Найти в Дзене

Почему Насер ад-Дин Шах подражал Петру Первому? Про усатых жен и не только...

Насер ад-Дин Шах сейчас больше известен благодаря своим некрасивым женам с усиками, чьи фотографии в последнее время активно распространяются в сети интернет. А жаль. Ведь следуя примеру Петра I, он стал первым шахом, начавшим брить бороду и носить короткую одежду; ввел австрийскую военную форму и даже прусские каски; основал пороховой и монетный дворы, очистил и благоустроил столицу Тегеран; открыл школу, где совместно обучались студенты-медики и военные. Его правление в Персии, длившееся более сорока лет, оставило значительный след в истории. Шах приложил усилия для модернизации страны, вводя новые технологии и развивая образование. При нём строились новые железные дороги, появился телеграф. К тому же Насер ад-Дин Шах был первым иранским монархом, который предпринял путешествие в Европу. Именно во время этих визитов он увлекся европейской культурой и искусством, что вдохновило его на реформы внутри Персии. Но что ещё удивительнее, это его глубокая симпатия к России. Он видел в н

Насер ад-Дин Шах сейчас больше известен благодаря своим некрасивым женам с усиками, чьи фотографии в последнее время активно распространяются в сети интернет. А жаль. Ведь следуя примеру Петра I, он стал первым шахом, начавшим брить бороду и носить короткую одежду; ввел австрийскую военную форму и даже прусские каски; основал пороховой и монетный дворы, очистил и благоустроил столицу Тегеран; открыл школу, где совместно обучались студенты-медики и военные.

Его правление в Персии, длившееся более сорока лет, оставило значительный след в истории. Шах приложил усилия для модернизации страны, вводя новые технологии и развивая образование. При нём строились новые железные дороги, появился телеграф.

Напомним про некрасивых жен Насер ад-Дин Шаха
Напомним про некрасивых жен Насер ад-Дин Шаха

К тому же Насер ад-Дин Шах был первым иранским монархом, который предпринял путешествие в Европу. Именно во время этих визитов он увлекся европейской культурой и искусством, что вдохновило его на реформы внутри Персии. Но что ещё удивительнее, это его глубокая симпатия к России. Он видел в ней стратегического партнёра и пример для подражания во многих аспектах. Временами он даже представлял себя великим преобразователем и стремился походить на Петра Великого. Для этого он держал в своей опочивальне полный перевод "Истории Петра". Однако, несмотря на свое желание извлечь множество уроков из истории великого реформатора, его попытки были не слишком успешными. Однажды на улицах были расклеены "дистихаты" — указы, предписывающие женщинам ходить с открытыми лицами, а всем персам заниматься торговлей и другими делами по своему усмотрению. Но, в конечном итоге, эти нововведения потерпели неудачу: женщины продолжали закрываться, поскольку духовенство и сеиды (потомки пророка) были против и срывали плакаты с разрешениями. А второй указ — заниматься любым делом — персы истолковали так: в Персии нет законов, значит, защищать их интересы некому, и шах просто хочет узнать, у кого есть деньги, чтобы потом прибрать их к рукам, поэтому ни один перс ничего предпринимать не стал.

-3

Насер ад-Дин Шах часто проводил беседы с русскими дипломатами, восхищался русской литературой и даже пытался говорить на русском языке. А в 1873 году он посетил и Российскую Империю.

Путешествие по Европе было давно задумано и имело значение как первая серьезная попытка одного из азиатских правителей изучить Европу, приобщиться к её жизни и обычаям. В любом случае, эта поездка стала первым долгим путешествием шаха по многим странам, и в этом списке Россия оказалась первым пунктом. В детстве он посетил Эриван с отцом и встречался там с императором Николаем I, на этот раз путь пролегал через всю страну с юга на север. От Астрахани, через Саратов и Царицын, до Москвы и Петербурга.

Иреванское ханство было одним из азербайджанских владений - ханств, возникших после распада державы Надир-шаха в середине 18 века.

В России шаху оказали прием в Зимнем дворце, а его сопровождающих разместили в гостинице Соболева на Фонтанке.

Первое впечатление от шаха было приятным: «Его рост средний, кожа смуглая, в тёмных глазах чувствуется задумчивость и мечтательность; он передвигался величественно, с высоко поднятой головой. На нём был чёрный мундир с бриллиантовыми украшениями, эполетами с яркими изумрудами и лента Андреевского ордена. Сабля также была с бриллиантами. Шах не носит персидских орденов, вероятно, чтобы подчеркнуть своё высокое положение. Ходят слухи, что подаренная здесь бриллиантовая Андреевская звезда, которую он носит, весьма дорога».

-4

Свой визит шах подробно описывал в дневнике. В России его впечатлили чистота, красота, высокий уровень жизни и даже дороги (вопреки ожиданиям). В Москве он впервые увидел балет в Большом театре, который глубоко потряс его, и с тех пор он стал заядлым поклонником балета.

Из Москвы шах отправился в Петербург. Там его встречал император Александр II, которого шах описал как высокого мужчину с благородной осанкой. Императрица Мария Александровна отсутствовала из-за болезни, потому основная женская роль на приёме выпала цесаревне Марии Фёдоровне. В Петербурге шах посетил достопримечательности и парад на Царицыном лугу. «Мы с Государем в открытой карете отправились на плац, где нас ждали тысячи кавалеристов и казаков для смотра», — писал шах. Несмотря на дождь, русская армия оставила на него столь сильное впечатление, что, возвратившись, он основал Персидскую казачью бригаду.

Шах посетил Петергоф, Кронштадт, Царское Село и Мариинский театр, где шел балет «Дон Кихот». После визита в русскую столицу, шах отправился через Вильно в Пруссию. Так завершился его первый продолжительный визит в Россию. В 1878 году шах снова посетит Эриван, а в Санкт-Петербург вернется в 1889 году, уже при Александре III, но этот визит будет коротким, всего три дня. В этот раз его поразит электрическое освещение дворца, новинка для Персии.

-5

У Насер ад-Дин Шаха было 84 жены и более десятка дочерей-принцесс, проследить судьбы всех женщин не представляется возможным. Да, его жены были далеко не красавицами по тогдашним стандартам, но для него они много значили — они были символами верности и культуры, частью его большого и разнообразного гарема.