Прочитал пост Арины Ипатовой и вспомнил свои стихотворения из сборника "Слова" в далёком 1999-м году. Я тогда закончил "Сгоревшие тетради" и был этой книгой измучен и опустошён. Поэтому стихи в сборнике, в основном, грустные и где-то даже фатальные. Но я тогда ещё был молод, и нотки надежды там всё же есть. Предлагаю вам два стихотворения из этого сборника. Вроде бы об одном, но какие разные. Первое - усталое, безнадёжное, почти декаданс. Словно написано глубокой бессонной ночью. Второе напротив, словно написано утром, после здорового сна, с новыми силами на рассвете. Может быть, какое-то из них вам понравится. Первое здесь. Не надо говорить слова.
От слов у всех у нас усталость.
А всё, что есть, – такая малость,
Что просто кругом голова. Наверно, каждый будет прав,
Когда прикинут и рассудят,
Что мы не властны в вихрях судеб,
А только вид разумных трав. В мечтах потерянных людей
Я находил осколки смысла.
Но люди свято верят в числа,
И в то, что счастье их в труде. А с неба смо
Прочитал пост Арины Ипатовой и вспомнил свои стихотворения из сборника "Слова" в далёком 1999-м году. Я тогда закончил "Сгоревшие тетради" и был этой книгой измучен и опустошён. Поэтому стихи в сборнике, в основном, грустные и где-то даже фатальные. Но я тогда ещё был молод, и нотки надежды там всё же есть.
Предлагаю вам два стихотворения из этого сборника. Вроде бы об одном, но какие разные. Первое - усталое, безнадёжное, почти декаданс. Словно написано глубокой бессонной ночью. Второе напротив, словно написано утром, после здорового сна, с новыми силами на рассвете. Может быть, какое-то из них вам понравится.
Первое здесь.
Не надо говорить слова.
От слов у всех у нас усталость.
А всё, что есть, – такая малость,
Что просто кругом голова.
Наверно, каждый будет прав,
Когда прикинут и рассудят,
Что мы не властны в вихрях судеб,
А только вид разумных трав.
В мечтах потерянных людей
Я находил осколки смысла.
Но люди свято верят в числа,
И в то, что счастье их в труде.
А с неба смотрит звёздный Бог
И улыбается устало.
Он тоже чувствует, что – мало,
И тоже смотрит на порог.
Нам остаются только сны,
Всё остальное – так непрочно.
Как тело тишины полночной
Под тусклым фонарём луны.
А здесь второе.
Сними с себя одежду слов,
Сожги свои стихотворенья.
Пусть будет первое число,
На день седьмой от сотворенья.
Ты видишь – Бог на облаках,
Он помахал тебе рукою.
И мир ещё в черновиках
Незавершённою строкою.
Ты видишь вещи без имён,
Цветов и трав очарованье,
И звери тысячи племён
К тебе подходят за названьем.
Так вот когда ты был поэт!
Уста немые разомкнулись,
И слово уронило свет,
И звуки песней обернулись.
Сквозь сто веков я не забыл
Какое это было счастье -
При сотвореньи мира был
Не зритель я, а соучастник.
И так записано в крови
И в линиях судьбы на коже,
Что мне без этого любви
На свете нет и быть не может.
И пусть слова за много лет
Свой яркий свет уже забыли,
Но вот опять – придёт поэт
И протирает их от пыли.
Они звучат, как в первый раз,
Сквозь тьму веков и будни быта,
И снова что-то будят в нас,
Что быть не может позабыто.
Всем мира!