— Таблетку антиозверина выпил? — вскинул бровь, кривя губы в саркастичной усмешке. — Замминистру не по чину на людей кидаться, нет? — сел напротив.
Справки обо мне наводил. Странно, что решил поиграть с огнем и наставить мне рога. Я опасный враг, и это не пустая бравада.
— Мне с тобой болтологию разводить некогда, — бросил салфетку на стол. Была бы перчатка, полетела бы ему в морду. А лучше кулак. Дуэль, млять. — Моя жена — женщина с характером, и она решила остаться работать у тебя.
— Что, не доверяешь ей? — подкалывал, падла.
— Я тебе не доверяю. Если продолжишь преследовать ее… Если твои вареники снова случайно прилипнут к губам моей жены — убью.
Реутов сузил глаза. Смотрел недобро. Видно, не любил угроз и ультиматумов.
— Я тебя не боюсь. Тоже не пальцем деланный.
Я коротко и резко рассмеялся.
— Где тебя палец делал, у меня там четыре руки, как у гребаного Кришны.
Реутов заразительно рассмеялся.
— Слушай, если бы у нас в стране все министры были бы настолько конкретными мужиками, может быть, вся страна вылезла бы из анальной дырочки.
— Вылезет со временем, — пообещал. Да, я считал, что все можно сделать, если не выбирать между постройкой нового дворца и, к примеру, чистыми улицами в городе. У меня есть бабки, мне воровать вагонами нет смысла, на тот свет ведь не унести. Это старая советская номенклатура все хапала и хапала, боялась повторения голодных времен после распада.
— Если бы ты пришел ко мне пальцы гнуть, — абсолютно серьезно начал Реутов, — я бы тебя на хрен послал еще на этапе звонка. Но я говорил с Ангелиной. Мне этого достаточно. Она любит тебя, — и поднялся. — Тебе повезло. Я давно не видел верных женщин. Поверь, знаю, о чем говорю. Береги жену.
Реутов ушел. Я остался доволен разговором. Ну, если даже соперник заметил, что жена любит меня, значит, шансы услышать от нее лично три заветных слова высоки. Главное, не косячить больше. А в отношении самого Реутова… Я поверил ему. Сорт таких мужчин мне знаком. Сам к ним относился. Судаки, но с принципами.
Вечером я застал в гостиной целый детский сад. Жена звонила, сообщила, что у нас будут гости. Егор играл с маленькой подружкой. Как оказалось, адвокат Ангелины с семьей жил всего в паре кварталов от нас. Как я понял, они подружились в Сочи.
— Папа писол! — сын бросился ко мне навстречу. Его подружка, симпатичная девчуля с огромными серыми глазами, смотрела на меня с открытым ртом. Она забавно подтянула съехавшие колготки и направилась к нам. — У мя тозе есть папа, — важно говорил Егор. Тепель у нас с тобой папи. Ну это… есть и у мя и у тя.
— Холосый папа, касивый, — вынесла вердикт девочка. Я рассмеялся и присел на уровень двух сероглазых товарищей.
— Привет, Егоркин, — обнял сына и поцеловал в макушку. — А тебя как зовут, принцесса?
— Ксюса, — сказала кокетливо. Ох, чувствую, будущая расхитительница сердец.
— Добрый вечер, Людмила Тимофеевна, — кивнул теще.
— Привет, — посмотрела на меня из-под оправы очков и отложила в сторону кроссворд. — Геля на кухне. Ужин готовит. Через полчасика садимся.
— Есть через полчасика! — приложил руку ко лбу, отдавая честь теще. Она фыркнула, но улыбнулась.
Смех услышал на подступах к кухне и запах жареной картошечки с зеленым луком. Надеюсь, селедочка будет.
— Привет, — поздоровался с женой, затем посмотрел на ее подругу. Видимо, мама Ксюши. Понятно, от кого у девочки такие красивые пронзительные глаза. — Здравствуйте. Тимур, муж этой прекрасной женщины, — подошел, обнял Гелю, целуя в губы. Она могла оттолкнуть или шлепнуть по рукам, но не при свидетелях.
— Познакомься, это моя подруга — Алена Небесная. Ты знаком с ее мужем, — и хитро улыбнулась.
— Очень приятно, — Алена с интересом рассматривала меня.
Ужин прошел бурно, но в теплой обстановке. Дети баловались, теща пыталась следить за порядком и чтобы едой не играли, девушки болтали о женском, а я наворачивал картошку с селедкой, винегретом и ломтями чиабатты, зарумяненной до хруста на сковороде со сливочным маслом.
