Общество дорожит чистотой. Особенно, чистотой мозгов. А если Очиститель вдруг сломается?
Начало рассказа здесь
Юлия Ким
Очиститель, все так. Продолжение
***
Вечером члоб-техник Ром гладил и мял, гладил и мял Джекет, желая охватить твердыми шершавыми ручищами каждый сантиметр ее тела. Так же тщательно он обследовал все, ставшее доступным его могучей натуре, в том числе оборудование, доверенное Обществом.
От частых толчков Джекет подергивалась марионеткой на кровати, перемещаясь от одной ее спинки к другой в такт напору Рома. Когда тело Джекет доезжало на скользких простынях до упора головой и начинало биться макушкой о твердое, Ром останавливался и рывком возвращал Джекет на исходную позицию.
Ром не знал усталости, а в голове Джекет постепенно прояснялось. Что говорить, грязи за сегодня она нахватала предостаточно. Однако, к концу сеанса внутри Джекет, на ее коже и даже в мозгах Рома стало так много, что члобка, освободившись из -под него, поднялась с постели и направилась к своему Очистителю. Краем глаза она увидела, что то же самое поспешил сделать Ром.
В Обществе принято ложиться и просыпаться в чистоте.
Сейчас, вот сейчас Очиститель омоет кожу Джекет. Да что кожу, каждую клеточку Джекет омоет изнутри; растворит излишки Рома, жирную складку на черной шее Розы, непонятный взгляд Кристи, волосы, прилипшие к потному лбу Кристи, запах Кристи, смерть Кристи…Очиститель все исправит, не позволит осесть мусору в складках мозга, промоет до водянистой голубизны каждую его извилину, расправит мозг до плоского состояния и вновь аккуратно сложит после окончания процедуры. В умной машине Джекет была уверена больше, чем в себе.
Очиститель продолжал вытягивать из головы и отпускать в неизвестность цепочки смыслов, когда разнеженная Джекет позволила себе уснуть прямо в саркофаге, хотя это не поощрялось Обществом. Абсолютную чистоту необходимо было ощутить сознательно. Когда Джекет спала вместо того, чтобы присутствовать при своем обновлении, в Очистителе, работающем всегда бесшумно, что-то еле слышно зажужжало, а потом странно щелкнуло. Снова стало тихо.
По инструкции в целях безопасности Общества при малейших странностях в работе Очистителя, как и при любых других нестандартных ситуациях, члоб обязан незамедлительно нажать Красную Кнопку экстренной диагностики. Джекет однажды довелось наблюдать последствия. В тот день она возвращалась с работы и только успела подойти к спальному отсеку, как вокруг началась непонятная суета. Из соседнего блока вышел, споткнувшись о порог, смутно знакомый Джекет члоб, а за ним два техника в спецодежде. Джекет проводила их, удаляющихся по коридору, взглядом до самого дальнего поворота, и ей стало тревожно. Малознакомый члоб, скорее всего, встретит ночь не в своем отсеке, да еще и не очистившись. Даже представить себя на его месте было страшно, и Джекет поспешила к себе смывать грязь от увиденного.
Но сегодня звуки в Очистителе был настолько тихими, что не смогли потревожить невинного сна члобки. Она посапывала носиком в кроватке, убаюканная, предчувствуя обновление, в той же позе, в которую ее уложил Очиститель, лишь коленки уютно подтянула к подбородку, да одна рука безвольно свесилась с кровати.
Проснулась Джекет точно в положенное время под мягкие уговоры будильника. Он начал с шепота, потом забубнил громче и настойчивее, пока Джекет окончательно не вынырнула в явь, потянулась, как всегда, до хруста, уже под жизнеутверждающую музыку. Потолок переливался и мигал металлическим. Все вокруг желало члобке доброго утра.
Джекет потрясла головой. Потому что в голове внезапно всплыл клочок вчерашнего дня кляксой, нет, весомее, ошметком плюхнувшись на дно сознания. Головой Джекет потрясла, удивилась, но не придала случившемуся особого значения. Мол, пройдет. До того она была уверена в стабильности повседневности.
Утро выдалось, как и любое другое утро в жизни Джекет, ясным и чистым. С потолка светило солнышко, над головой плыли облака, из стен неслись птичьи трели. Пахло травой и водоемом. Все было, как всегда, чего нельзя было сказать о мозгах Джекет. Мозги подернулись дымкой, впрочем, сама Джекет так и не желала этого замечать. Так здоровый, не знавший ранее сколько-нибудь серьезных заболеваний человек не желает замечать первых симптомов серьезной болезни. Джекет бы насторожиться, но она по привычке осталась беззаботной. Момент все исправить был упущен.
