Попалась Клаве сватья скандальная. И такая это была экспрессивная личность, что со всеми подряд ругалась. Клава данную женщину давно знала - работали они когда-то совместно. И очень та поведением отличалась склочным. Чуть где шум - так это Изольда Борисовна буянит. С начальником, с женщинами из отдела своего, с водителем рабочим - хоть тот тихий человек. И для каждого у Чулковой находилось едкое слово и повод пар выпустить. Все от нее рыдали.
“Ой, - на работе говорили, - ужасно тяжелый человек эта Чулкова. Свирепая по характеру. Валькирия какая-то, тетя-воин в драповой юбке. Никто с ней сработаться не может! Одна женщина даже из-за нее уволилась. И заболела душевно. Представляете? И лучше с Изольдой Буяновной не пересекаться на узкой дорожке. И в глаза ей не глядеть - может кинуться. А коли орать она начинает - быстренько помещение покидать следует. И баррикадироваться где-нибудь. Вон, Сидоров наш с ней на одной площадке лестничной проживает. Так вы что думаете? Соседи даже носу не высовывают в подъезд, если слышат, что Чулкова по ступеням топает. А ежели кто уже по подъезду шествует- тот чуть не на чердак забирается. Или к соседям колотится - чтобы их впустили Чулкову переждать. Страшный, страшный человек, хуже Фредди Крюгера”.
И как уволилась Чулкова - все прямо выдохнули. А Клава про нее забыла вскоре. Психика так у человека устроена - всякие воспоминания противные выпихивает. И лишь однажды на рынке Изольду видела - та по колбасному отделу шла. Над головой палкой колбасы размахивала - кому-то обещала скорую расправу. Видать, не понравилась ей колбаса.
И вот прошли годы. И сын Клавин женихом стал. И привел он девушку к маме знакомиться. А девушку эту зачем-то Лилей Чулковой звать.
- Как-как, - Клава переспросила, - Чулкова?
- Чулкова Лилия Петровна, - девушка повторила, - будемте знакомы. Собираемся с вашим сыном жениться. Любовь у нас безумная. Даже, Вася?
А Вася Лилю в носик поцеловал. И стоит влюбленный.
А у Клавдии воспоминания сразу поднялись давних времен. Вот утренник новогодний. И Чулкова с дочкой там утренник празднует. И то ли ребенку подарок скучный подарили, то ли в гирлянде не все лампочки загорелись, но начала Чулкова Деда Мороза на бой вызывать. И еле ее тогда уняли. А дочка Изольдина за маму болела. “Ну-к, - говорила, - мамо, впиши бородатому”.
Неужто, та эта Лиля и есть?
- А мама ваша, - Клавдия спрашивает с замиранием сердца, - не Изольда ли Борисовна по имени?
- Она и есть, - Лиля улыбается, - а вы откуда с ней знакомые, тетя Клава?
Со сватье Клава, к счастью, на ступенях ЗАГСа только увиделась. И Изольда ее не припомнила. Лицо только в улыбке широкой растянула. “Ой, сватьюшка, - сказала басом, - какая же я за наших деток радая. И с тобой, давай подружимся крепенько - все же родня мы, получается. Вижу-вижу, что прекрасные отношения разовьем”.
И Клаву за бока треплет, гогочет, молодым желает личного счастья и родительниц не забывать. "А то мы обидемся", - Клаве Изольда густо накрешенным глазом подмигивает.
Поженились. А Клавдия от Чулковой все в сторонке держится. Помнит она, что лучше с женщиной такой не связываться. А Изольда - напротив. То в гости требует, то капусту квашеную с Васей передает.
- Мы с тобой, Клавдия, - Чулкова по телефону рассказывает, - лучшими подружками теперича станем. И внучата у нас общие будут. Ох, и заживем! У меня тетка в Геленджике - летом туда с тобой покатимся. Отдохнем как следует. Очень мне с тобой хочется покрепше сойтись. За деток наших вместе радеть.
И сын Вася горячо поддерживает. “Поедем, поедем, мама, хорошо отдохнете с Изольдой Борисовной нашей разлюбезной!”.
А Клава на все это дикими глазами глядит. И Васю страшно жалеет - уж в такой он переплет попал. Хоть и уберечь его пыталась - про Лилину маму триллеры с элементами кошмара рассказывала. Но тот уперся - люблю и пусть хоть Дракула у Лили мама.
И на свадьбе, конечно, не все гладко вышло. Изольда Борисовна с братом своим немного подралась. Он подарок молодоженам купил такой, который подешевле того, который сама Чулкова братовым детям сделала. И тамаду укусила слегка - в конкурсе проиграла. А приз там хороший был - скалка из натурального дерева. На дедушку какого-то еще поругалась - он ей в танце ногу отдавил слегка. А в целом - все неплохо обошлось. Машины, по крайней мере, всяких служб городских не приезжали.
А как уж дальше пойдет - доподлинно неизвестно. Клавдия пока от общения с Чулковой ускользает. То хворой скажется, то на работе занятой. А та дружить настроилась. Всерьез и надолго. На юбилей свой Клаву зовет настойчиво. “Приходи, - в телефон гудит, - на юбилей-то. Будешь мне тосты за столом говорить. У меня близеньких-то людей мало - только Лилька с Васькой да ты, дорогая сватьюшка. А то обидемся".
И Васька, сын, Клаву подружиться с Изольдой упрашивает. Очень ему нужно отчего-то.