Женя видела удивительный сон. Она оказалась в незнакомом очень необычно построенном городе. Все дома были высокими большими башнями, каждая была небольшим районом.
Евгения шла по улицам между домами башнями и удивлялась, было чисто и совсем не было газонов. Первые этажи башен были окованы сталью, а на уровне третьего этажа и выше между башнями были стальные мосты, по которым двигались пешеходы. Сверху доносились шум разговоров, металлические звуки из каких-то мастерских. Она услышала даже весёлые крики детей, играющих на плоской крыше очень большой башни. На большой площади, перед самой высокой четырёхугольной башней, Женька смогла оценить размеры её сторон. Она была огромной, и в основании больше, чем любой известный ей городской стадион. На крышах почти всех башен, располагались площадки с разноцветными летательными аппаратами. Это были необычные аппараты, у многих из них винты были не наверху, как на вертолётах, а внизу.
Удивляли ощущения. Прекрасный и внешне благополучный город изнемогал от страха. Страх был из-за темноты, которая скоро настанет, и все торопились сделать свои дела, пока светло. Это выражалось в том, как торопятся женщины куда-то, посматривая на запад, как торопливо подгоняют мужчины и женщины-воспитатели цепочки детей, направляющихся куда-то. Женька обнаружила, что солнце уже склонялось к закату, тени становились объёмными, и она, внезапно испытав сильный страх, разозлилась из-за этого и проснулась.
Было темно, она была в липком поту, в окно светила луна. Женька немного посидела на кровати, приходя в себя, потом сняла с себя всё и отправилась в душ. Когда вышла, завернувшись в полотенце, то, шлёпая босиком, подошла к окну.
Она рассматривала соседние дома, пытаясь избавиться от сна, и обнаружила на крыше соседнего дома какую-то кляксу, присмотрелась, и не поверила своим глазам – там сидел человек и глазел в бинокль на их окна. У него было ружье с очень длинным и толстым стволом.
Женя мгновенно присела и, забыв, что без одежды выскользнула в столовую. Вползла на четвереньках в соседнюю комнату и подползла к кровати, на которой спал Брэд. Евгения решительно ущипнула его, и, когда тот скатился от неожиданности на пол, проделала туже операцию с Кевином.
– Что? – не удивившись, спросили оба.
Она была восхищена их хладнокровием.
– Там в наши окна целятся, – просипела Женька и бодро также на четвереньках отправилась в номер Макса и Рэда, будить ребят.
Макс проснулся сразу и метнулся к выходу, Рэд скатился с кровати и на четвереньках отправился в столовую. В столовой в полной темноте Брэд, что-то делал с цилиндриками бормоча:
– Я вам покажу, как следить за нами!
Парни мгновенно расставили цилиндрики по окнам, потом задёрнули шторы и вошли в комнату к Жене, та, очумев от всего, сидела на кровати, завернувшись в полотенце. Брэд забрался к ней на кровать и опёрся спиной о стену, затем подтянул к себе девушку и, заботливо поправив на ней полотенце, прошептал:
– Как вычислила?
Ну не рассказывать же ему свой сон?! Женька помялась и почти честно сказала:
– Случайно. Посмотрела на окно и увидела.
Рэд решительно проговорил:
– Врёт! Даже я вижу, что врёт. Не всё, конечно, но врёт.
– Почему вру?! – Женька расстроилась, – Я когда увидела эту кляксу на крыше, то удивилась. Присмотрелась, а у мужика такое толстенное ружье! Просто пищаль, да и только
Кевин нервно хихикнул:
– Кляксу, говоришь?! Ну-ка выгляни ещё раз! Мы поставили защиту.
– Нет! – она потрясла головой. – Я просто печёнкой чую, что нельзя. Если он о вас знает, то и о вашей защите знает.
Брэд угрюмо возразил:
– Нет, не знает! В мирах Риана используется другая защита. Это из Алтуса, эти цилиндрики не механизмы.
Женька хмыкнула, но к окну не подошла. Она так и заснула на руках у Брэда. Парни посидели некоторое время, и, когда по окнам полыхнула вспышка, удовлетворённо переглянулись.