***
В лаборатории все было так. На работу не вышла Кристя, однако, Джекет понимала, что ее просто перевели в корпус для умирающих, как перевели бы любого члена Общества, собравшегося уходить. О чем тревожиться?
Джекет никогда не была в корпусе для умирающих, да и зачем ей было там бывать? Она узнает все в свое время на собственном опыте.
На архивных уроках в инкубаторе Джекет, Рому, Кристе, Розе и другим детям из их выводка иногда показывали древние, еще бумажные книги. Книги из того дикого времени, когда члобы были больны на всю голову, а диагностика отклонений отсутствовала.
Повзрослев и став полноценным членом Общества, Джекет поняла, что предкам можно было только посочувствовать. В детстве же их поведение вызывало у нее отвращение, с которым с трудом справлялся Очиститель, отвращение и гомерический смех, настолько поведение было нелепым.
Хотя, архивные члобы иногда вызывали у Джекет и иные, непонятные чувства.
Темой очередного урока была смерть. Казалось бы, куда проще, но и в вопросах смерти предки умудрились все изгадить.
Преподаватель показывал детям изъятую для такого случая из архива бумажную книгу, в которой, наверняка скопилось немыслимое количество пыли и микроорганизмов. Ее даже продезинфицировать толком не было возможности, поэтому прикасались к ней только в перчатках. Из соображений гигиены, Джекет, став взрослой, по-прежнему обходила стороной архивную часть лаборатории.
Книга оказалась романом. Роман, как поняла Джекет, хотя такое с трудом укладывалось в голове, был текстом, в который предки на бумагу выплескивали всю свою грязь. Конечно же, великого Очистителя тогда не было, и грязь девать было некуда. Однако по какой-то непонятной причине члены Общества не уничтожали романы, а, наоборот, занимались их тиражированием. Подобно тому, как во времена Джекет порой допечатывали бумажные справочно-технические издания.
Иллюстрация к роману называлась «У постели умирающей». Учитель показал детям картинку в книге, потом вывел ее, оцифрованную, на экран и предложил юным члобам внимательно рассмотреть увеличенное изображение. Сначала никто ничего не понял. Смысл рисунка доходил до члобов очень медленно, настолько он был дик.
На картинке, судя по ее заголовку, была изображена постель умирающей естественной смертью члобки, смятая и неопрятная. В комнате царил беспорядок. Повсюду, на мебели, на стенах, на полу находились явно лишние здесь вещи. Функционал многих из них был непонятен Джекет, однако, с целью сохранения чистоты, количество их можно было бы уменьшить. Например, убрать со стен бесполезные пейзажи и полотна с изображениями лиц.
На тумбочке возле кровати -свалка из лекарств, шприцов и баночек, точно не нужных уже умирающей. Их по неизвестной причине не убирали. Но самым странным было количество члобов в комнате в дневное время, когда все обязаны трудиться, а еще более странным было эмоциональное состояние присутствующих члобов. Вокруг кровати собрались, по- видимому, родственники умирающей всех возрастов. Среди них были даже дети. Да, это казалось невероятным, но в комнате находились дети, которым в нормальном Обществе место в инкубаторе, поскольку дети не являются сознательными членами общества и отвлекают взрослых от работы. Кто-то из взрослых держал умирающую члобку за слабую руку, словно не желал ее отпускать.
Изображенное было настолько нелепым и грязным, что эмоциональное состояние детей-члобов, разглядывающих картинку, дергалось туда и обратно по шкале от недоумения, к смеху, до отвращения. После урока детям на время даже пришлось увеличивать мощность Очистителя.
Зачем родственники сидят у кровати умирающей, если все необходимые медицинские мероприятия уже проведены; зачем сидят после того, как стало понятно, что все так? В чем смысл? Почему родственники оставили свою работу?
После протяжной, густой, недоуменной паузы с места поднялась Кристя, уже тогда кровь с молоком, и, задорно тряхнув гривой, спросила: «Учитель, а почему все, изображенные на картинке, испытывают негативные эмоции, ведь смерть-естественный процесс? Для чего они засоряют свои мозги, и отчего вокруг так много грязи?
Дети очнулись, класс загудел, учитель кивнул. Кристя произнесла именно то, что он желал услышать, и именно то, о чем думали в тот момент все дети.
Учитель принялся объяснять про табу на разговоры о смерти у отсталых предков. Про отсутствие в те лохматые времена эмоциональной гигиены. Про страх даже перед естественным умиранием. Про демонизацию эвтаназии. Про то, что предки после смерти так называемых близких им людей, что называется, горевали, то есть вводили себя непроизвольно в состояние концентрации внимания не на деле, как положено, а на собственном эмоциональном состоянии.
