Старайтесь сохранить в памяти то, что вы имеете сейчас. Вскоре вы можете потерять это навсегда.
Мамы нет уже три года. Я по-прежнему тоскую о ней, не проходит ни одного дня, чтобы я о ней не вспоминала.
Мы редко с ней ругались. Так сложилась жизнь, что мы с ней очень мало жили вместе. Моя дочь, её внучка жила с ней больше чем я, сорок лет.
В детстве я жила с бабушкой, потом когда бабушки не стало, мама оставила своего мужа, моего отца, и перешла жить ко мне. Так мы и прожили с ней три года вместе до моего замужества. А дальше у меня уже была своя семья, и мама иногда жила с нами. А вот последние двадцать лет, я уже жила у второго мужа, а мама осталась с внучкой, моей дочерью. За все эти годы мы никогда не расставались с ней надолго, максимум я могла не видеть её неделю ещё когда работала и далеко жила. Когда вышла на пенсию, мы стали жить в городе и виделись каждый день, а последние три года я наоборот была с ней каждый день, только на выходные уходила к мужу, чтобы приготовить на неделю и убраться. Мама последние три года не вставала, ноги отказали, да и онкология. Вот за эти три года я узнала о ней гораздо больше, чем за всю свою жизнь.
С возрастом и опытом отношение к некоторым поступкам координально меняется. В молодости только белое и чёрное существует, а уж потом появляются пятьдесят оттенков серого.
Я часто вспоминаю 1979 год.
Помните лютые морозы. Таких морозов больше никогда не было. Тридцать первого декабря мой день рождения, мне девятнадцать, я студентка второго курса института. Мы жили с бабушкой, а мама жила с моим отцом, если его так можно назвать, потому что видела я его в своей жизни четыре раза. Но это другая история. А в тот момент я с бабушкой, и она сильно больна. Она уже практически ничего не ела и сильно похудела, но могла ещё ходить. Вечер тридцать первого декабря, канун Нового года. Мама зашла к нам после работы, поздравила меня, посидели попили чай и я пошла её провожать. Надела бабушкины валенки, завязали на меня тёплый бабушкин пуховый платок и пошла.
Помню только тусклый желтый свет от фонарей, он был какой-то рассеянный от мороза. Нужно было дойти до трамвайной остановки, но я прошла только половину, мама отправила меня назад. Что чуствовала я в тот момент? Я не помню, но наверное обиду, что мама променяла меня на него. Но я была молодая, вернувшись домой я застала шумные приготовления к Новому году в нашей коммунальной квартире. Единственный раз, когда все соседи праздновали Новый год вместе, никто не пришёл в гости, да и сами никто никуда уйти не мог. В этот холодный год, когда стужа стояла за окном, мы на общей кухне накрыли несколько столов, принесли все свои новогодние угощения, на кухне не было телевизора, мы сами веселись до утра, танцы, песни, конкурсы. Вспоминаю этот год всегда с радостью и чуть с грустинкой. Это был последний новый год, который встретила моя бабушка. Она надела свою красивую красную кофту и посидела с нами часик, а потом ушла, так ничего и не попробовала, видимо ей уже тяжело было. В марте её не стало, было ей только шестьдесят семь лет, почти как мне сейчас.
Через много лет история повторилась. Я рассталась с мужем и стала жить с другим человеком. Вернее мой муж ушёл от меня, мы ещё какое-то время жили втроём: я, мама и дочка, а потом ушла я, и дочь осталась с бабушкой. Ситуация немного другая, дочь уже школу заканчивала, но только суть не изменилась. Вот тогда я почувствововала то, что испытывала моя мама, тогда в далёком студёном году когда уходила от нас с бабушкой. Как тяжело было ей тогда наверное как мне сейчас. Я не хотела оставлять свою маму и дочь, но не могла изменить обстоятельства. Всё мои чувства и душа, и сердце были с ними, с мужем только тело. И так все последующие двадцать лет. Вот тогда я и поняла свою маму, как у неё разрывалось сердце. Но жизнь проходит и время лечит.
Сейчас, когда мамы не стало, мне её не хватает. Так хочется поговорить, спросить то, на что она только она смогла бы ответить. Когда мне хочется с ней пообщаться, я читаю молитвы. Просто читаю, а кажется, что она меня слышит, мне становится легче, удивительное свойство молитвы, казалось бы обычные слова.
Моя дочь через год год после маминой смерти сказала мне одну фразу:
- Мама, не тоскуй. Подумай, много ли тебе самой осталось.
Я ничуть на неё не обиделась, я как-будто бы очнулась. Действительно, даже если быть оптимистом то лет десять впереди. А если и того меньше. Я продолжаю жить, радуюсь каждому дню, много путешествую, маму не забываю, верю в другую жизнь, где мы с ней обязательно встретимся, и тогда я снова услышу такое родное слово "доченька".