– Ну что же, не мы первыми начали, – устало пробормотал Макс. – Я завтра запрашиваю бойцов! Теперь это не только проблема аналитиков.
Все ушли, кроме Брэда, который не знал, как уйти, не разбудив девушку. Ему было невероятно неловко, она так доверчиво спала у него на руках. Ни одна из женщин в его жизни никогда не засыпала в его руках не утомлённая страстью. А так хотелось, до тошноты хотелось заласкать её.
Брэд сжал в объятьях спящую. Он всю жизнь мечтал встреть ту, которую хотел бы нежить, и оберегать всю жизнь. Наконец, встретил, но Брэд не считал себя вправе разбудить её чувство. Эта девочка была такой юной, что могла перепутать истинное чувство с чувством, излучаемым любящим керном, а он не хотел отражённого чувства. Он подтащил к себе подушки и задремал, не выпуская Женьку из рук.
Они проснулись одновременно. Был полдень. Когда Евгения обнаружила, что Брэд бережно закутал её в одеяло, то взбесилась. Неужели она так неинтересна ему, что он даже не попытался…
– Ну что за тип?! Конечно, он мне не нужен, но попробовать-то он был должен! Я бы тогда показала ему, где раки зимуют.
Брэд, увидев её возмущённое лицо, разозлился не меньше её.
– Что она о нём думает? Как смеет?! Мало того, что с голым задом мотается, так ещё и подозревает невесть в чём!
Женька, кипя, как самовар, отправилась в душ. Брэд, так же кипя, ушёл в свою комнату и обнаружил, что у него на кровати валяется невозмутимый Макс, с передатчиком в руках.
– А ты что это у нас? – угрюмо поинтересовался Брэд.
– У Рэда гостья, и он меня выгнал. Слушай, подкрепление прибудет только завтра! Присылают троих. Кстати, один спецов по ниверам – сестра Рэда. – Брэд хмыкнул, завидев, как, у всегда невозмутимого Макса заалели скулы. – Она сталкивалась с ниверами на Урале. Несколько лет назад.
После душа Брэд уныло сидел в столовой, пил кофе и обдумывал следующие шаги. Он удивился, когда из комнаты Женьки выскочила Милка, обвела его негодующим взглядом и прошествовала в комнату Рэда.
Брэд опять взбесился:
– Да что они себе воображают?!
Он осторожно подошёл к окнам и удовлетворённо хмыкнул – на месте, где сидел наблюдатель была обширная дыра. Ниверам придётся поломать голову на этот счёт. Во дворе уже стояла пожарная машина и пожарники, лазили по крыше, ничего не понимая. Часть крыши вместе с перекрытиями просто исчезла. Края дыры были ровными и не оплавленными.
В столовой показалась Евгения. Волосы были завёрнуты в привычный узел, из одежды – джинсы, майка и куртка.
– Я в краеведческий музей, – поставила в известность Брэда девушка и скатилась вниз.
Брэд, не готовый к её отъезду, стукнул в негодовании кулаком по столу и помчался одеваться. Выскочив из комнаты, он налетел на Милку, которая что-то готовила, и рявкнул, направляясь к выходу:
– Ты ей скажи при встрече, что так себя не ведут с работодателем!
– Фу ты, ну ты! – странно ответила Милка.
Он ехал к краеведческому музею и внимательно рассматривал машины. Попав в небольшую пробку, заметил старенький внешне безобидный запорожец, от которого просто веяло угрозой. Когда из запорожца выскочили два здоровенных мужика и стали осматриваться, Брэд понял, почему его привлекла эта машина – оба пассажира были ниверами. Он сообщил об этом Кевину по передатчику.
– Ты не представляешь, как мне повезло! Я наткнулся на ниверов, следящих за Женькой. Я их отслежу, а ты забери мою машину. Я её бросил на, – он выглянул в окно, – на углу Некрасовской и Фрунзе.
Он едва успел – запорожец втиснулся во двор. Брэд, не спеша, вошёл следом. Двор был проходным, и проход в него был аркой между двумя старыми домами. Это был район старой Самары, где такие входы во дворы были не редкостью. Запорожцу не повезло – через арку были протянуты верёвки, на которых сушилось бельё.