Ром, прочно обосновавшийся на галерке инкубатора, гримасничал, из последних сил сдерживая смех. В конце концов, не выдержав, он рухнул лицом на стол, сотрясаясь в беззвучном хохоте по поводу тупости предков. Роза похрюкивала в унисон общему веселью, однако, вяло, больше за компанию, зевая время от времени. Сколько ее помнила Джекет, Роза всегда была жирной и малоподвижной. Даже доходяга Николас, по слухам еле выживший в инкубаторе, изображал оживление и сучил ножками.
У самой Джекет грязная иллюстрация тогда, в детстве вызвала нестандартную реакцию и, как следствие, внеплановые, муторные сеансы в Очистителе и длительную работу с навязчивым психологом. О, в те времена, ребенком, Джекет все рвалась куда- то и, как дура, оберегала мозги от постороннего вмешательства, не понимая, как это прекрасно-избавиться от грязи. При взгляде на картинку, у Джекет в груди что-то сжалось, хотя она, зная анатомию, понимала, что сжиматься там нечему. Однако, все же что-то сжалось и заныло. Голову заполнил туман, а глаза стали мокрыми. В то же время ей было смешно и противно, как и товарищам, громко потешавшемуся над предками. Учитель призывал разошедшихся детей снисходительно относится к неразумным прачлобам, не доросшим до цивилизованного уровня сознания.
Но как предки могли не понимать элементарных вещей?
***
Нашейник игриво завибрировал, напомнив, что пришла пора определиться с тем, как провести вечер. Джекет предстоял выбор между [крекс- фекс-пексом] и фитнесом. Она положила ладошку на панель Выборщика и вдруг заметила, что указательный палец ее слегка подрагивает. Джекет отдернула было руку, но Выборщик успел сделать свое дело. Резкое движение заметила Роза, лениво приподняв в ответ заросшие брови. Она ни о чем не спросила и никому не сказала об увиденном по причине природной лени. Ведь то была Роза. Всю жизнь на тоскливейшей из работ, где задницу от стула можно до вечера не отрывать, а мозги мозолить нет необходимости.
А вот Джекет поняла, что с ней, Джекет, что-то не так. У здоровых члобок пальцы не дергаются. Поняла, но легкомысленно проигнорировала такой, по ее мнению, пустяк.
«РЕКОМЕНДОВАН [КРЕКС-ФЕКС-ПЕКС],»- светились алыми буквы на панели Выборщика. Джекет стало неуютно. Непонятно почему, но она рассчитывала сегодня на фитнес. Да-а, ей явно нездоровилось. Каждая небольная члобка предпочла бы [КРЕКС-ФЕКС-ПЕКС] фитнесу. В голове Джекет внезапно закружились каруселью мысли о Кристе; что, мол, она доживает где-то последние дни, а Джекет в это время занята выбором полового партнера… Чушь, а не мысли. Какое отношение может иметь ее, Джекет, [крекс-фекс-пекс] к смерти Кристи?
Джекет огляделась вокруг в поисках подходящего партнера. Взгляд ее зацепился за Николаса, щуплого, низкорослого, сутуловатого. Он очень старался держать спину прямо, сводил лопатки вместе так сильно, как мог, отчего плечи непроизвольно поднимись, придавая Николасу нелепый вид. Правда, глаза у него были большие, влажные, мягкие. Как у теленка. А ребра даже через майку легко можно было пересчитать.
Когда нашейник Николаса замигал в унисон с нашейником Джекет, и все на них обернулись удивленно, Николас тоже было удивился, взъерошился недоверчиво, но тут же подумал, что все нормально, все так. Николас удивился, да и все тоже, поскольку его никогда не выбирали для [крекс-фекс-пекса] здоровые и красивые члобки. Его и другие члобки сами никогда не выбирали, лишь по настоянию Выборщика, либо вслепую доверившись последнему. Николас успокоился на том, что все, что ни происходит-так. Он ведь не знал, что Джекет не совсем здорова.
Джекет сама понимала, что Николас-плохой выбор. Однако, сегодня ее тянуло не к здоровяку Рому и ему подобным, а именно к доходяге Николасу
Если вам понравился рассказ, щедро тыкните по кнопке "Подписаться" здесь. Вам будет интересно, а автору приятно.
Что ещё почитать в путешествии, недлинное:
Нужен ли искусственному интеллекта человек?
Рассказ про девушку, море и упущенную жизнь
Рассказ про Вареньку, мать, тварь и узоры