Думал о том, как наживаются состояния.
Думал неумело. С некоторым неудовольствием к себе и завистью к тем, кто способен на сделку.
Ведь удачный бизнес — это сделка.
Аркадий Долгорукий (главный герой "Подростка", если кто подзабыл или вовсе не знал) осуществил свою первую сделку так. Он купил на аукционе безделицу (потрёпанный девичий альбом со стихами), предполагая, что кому-то альбом этот будет очень нужен. И точно. Оказалось — крайне нужен.
Купил-то он его за два рубля, а продал — за десять.
Покупатель удивлялся и сдержанно негодовал. Как же так, молодой человек, купили за пару рублей, а продаёте бессовестно дорого. Так у вас же никто не купит.
Купит, возражал Аркадий. Вот вы, например.
Если бы я купил за рубль, то и отдал бы за рубль. А если бы видел, что вещица эта очень кому-то нужна, а у него рубля нет, то и так отдал бы. Не вступая в сделку.
Конечно, к моральному облику Аркадия Долгорукого претензий нет. Какие могут быть претензии. Купил — продал. С тем и купил, чтобы нажиться. И это стратегия жизни.
Я больше всего не люблю в людях жадность. Вообще, жадных людей я, пожалуй что, презираю. Но поскольку презирать никого нельзя, моё презрение отражается и обдаёт презрением меня же.
Так что я лучше презирать их не буду.
Гулял сегодня и увидел бабушку (фото ниже, слегка размыто). Сидит под удлинённым козырьком трансформаторной будки. Сидит на табуретке, вроде, закутавшись. Голова, тело, ноги — всё закутано. Перед ней на складном столике — всякие банки. Соленья, варенья, словом, изобилие никому не нужных припасов. Но она продаёт, значит, кто-то берёт. Из голода или жалости — какая разница. Но, может быть, и никто не берёт. Возможно, бабуля эта вот таким образом иждивает дни своей жизни.
Я бы поставил камеру напротив бабули и снимал её целый день. И получился бы фильм под названием "Дни нашей жизни".
Но у меня не было с собой ни камеры, ни штатива, да и бабушка могла бы испугаться.
Да, но как же быть со сделками?
Многоопытный муж купил бы на моём месте банку овощной икры за 200, а продал за 250 и нажился бы.
Добросердечный осторожный муж купил бы тоже, но выбросил. Бабушку порадовал и себя от возможного ботулизма уберёг.
Добросердечный искренний муж купил бы и съел. И — главное — был бы здоров и весел. Доброе дело сделал и овощная икра к жареной треске очень хорошо.
А я муж созерцательный. Осудите меня поскорее.
Что сегодня ещё было интересно? Да, пожалуй, что всё.
Например, муха.
Откуда 5 ноября в доме мухи?
Сложно, сложно.
Выходишь за пределы нулевого письма (как назвал давным-давно один профессор мои ранние, изысканно-мнительные рассказы) — так разводишь огород метафор. И добрый милый читатель путается и уже не хочет ничего читать.
Пишешь нулевым образом — так мухи тут как тут.
А какая ваша любимая опера?
