Холодные камни каземата новгородской тюрьмы больно впивались в спину. Как не повернись все больно. Маленькое окошко над сводом потолка, вот и весь свет. Холодно, сыро, страшно. Иван по прозвищу" пол- уха", попал сюда за разбой. Уходили на смерть они с товарищами конного проезжего.
Ехал один, кафтан богатый, кошель тугой на луку привязан. Митроха с Афоней и выскочи перед ним на дорогу. Коня, понятно, за узду.
- куды, мил человек, путь держишь?
А тот, без разговора вытащил два пистоля, грохнул и обоих уложил. Не знал он, что нас тут еще пятеро. Воткнули в спину ему крюк на палке, с коня стащили, да и ножичком острым по горлу.
Смотреть стали кошель, а там нет денег. Бумаги и письма. Мы грамоте не разумеем. Все пожгли. Коня продать хотели, да кто ж таким мазурикам как мы поверит. Бестолку потолкались мы с этим конем на базаре. Кто-то умишком смекнул, понял кто мы и донес в тайный приказ. В лесу солдаты нас выследили. Ночью и взяли всех и коня.
Оказался тот, кого мы смерти предали, второй рукой посланника иностранной державы и посыльным его. Ох! Мать чесна! Теперь голову сымут. Федьку косого из дознания приволокли. Ему щипцами ребра наружу выдернули. До утра помрет. Ох и холодно же на каменном то полу...
А помнил Иван, как лежал он на мягкой траве- мураве, на берегу Волги- матушки. Слушал кузнечиков, да птичек. Нежился под солнцем. Правда не долго. Покричит главный и надо вставать, набрасывать широкую сыромятную лямку на грудь и разом! И разом! Потихоньку разгоняясь, тащить барку, груженую всякой всячиной вверх по Волге до Вышнего Волока. Потому как был Ванька пол- уха - бурлак.
Местами бурлачили они распрекрасными. Широкая как песня река. Спокойная и мягкая. По берегам , сосновые боры, светлые и чистые как церкви. Высокие зеленые кроны еле слышно шушукались с облаками на голубом небе. Светло- коричневые высоченные стволы составляли единый ансамбль невероятно огромного и в то же время такого уютного храма природы. Встречались и дубовые рощи на пути бурлацкой ватаги. Мужики натужно напрягали все тело и ноги свои, двигая и двигая вверх по реке огромную деревянную барку. Смотрели через плечо на исполинские дубы. Даже небо как то темнело, если эти великаны по трех, пяти метров в обхвате, подступали в плотную к реке. Кряжистые стволы с тяжелыми нижними ветвями требовали уважения.
Проходя под ними, чтоб не разбить лоб, кланялись. Протягивали дубы ветви над рекой, растопырив множество " пальцев", как будто колдуны из сказки волшебством превращали " мертвую" воду в " живую". Говорят, по ночам, на такие ветви любят забираться русалки и поджидать влюбленных, идущих лунной ночью на реку, бог знает зачем. Внутри таких дубрав было темно и прохладно даже в самый знойный день. А еще там часто попадались родники. Вода чистая как слеза Богородицы. Невесомая. Прикладывались к роднику губами, будто целовались с водицей и так пили.
Холодная, но живая вода пьянила не хуже вина. Всякий, даже и самый пропащий подлец, испивший такой воды некоторое, недолгое время, имел вид блаженный и светлый, будто с этой водой вновь вернулся он в детство свое, к матушке и ее теплым глазам и прохладным рукам...
А бывало, проходил бурлацкий путь бесконечными полями. Бурлаки тащили тогда свою лямку и смотрели как гоняют вольные стрижи вереща и стрекоча на все небо. Как сверху за ними зорко следит хищный орел. Не понятно, кому они больше склоняли сердце свое, стрижам или орлу? Тащили бурлаки свою ношу, а над ними небо без конца и без края, земля, пределы которой невесть где , река такой невероятной дали. Начиналась она в где то в Тверских, медвежьих болотах, а заканчивалась в море по степным берегам которого, носились табуны диких лошадей.
А что ж на реке? Волга принимала всех в свое русло. Пока шла барка влекомая босыми и убогими работниками, мимо них проплывали рыбацкие лодки. Рыбаки расставляли и собирали сети. На глазах бурлаков мерно идущих наклоняясь чуть вперед, рыбаки вытаскивали из темной и теплой глубины рыб разного размера и вида.
Счастье бурлацкое состояло в том, чтоб на ночной стоянке быть вблизи рыбаков. Тогда, по обычаю, подносили рыбари на скудный стол бурлаков дары Волги. Уха закипала и маленькие кружочки жира скапливались на поверхности воды.
Ударялись о стенки котла, слипались друг с другом, переливаясь всеми цветами радуги. А там, внутри котла, белело разварное мясо трехкилограмового судака или щуки.
Как то раз, вот в такую ночь подошел к бурлакам хозяин барки. Был он не то француз, не то немец. Коверкая слова спросил:
- ну как тут у вас , в России? Немного подумав,
Иван ответил :
- просторно, дядя, просторно.
Живот свело у Ваньки от этих воспоминаний. Рассеялась пелена. Сырые камни вернули в настоящее. Ждать осталось не долго. На рассвете, из под топора, унеслась душа Ивана к Волге.
Туда где просторно.
#бурлаки_на_волге, #волга, #судак, #щука
(Автор текста Константин Лапушкин)
Хотите узнать больше об исторических событиях? Тогда подписывайтесь на наш канал прямо сейчас! Новые статьи выходят регулярно, и ваша поддержка помогает нам становиться лучше. Лайки и комментарии – наша мотивация продолжать!
Чтобы не пропустить новые статьи, кликни на иконку колокольчика вверху страницы.