Парни вышли, чтобы освободить проезд, и Брэд улыбнулся. У него появился союзник: пышная бабка, которая сидела там же на табуретке и караулила развешенное постельное белье. Её можно было понять, арка была большой, и белье быстро там бы высохло, несмотря на периодически начинающийся дождь, а белье было красивым, из льна. Рядом с бабкой дремал невероятных размеров кот и маленькая кривоногая собачка, такого же размера, как кот.
Когда ниверы попытались сдвинуть бельё, бабка заголосила:
– Люди-и!?! Грабют!! – и саданула одного из ниверов тазом с прищепками.
Тот не ожидал нападения и остановился. Оказалось, напрасно, надо было бежать. Собачка истерически залаяла, а кот раздулся, превратившись в мохнатый рыжий шар, и зашипел, как парогенератор.
Ниверы переглянулись, один из них рявкнул:
– Ну, ты! Заткнись! Мы только проедем. Забери твой зоопарк!
– Люди-и! Грабют среди белого дня! – надрывалась бабка. – Оборзели вконец! Беспредел в нашем дворе.
Из-за кривых и ободранных дверей домов двора стали появляться странные личности с опухшими и заросшими щетиной лицами, с обрезками труб в руках. Ниверы, мир которых был очень похож на Самару, оттолкнули бабку и рванули к машине, но не успели.
Кот, увидев, что идёт подмога, стартанул в небо свечой и приземлился на голову одного из ниверов, дико вопя, вцепился ему в уши, и стал их драть. Нивер, завывая, не хуже кота, с трудом отодрал того от себя и, плюнув на машину, бросился к выходу из ловушки, в которую они угодили. Второй нивер, тем временем, пятился и бормотал, пытаясь успокоить наступающих обитателей двора, что они уже уходят.
Теперь Брэд шёл по улице, не спеша, так как ободранный нивер добежал до аптеки и, спустя двадцать минут, вышел оттуда с забинтованной головой. Поблагодарив мысленно боевую бабку, Брэд, не приближаясь, шёл за белым подпрыгивающим «шаром». Когда нивер исчез в одной из подворотен старой Самары, Брэд призадумался. Он уже бывал в этом районе, и понимал, что сам ничего не найдёт. Увидев, мальчишку, который задумчиво бороздил глубокую лужу, подошёл к нему и, достав из кармана двести рублей, поинтересовался:
– Двести рублей хочешь?
– Ну? – лицо мальчишки стало озабоченным.
– Узнай, куда пошёл в вашем дворе этот с забинтованной головой?
Молодой бизнесмен мгновенно протянул руку:
– Давай!
Брэд фыркнул.
– Ага, размечтался!
Мальчишка выпятил нижнюю губу и выставил одну ногу вперед, демонстрируя себя, как серьезный источник информации.
– Давай, я знаю, где он живёт!
Приятно зеленея, двести рублей мгновенно перекочевала в руку мальчишки.
– Он приехал к Клавке. Это её брательник с зоны откинулся.
Следующие двести рублей перекочевали в руки молодого предпринимателя.
– Восьмая квартира.
Теперь, маняще розовея, в руку скользнули пятьсот рублей.
Пацан тут же выпалил:
– Он вместе с друганом приехал. Клавку отметелил, будь здоров! Она теперь даже не пьёт, на улицу редко выходит, только за продуктами. Стала красоткой.
Юный бизнесмен требовательно уставился на своего любознательного клиента, тот улыбнулся, и уже тысяча нырнула в руку парнишки.
– Ты меня не видел!
Парнишка, разинув рот, оглядывался, но Брэд так быстро и бесшумно исчез, что озадаченный пацан даже возвёл очи к небу. Не обнаружив благодетеля, пацан куда-то рванул тратить нежданно привалившее богатство.
Брэд быстро продиктовал Кевину предполагаемую базу ниверов, поймал такси и отправился к Краеведческому музею. Он успел вовремя и застал Евгению, бурно разговаривающую с седым, но крепким мужиком, который, как только встретился взглядом с Брэдом, поманил того, приглашая к разговору.