По итогу вечера было решено на выходных собраться у Небесных компанией. У них единственных бассейн был крытым. Кайфуют даже зимой. Нужно будет летом пристроить к баньке водный комплекс. Аквапарк сделаем! Мы ведь не разведемся? Год истекает в июле…
В субботу у нас была вечеринка, правда, мужская: я, Дима Небесный и дети. Его трое, мы с Егором и Лиана с Илем Загитовы. Марат сволочь, слинял: говорит, важная встреча у него. Наши жены уехали по магазинам. У них девичник.
Сначала было как-то неудобно — все же Диман адвокатом выступал, наш договор с женой видел. Некоторые пункты… Да нет, вся эта история выставляла меня в резко негативном свете. Я ж женщину, по сути, принудил быть со мной.
— Я адвокат. Разное видел, — Дима был абсолютно спокоен.
— Даже мужей, которые принуждают жен с ними жить? — сухо поинтересовался.
Небесный как-то невесело хмыкнул и передал мне безалкогольное пиво. Мы ж за детьми смотрим! У них большой неглубокий лягушатник. А взрослая часть накрыта колпаком — защита от детей.
— Я его каждый день в зеркале вижу, — посмотрел на меня твердо и прямо. — Алена тоже не хотела со мной. Я о сыне узнал только через три года.
Дима без интимных подробностей рассказал свою историю. Ну, мне теперь не так стыдно за одним столом с ним сидеть. Поначалу решил, что он рыцарь в сияющем белом пальто. Нет, это круто, когда говна в человеке нет. Но жизнь длинная и где-нибудь да накосячишь: кто-то меньше, а кто-то как я.
Наши дамы вернулись к вечеру. Все бы хорошо, но Геля наградила меня настолько гневным взглядом, что вспомнил разом все свои грехи. От такого на понос пробивает, ей-богу!
— Гель, что-то случилось? — шепнул ей, когда сына собирали домой.
— Дома поговорим.
Что-то мне совсем не понравился и тон, да и посыл. Что случилось, мать вашу?!
— Дома так дома, — демонстрировал убийственное спокойствие. Мои грехи все известны, а новых нет. Вроде бы.
В машине Егоркин делился с мамой впечатлениями: тут и новые друзья, и бассейн, и мы заказали пиццу: пепперони ну очень зашла ему. Лепетал так открыто, по-детски непосредственно. Кажется, нам с Гелей удалось сделать так, чтобы нашему сыну нравилось жить в полной семьей.
— Знаешь, кого сегодня видела? — жена дождалась, когда мы остались вдвоем в моей спальне. Она относительно дальше от детской, и если будем орать, то побеспокоим только тараканов. Правда, их у нас нет.
— Жги, жена. Я весь в предвкушении, — устроился в кресле, даже не купался еще. Планировал жену в джакузи затащить, но она такая взвинченная и колючая, что хрен мне что обломится.
— Марата с девушкой!
Опаньки… Ну Маратик, ну придурок!
— И?
— Что «и»? — сверкнула очами грозно. Царица, не меньше.
Я только развел руками и эмоционально выдал:
— Я тут причем?! Я Тимур, а не Марат. А ты не Поля Загитова.
— Ты знал?! — сощурилась подозрительно. Вот бляха-муха. — Знал и молчал!
— А что должен был сделать? Скупить билборды и сообщить всей Москве?!
Жена, конечно, удивляла порой своей наивностью и страстью к справедливости. Да, так бывает, и нечего шум поднимать. Это не наша семья. Они в своей сами разберутся.
— Не знаю! — и села на кровать. Так растерянно смотрела вокруг. — Я просто в шоке… — тяжело сглотнула. — Мне казалось, что он любит Полину.
— Он любит. Я тоже так думаю.
Ангелина резко вскинула голову и твердо произнесла:
— Знаешь, если бы моя подруга узнала, что муж мне изменяет и смолчала бы… Она больше не была бы мне подругой.
Я ждал продолжения. Ох, задницей чуял, что эмоциональный спич еще не закончился. Попал Маратик. Попал.
— Передай своему другу: у него неделя, чтобы взять свои яйца в кулак и признаться Полине, что козел. Потом это сделаю я.
— Ангелина, это не наше дело, — надавил голосом. — Ты не знаешь: может Полине нахрен не нужна твоя правда! — Полине не нужна?! — с укором воскликнула. — Мы оба ее хорошо знаем. Она его кастрирует.
Вот этого я и боялся. Поля характерная. Марат тоже не пальцем деланный. Поубивают друг друга…
— А что ты хоть видела?
Она бросила на меня суровый взгляд и начала рассказывать. Ну и долбахрен Загитов. Ой, дурак. Поймала его, похоже, шмонька на крючок…
***
Ангелина
Мы с Аленой хорошо придумали. Оставили мужчин на хозяйстве и отправились гулять. Я позвала на тусовку Загитовых с детьми. Поля поехала с нами с удовольствием. Мужчины остались, правда, Марат сразу же уехал, сославшись на срочные дела. Тимур и Дима взяли заботы на себя. Очень мужественные ребята. Шесть детей на двух взрослых — заявка!
Мы с девчонками поехали на такси, потому что решили не отказывать себе в коктейлях повышенного градуса.
— О! — Полина увидела магазин нижнего белья «La Perla». Цены кусачие, но итальянцы знали толк в соблазнении. — Девочки, мне срочно нужно что-то сексуальное.
Когда я вернулась в Сочи, отказалась от этой марки белья. Трусики за двадцать тысяч казались чем-то из совершенно другой жизни. А сейчас с истинно женским интересом рассматривала откровенные комплекты. Мужа порадовать…
Прикусила губы, прикладывая к себе тончайшее кружево в окантовке взрывной фуксии. Такие цвета мне очень шли. Я думала о Тимуре постоянно. Мои чувства изменились. Я запуталась. Отчаянно запуталась. У меня больше ни в чем не было уверенности.
Естественно, мы сблизились. Мы живем в одном доме, обедаем за одним столом, растим сына, занимаемся сексом. Я совру, если скажу, что это исключительно физиология. Как же я жду его ласк, поцелуев, жарких взглядов. Люблю целовать его, обнимать, подушечками пальцев обрисовывать каждую выемку и впадину. Каждый мускул и шрам. Люблю путаться в жестких волосах. Люблю вкус его тела. Его волнующий запах мужчины. Я влюбилась заново в своего мужа. Или продолжала его любить все эти годы? А важно ли это сейчас? Это уже свершившийся факт. Чувства вернулись. Но разум… Разум боялся. Он не верил. Он напоминал, как больно терять. Как мерзко быть обманутой. Как убийственно одиноко может быть без любимого мужчины.
— Примерь! — Алена потащила меня в кабинку. В соседней Полина. Она одернула шторку и вышла в роскошном боди. Вроде мужчин не было, но один случайно заглянул. Видимо, трусы присмотрел для жены или любовницы. Рожа слишком лощеная, депутатская. Полю увидел: покраснел, вспотел, слюна потекла. Не молодой уже, а все туда же.
— Мне можно ту штуку, как на девушке, — шепнул консультанту. Мы с девчонками хохотали в голос.
Поля даже дефиле на каблуках устроила. Она была старше меня на пять лет, но какая фигура, какая внешность. Яркая блондинка, с идеальной кожей и дерзким взглядом. Ее красота была не канонической, блондинисто-кукольной. А с изюминкой, перчинкой. Губы без идеальной пухлости, носик с горбинкой, без длинных ресниц и модного темного изгиба бровей. Хотя она как раз в эстетической медицине крутилась, но вся натуральная. Глаза шальные, зеленые, и взгляд такой… Смотришь и понимаешь. Это женщина на тысячу процентов. Та, которую называли манкой по природе и энергетике, а не за искусственную красоту.
— Девочки, я знаю классную кондитерскую недалеко от Цветного. В домах. Там такой кофе, а какие десерты! — Алена блаженно закатила глаза. — Хозяин наш друг. У него жена и дочка. Я бы Олю пригласила, да они в отпуске. Так бы Демид нашим мужьям помог, — рассмеялась.
Пока такси везло нас по адресу, болтали, узнавали друг о друге новое.
— А у кого-то есть друзья-мужчины? — спросила я, когда разговор зашел.
— У меня куча сотрудников и среди них много мужчин, некоторых могу назвать товарищами, — ответила Полина.
— У меня есть. Правда, — Алена смущенно отвела глаза. — У нас был секс по дружбе, пока Димы не было. Потом мы закончили интимную часть дружбы и даже общались семьями. Мужа триггерило, конечно.
Мы устроились в кафе и ели пирожные, наплевав на всяческие диеты и углеводы после шести.
— Сейчас мы мало общаемся.
— Почему? — поинтересовалась я.
— Стас долгое время проповедовал свободные отношения, и один наш друг решил тоже попробовать. Как итог — развод. Это давно было, — махнула рукой, когда принялись обсуждать перспективы. — Сейчас и Стас, и Арс отказались от этого формата, но вышли не без потерь…
Алена в общих чертах рассказала. Я в очередной раз дивилась мужской логике. Для меня это просто узаконенная измена. В истории друзей Алены вышло так, что женщина сыграла в мужскую игру и выиграла. Молодец. Жаль, что она жила в другом городе, я бы с удовольствием познакомилась с ней.
— Девочки, я в уборную, — поднялась Полина.
— Я с тобой, — Алена тоже встала.
Я допивала свой латте и смотрела в окно. Было уже темно: зимние сумерки очень сильно походили на ночь. Хорошо, что Москву ярко освещали, а загадочные снежинки волшебно кружились в свете фонарей.
Я нахмурилась, увидев возле черного порше Марата и… девушку. Они подошли к машине. Девушка оживленно болтала и улыбалась, он скупо отвечал, но выглядел сытым котярой. Клиентка?
Я изумленно сглотнула, когда она, прежде чем надеть перчатку, демонстративно пошевелила пальчиками, видимо, колечко показывала, затем повисла на Марате, томно целуя в губы. Долго, с языком. На ней была короткая курточка и обтягивающие брюки. Марат, не стесняясь, с силой сжал ягодицу, затем открыл дверь и, прежде чем усадить любовницу, шлепнул по заднице. Они уехали секунд за десять до прихода девчонок. Я была шокирована. Как он мог? Вроде бы не мой муж, а шок невероятный.
Оставил детей на друга, жене наплел с три короба, а сам с девочкой развлекаться поехал. Ей лет двадцать плюс-минус. Он же старше лет на семнадцать…
— Ты что такая потерянная? — спросила Полина. — Все нормально?
— С детьми что-то? — взволнованно добавила Алена.
— Нет, — я дернула плечом, пряча глаза. Как себя вести с Полиной? Как молчать? Что сказать? — Все нормально. Просто думала о ситуации знакомой.
— А что там? — они с интересом ждали историю.
— Да так… Я случайно узнала, что муж знакомой изменяет ей. Вот и думаю: нужно что-то делать? Сказать или не лезть?
— Не знаю, — задумчиво протянула Алена. — Все зависит от женщины. Хочет ли она знать.
— А я бы хотела! — воскликнула Полина. — Подруга должна сказать. Я бы не хотела ходить рогатой, — и руками показала рожки.
Я слабо улыбнулась. Какой же мерзавец Марат. Не стесняясь, целовался с любовницей на улице. А его жена хотела знать…
В такси я себя накрутила жутко. На Тимура злилась в довесок. Наверняка ведь знал! Они с Маратом слишком дружны.
— Я поеду на такси, — уже у Небесных сказала Поля. — Марат задерживается с клиентом, не успевает нас забрать. Будет поздно.
Меня просто скрутило от злобы. С клиентом, значит! Так занят, что детей и жену забрать не может! Сволочь! Подлый мерзавец! Так звенит в яйцах и зудит в паху, что на семью наплевал! А больше всего поражало, что он так на Полю смотрел, будто съесть готов: ревновал, жадно целовал, если думал, что на них не смотрят. Их сексуальной жизни после десяти лет брака только позавидовать можно. А вон оно как!
Тимуру я естественно, высказала. Да, я не должна злиться на него, но я слишком растеряна и расстроена.
— Геля, — Тимур сел рядом и рывком перетащил меня на колени, — поверь, я не одобряю. Если честно, я не знал, что у Марата все… — взлохматил волосы. — Настолько вышло из-под контроля. Ты же понимаешь: он взрослый дядя и ничьего мнения не спрашивает.
— Тим, неделя. Так и передай.
Муж обреченно вздохнул. Он успел понять, что я шутить такими вещами не буду.
В понедельник утром мы с коллегами и Максимом Богомоловым отправились на встречу к заказчику. Нас ждали в отеле. Именно его нам нужно преобразить. В конференц-зале устроили презентацию. За круглым столом собрались заинтересованные лица. Я никого не знала. Тимур сидел в стороне. Загадочный темный властелин. Прямо крестный отец. Красив, богат, властен и на мне женат. Господи, почему он так смотрит?! Ну все же поймут! Я достала телефон и написала сообщение:
Продолжение следует…
Контент взят из интернета
Автор книги Лейк Оливия