Так пошел слушок: сначала на улицу, затем к школе повернул, и до Чугунка дошел, и он засуетился —жаренным запахло! Создается нервозная обстановка вокруг него, побежали по небу тучки, мелькают молнии и приближаются раскаты грома и скоро началось.
Сначала загорелась перина в доме Купчихи; дело было днём, и соседи отстояли дом. Пока прибегла хозяйка, перина еще тлела в крапиве, но Бог с ней с периной из гусиного пуха, главное пожара избежали. На другой день пожар у Чугунковой тещи —двор загорелся. На счастье, обе дочери и Шурка и Нюрка были у матери в гостях —успели потушить. Это кому так теща насолила, что поджигать её надо? Опять Шурка догадалась: и они заподозрили в этом поджоге Купчиху:
—Мол, для отвода глаз сначала сожгла свою перину, а тут и тещин двор в отместку. Как вам такая версия? — спрашивает у Чугунка свояченица.
—Больно у тебя всё складно получается; не твоих ли рук дело? —разошелся Чугунок. Мужик он был не глупый и понял кто воду мутит в этой семье, но и упрямее своей свояченицы тоже никого не встречал.
— А пусть милиция разбирается—сказала Шурка, выглядывая в окно. Приехала милиция из города: поглядели поджог двора тещи, перину в крапиве на половину сгоревшую, тоже сходили посмотрели— все улики на лицо, поджоги зафиксировали.
Выводят Нюрку Купчиху, под белые руки, из дома с узелком, два молодых милиционера. Смотрит Нюрка на народ испуганными глазами: не может ничего понять, а тот, кто мог бы понять, тоже прячется где-то в толпе, боится на глаза показаться.
Кажется ему, что толпа сейчас расступится и бабы взашей погонят его на середину проказника. Стало неуютно Чугунку в этом мире: каким-то он бессовестным себя почувствовал. «Как я с этим жить буду?»—сам у себя спрашивает, ведь из-за меня пострадает Нюрка. Собрал все свои силы и двинулся вперед, расталкивая толпу.
—Не виновата она! — кричит он, показывая пальцем на Нюрку Купчиху. — Я тоже поеду и докажу это—сказал Чугунок и взялся за борт кузова.
—Пусть едет, — сказал милиционер, —места на всех хватит.
P.S. Всё разрешилось благополучно и с вечерним автобусом Чугунок с Купчихой вернулись в родное село, а дальше их пути разошлись и каждый пошел своей дорогой. Хотя…