Женя, увидев Брэда, гневно фыркнула, но представила седого:
– Знакомьтесь! Это – Карп Геннадьевич. Он работник музея. Я с ним познакомилась, когда училась, хм... На историка. Он знает всех, кто в Самаре собирает сведения о необычных происшествиях. Уж если кто и знает, что-нибудь странное, то только он.
– Брэд. Здравствуйте! – поклонился, не дрогнув, её работодатель. – Ну-у… Нам не просто странное нужно.
Карп Геннадьевич усмехнулся:
– Я догадался. Здравствуйте и удивлён, как вы беспечны! Более того, вы не понимаете, как всё серьёзно!
И Брэд, и Женя хором воскликнули:
– Почему?
– Я так думаю, что вам для девочки охрана нужна, – чуть растягивая слова, проговорил Карп Геннадьевич. Женя гневно дёрнулась, а Брэд внимательно вгляделся в глаза музейного работника и ахнул. Карп Геннадьевич пожал ему руку. – Рад приветствовать, родич!
Дальше Женька чувствовала, что сходит с ума. Эти двое разговаривали так, как будто знали друг друга всю жизнь. Да и сам разговор, со странными недомолвками, привёл её в замешательство.
Брэд мягко улыбнулся.
– Ты ошибся, я …
– Нет, это ты ошибся, керн. Ты не просто с ними, ты один из них!
– Ты про сущность что ли?
– Нет, про гены! Тебя просто потянуло к родичам, – Женя ехидно улыбнулась, наблюдая за вытянувшимся лицом Брэда. Карп Геннадьевич счастливо улыбнулся. – Хорошо! А я ведь не думал, что опять встречусь с вами! Эх! Жаль, что Сергей с друзьями на Алтай подался в отпуск. Вот кто был бы рад! Хотя, я думаю, что смогу вам помочь. Пусть девочка пока сходит в нашу библиотеку. Я думаю, что там она найдёт ещё что-нибудь её интересующее, а мы с тобой съездим на часок к моему другу, он живёт недалеко, в Запанском. Друг большой авторитет в определённых кругах, и рад будет помочь. Мы поспрашиваем его о пропавшем фотоальбоме, попробуем выяснить, что так в этих краях заинтересовало наших противников.
– Я не девочка! – возмутилась Женя.
Оба прореагировали на её слова, как на жужжание мухи, то есть не обратили внимания, продолжив разговор.
– А не опасно её оставлять одну? – Брэд нахмурился. – За ней от гостиницы идёт след.
У Жени вытянулось лицо, а Карп Геннадьевич, неожиданно для Жени прошипел:
– Как же вы так неосторожно, молодые люди? Расхлябанность какая-то! Шша!
– Да всё происходит слишком быстро! – пожаловался ему Брэд. – Мы ведь просто поехали проанализировать, что ищут ниверы. Кто знал, что они открыто начнут нападать? Мы их боевика вчера убрали. Понимаете, всё просто понеслось с невероятной скоростью, когда мы встретились с Женей. Представьте, они ударили по гостинице! Им наплевать на людей.
Карп Геннадьевича опять зашипел, у Брэда от этого встали волосы дыбом на затылке, он понял, с каким трансформантом он имеет дело. У землянина боевой трансформацией была форма удава. Редкий генотип даже в мирах Риана.
Карп Геннадьевич уставился на керна:
– Решшшай, время терпит! Можем поехать и завтра.
– Нет! – решительно проговорила Женя. – Я не боюсь! Это мой город. Что мне какие-то ниверы? Да и не нападут они днем!
Она зло дёрнула плечом, когда Брэд попытался остановить её, и ушла. Карп Геннадьевич покачал головой.
– Молодо-зелено! Ты что же, ещё не нашёл свой мир, керн?
Брэд, соглашаясь, кивнул и пробормотал:
– Ищу! Знаешь, я ведь во многих мирах побывал и понял – не моё. Ох, Карп Геннадиевич, достала она меня! Она же всё время на меня злится. Если её отчим – мepзaвeц, то не все же мужчины такие. Я даже стараюсь не трогать её лишний раз.
– Вот поэтому и злится. Думаю, что ты ей интересен! – Карп Геннадьевич нахмурился. – Вот, что! Беги и останови её! Что-то мне тоскливо как-то. Скорее! Что-то должно произойти и это не ниверы!
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: