В детстве я обожала петь. И не просто петь, а, так сказать, с артистизмом и особым звуком, который тогда казался мне настоящим голосом оперной дивы. В мои пять лет голос был громкий, а таланты — безграничны. Музыкальные номера стали моим любимым занятием — и пыткой для всех домашних. Достаточно было найти подходящий микрофон, и моя песня была готова вырваться на свободу. Пела я во что угодно, но самым любимым микрофоном для меня почему-то был… шнур от утюга.
Но даже утюг не выдерживал моего «выступления» и отказывался работать. Так, на самом деле, я успела потрепать не один утюг, пока исполняла песни Аллы Пугачевой, но каждый раз подбирала новый «микрофон», после того как предыдущий выходил из строя. Мама то и дело покупала новый утюг, о чем до сих пор мне иногда напоминает, и я, конечно, сразу шла «выступать». Со временем, правда, заметила, что и утюги стали пропадать: приходилось искать новые «микрофоны».
Еще одним любимым моим времяпровождением было слушать проигрыватель с пластинками. Самой любимой из них была «Бременские музыканты», которую я слушала по десять раз на дню. В моей вселенной ни одна сказка не могла сравниться с этой. Бременские музыканты были моими кумирами, они звали меня в свои музыкальные приключения, в которых я, конечно, была главным солистом. И хоть я ещё плохо знала слова, зато восполняла это чистым детским энтузиазмом.
Теперь представьте — включался проигрыватель, играл тот самый мотивчик «Ничего на свете лучше нету», и я, вцепившись в шнур от утюга, сразу начинала подпевать, не жалея ни себя, ни окружающих, хотя и «спасаться» было особенно некому — папа уходил на работу рано, а мама к вечеру уже с трудом выносила моё «концертное» творчество.
Но как это часто бывает, всему хорошему приходит конец. Так случилось и с моим проигрывателем.
Однажды я заметила, что мама начала коситься на проигрыватель с подозрением и что-то говорить себе под нос, но не предала этому значения. «Ну, может, устала от музыки, — подумала я. — Но зато сколько счастья мне она приносит!» Не знаю, в какой момент ей это окончательно надоело. Думаю, она всё-таки поначалу пыталась привыкнуть. Но есть предел всему, особенно креативу пятилетнего ребёнка, у которого вместо репертуара — один заезженный хит про бродячих музыкантов. В какой-то момент терпение ее лопнуло.
И вот представьте себе, я ставлю свою любимую пластинку, включаю проигрыватель и ничего… Тишина… Он просто перестал работать… Это была трагедия.
— Дорогая, проигрыватель сломался, — объявила мне мама с интонацией доктора, сообщающего плохие новости.
Я смотрела на неё, не веря своим ушам. Как это «сломался»? В моём понимании этот проигрыватель был вечным. Но мама печально кивнула и подтвердила:
— Да, мастер сказал, что уже ничего нельзя сделать.
Я была слишком молода, чтобы сомневаться в мамином авторитете, и только грустно кивнула. Так, неожиданно для меня, мир лишился бременского оркестра и моих певческих амбиций. Пластинка перестала играть, а я — петь. И хоть родители вздохнули с облегчением, но я долго не могла забыть свою потерю.
В тот момент мне было, кажется, искренне жаль этот проигрыватель. Но что поделать? Разве починишь вещь, если она «навеки» сломана? Прошли годы, и я давно забыла про свою детскую обиду. Пластинка пылилась где-то на антресолях, а я даже не вспоминала, как мои музыкальные мечты так внезапно закончились. Время шло, я выросла, и вскоре появился новый музыкальный мир — кассеты, компакт-диски и даже первые цифровые плееры.
Пока однажды, когда мне было уже лет тридцать, разбирая кладовку в доме у родителей, я не наткнулась на этот проигрыватель. И узнала, что оказывается, его можно было починить, но мама не стала этого делать.
— Ты ведь постоянно крутила эту пластинку, — сказала она, — что у меня сил больше не было её слушать. Ну, я и попросила мастера сказать, что починить его невозможно.
Понадобилось тридцать лет, чтобы я узнала, что мой «несчастный случай» с проигрывателем оказался просто маминым небольшим обманом. Зато теперь я смотрю на эту историю с улыбкой — и понимаю, что у каждой мамы есть свой предел терпения.
Если вам понравилась эта история, подписывайтесь! Уверена, у нас ещё много всего интересного впереди — и с такими сюжетными поворотами, что не снились даже Бременским музыкантам!