Нелюбимые дети... На пружинящих лапах
Подступает к ним ночью одиночества зверь.
В их красавицах-мамах, как и в умницах-папах,
В душу ветром холодным захлопнулась дверь.
Что ж родители — те, в чьих сердцах не осталось
Уголка, чтоб любить и лелеять детей?
Ожидает их лишь одинокая старость
В окруженье чужих, равнодушных людей
Жанна Тигрицкая
Мурад приглашал её то в ресторан, то в аквапарк, то в театр, то просто кататься по городу. Иногда бронировал номера в гостиницах. А однажды пригласил к себе домой.
-А как же жена? – испуганно спросила Надя
-Она на три дня в командировку уехала – успокоил Мурад.
-А если вернётся?
-Если соберётся раньше вернуться, обязательно позвонит. Женщина она разумная и ставить себя в глупое положение не станет.
-А ты раньше так делал?
-Что ты! Ты первая, кто войдёт в дом, где живёт другая женщина.
Квартира Мурада оказалась четырёхкомнатной, богато обставленной.
-Как у тебя красиво – протянула Надя, сравнивая его жильё со своей комнатушкой.
-Да разве это красиво? Я вот дом думаю купить; обязательно трёхэтажный, со множеством гостевых комнат, зимним садом, большим бассейном. И удерживает меня от этой покупки только мысль о разводе с женой. Не хотелось бы потом делить то, о чём я так долго мечтаю. Вот когда разведусь…
-А ты всё – таки хочешь разводиться? – она втайне уже представила себя хозяйкой в огромном доме.
Мурад поцеловал Надю и откинулся на шёлковую подушку:
-Вот тебя встретил и убедился, что развестись необходимо. Без тебя уже не вижу смысла в своей жизни. А с тобой мы заживём просто замечательно – отдыхать будем ездить на Мальдивы и в Сардинию. Да вообще, куда только захочешь поедем.
Надя слушала Мурада и сердце сладко замирало в груди:
-Боже, как же ей повезло встретить такого мужчину: и красивого, и богатого, а самое главное – он влюблён в неё и готов бросить надоевшую жену, чтобы быть всегда с ней, Надей. А она – то глупая всё переживала: как одна с ребёнком жить будет? А вот КАК – все обзавидуются; и самым первым будет Сергей. Уж она позаботится, чтоб он узнал – как она счастлива.
-И когда ты хочешь на развод подавать?
-Скоро, солнце моё, скоро.
Они встречались, а Андрей постоянно оставался дома один. Ему было и страшно, и одиноко. И когда Надя собиралась на очередное свидание, сын начинал канючить:
-Мама, не уходи.
А Надя раздражалась:
-Хватит ныть! Ты уже не маленький. Сделаешь уроки и ложись спать. И чтоб не засиживался с телефоном! – она уходила, хлопнув дверью. У подъезда её ждал самый желанный человек на свете – Мурад.
Недели шли за неделями, месяцы за месяцами и Надя так влюбилась в красавца Мурада, что жизни без него теперь просто не представляла. Ей каждую минуту хотелось видеть его белозубую улыбку, ощущать его запах, слышать его ласковый голос и, прижимаясь к его груди, чувствовать, как мурашки бегают по всему её телу. Она была счастлива! И только жена Мурада да сын Андрей стояли на пути к её счастью. Если со своей женой Мурад обещал решить вопрос, то сын всё больше вызывал в ней негодование и досаду. Время, которое она могла бы проводить со своим любимым, наслаждаясь его ласками, она, порой, вынуждена была просиживать дома – готовя обеды Андрею или помогая ему с уроками. И всё чаще в голове рождалась мысль: как было бы здорово, если бы у неё не было Андрея! Ей уже не хотелось, как раньше, прижать сына к груди, поцеловать его. То, что его присутствие мешало ей, Надя ощущала всё яснее. Когда Андрюша пытался прижаться к матери, она недовольно отодвигала его:
-Андрей, ты уже не маленький.
Когда сын что – то ей рассказывал, она улыбалась, совсем не слыша его. В эти минуты она представляла Мурада. В её жизни сын стал лишним. А Андрей, хоть и был ещё маленьким, чувствовал своим сердечком отчуждение матери и всё чаще спрашивал:
-Мама, а ты меня не бросишь?
В такие моменты Надя чувствовала стыд; она обнимала сына и отвечала:
-Ну, что ты ерунду говоришь?
Но уже через минуту совсем другие эмоции овладевали ею, она холодно отодвигала его и уплывала в мыслях о Мураде.
Однажды утром, собираясь на работу, Надя почувствовала неладное: тошнило, кружилась голова. По дороге в ателье забежала в аптеку и купила тест.
Да, она была беременна. Ей стало страшно, в груди словно пружина сжалась: как к этому известию отнесётся Мурад? А если это его испугает? А если ребёнок не входит в его планы и он откажется от неё, Нади? И что тогда делать? Остаться в коммунальной комнатке с двумя детьми? А если даже и избавиться от ненужного, что останется ей - вновь холодная постель и ненавистный сын рядом? Но как бы страшно ей не было, она понимала, что Мурада в известность поставить надо.
Как всегда, он позвонил вечером и стал рассыпаться в словах любви. Пружина в груди слегка разжалась.
-Солнце моё, в 8 вечера жду тебя у подъезда. Не могу дождаться той минуты, когда увижу твоё прекрасное личико.
Время уже близилось к восьми, когда Надя вертелась возле зеркала, разглядывая себя со всех сторон. Каждая встреча с любовником делала её невероятно счастливой, а сегодня она должна стать ещё и судьбоносной. Ради этого она постаралась быть ещё более привлекательной: за один день сшила себе маленькое красное платье, очень удачно подчёркивающее её стройную девичью фигурку, сделала причёску. Андрюшка стоял, прижавшись спиной к стене и наблюдал, как мама подкрашивает губы яркой помадой.
-Андрей, сегодня я вернусь поздно – Надя даже не взглянула на сына, а, полюбовавшись своим отражением, махнула ему рукой и вышла из квартиры. Было ровно 8. Мурад не любил, когда она опаздывала.
Возле подъезда уже стояла машина любовника. Едва Надя села, он нежно поцеловал её в щёку и достал с заднего сиденья букет цветов.
-Мурадик, у меня для тебя новость – робея, произнесла Надя.
-Хорошая?
-Даже не знаю, как она тебе покажется. Я беременна.
Он повернулся к ней и внутри у Нади всё похолодело:
-Ты не рад?
-Даже не знаю.
-Мне сделать аборт? – совсем сникла Надя.
-Мне нужно подумать. У нас есть время?
-Да, есть.
Вечер провели, как обычно, словно и не было подобного разговора. А через два дня он позвонил и позвал Надю к себе домой: жена снова была в командировке. Он заехал за Надей, но высадил её неподалёку от своего дома; объяснив тем, что досужие соседки стали задавать ненужные вопросы.
А соседки, и впрямь, уже не раз видевшие Мурада с посторонней женщиной, приходящей к ним в дом, перешёптывались, сидя на лавочке у дома:
-Совести нет у этого Мурада. Как только Элла уезжает, он девку в дом ведёт. А Эллочка такая женщина замечательная, и ведь верит этому кобелю. Может, открыть ей глаза, пока не поздно? А – то ведь со своими девками и заразу какую принести Эллочке может.
Надя, как только вошла в квартиру, сразу прижалась к Мураду. Она боялась спрашивать: что он решил? Боялась своим вопросом разозлить его и тогда вечер будет испорчен.
После жарких ласк и объятий они лежали в постели и Надя, наконец, набралась смелости:
-Что ты решил?
-Я много думал; но боюсь, то, что я решил, тебе может не понравиться.
-А ты скажи, не бойся – она ласково провела пальцем по его груди.
-Хорошо. Ты должна избавиться от своего сына.
-Как это – избавиться? Ты предлагаешь убить его?
-С ума сошла? Я не убийца. Ты должна отдать его в детский дом. Пойми – я много лет мечтал встретить такую, как ты. Наконец, встретил. Но я не хочу видеть перед собой ребёнка, представляя, что с тобой в постели лежал другой мужчина. А твой сын будет постоянно напоминать мне об этом. Как только ты отдашь его в детдом, я подам на развод с Эллой; мы будем жить с тобой одной семьёй и растить нашего ребёнка. Для него я куплю огромный дом, ты будешь в нём полноправной хозяйкой. Выбирай: или твой сын, или счастливая жизнь со мной? Можешь не отвечать сразу, подумай, чтобы потом не винить меня в своём решении. Я позвоню тебе через несколько дней. Раньше не получится – бизнес, сама понимаешь.
Ночь провели вместе и к вопросу об Андрюше больше не возвращались. Утром он отвёз её домой.
Два дня Надя мучилась, не зная, на что решиться? Отказаться от сына? Но ведь она сама его выносила, родила и вырастила. Он не был ей чужим, хоть и вызывал раздражение. Но если она оставит Андрея, то навсегда потеряет Мурада. Нет, на это она уж точно пойти не могла. Она хочет начать новую жизнь – в достатке, в огромном доме с прислугой, хочет родить ребёнка, которого будут любить и папа, и мама. В конце концов, кто смеет осуждать её за то, что она хочет быть счастливой и богатой?
Она стала собирать документы, а потом и сообщила сыну о своём решении, стараясь не смотреть в расширенные от ужаса глаза Андрюшки:
-Андрей, ты будешь жить в доме, где у тебя будет много друзей. Там много кружков, даже футбольный – я узнавала. Я уверена, что тебе там будет очень хорошо. А я каждую неделю буду навещать тебя…
Андрей, не дослушав мать, сорвался с места, и убежал из комнаты. Он закрылся в ванной и горько расплакался. Надя за сыном не пошла и утешать не стала – ничего, пусть свыкнется с этой мыслью. В конце концов, она сказала правду – там много детей и друзья у Андрея, наверняка, появятся.
А через неделю Элла вернулась из командировки. Она вышла из машины, вытащила чемодан и покатила его к подъезду, поздоровавшись с женщинами, вечно сидящими на лавочке.
-Эллочка – елейным голосом пропела одна из женщин – мы не можем больше молчать о такой несправедливости: ты такая замечательная, красивая женщина, а твой муж в твоё отсутствие приводит в вашу квартиру каких – то замурзанных прохиндеек. Прямо никого не стесняясь, приводит. А мы же всё видим и тебя так жалеем: ну обманывать такую женщину…
-Спасибо за бдительность – Элла не дослушала женщину и покатила свой чемодан в подъезд. Она поднялась в лифте на свой этаж, открыла ключом дверь и прошла в комнату.
Мурад лежал на диване и смотрел телевизор.
Элла села в кресло:
-Рассказывай.
Мурад сел, сделав удивлённое лицо:
-О чём рассказывать, солнце моё?
-Кого приводишь домой в моё отсутствие?
-Кто тебе такую глупость сказал?
-Не важно. Но это – правда?
Он попытался было отрицать, но Элла смотрела сурово и он прекратил отпираться. В конце концов, отношения с женой, действительно в последнее время разладились. Она постоянно выносила ему мозг требованиями устроиться на работу, отказывалась давать деньги. Может, с Надькой сладится? Она баба мягкая, покладистая, слова поперёк не скажет и в рот заглядывает. Какую бы чушь он не нёс – верит безоговорочно и ничего не ставит под сомнение. Навешает ей лапши, что на работе начались проблемы, она молча пахать одна будет и месяцами ждать, когда у него дела на лад пойдут. А потом ребёнок появится, она и вовсе опасаться будет одна остаться. Да вообще -то не так уж Надька ему и нужна, так - временное явление. Позже он себе другую дурочку найдёт – побогаче.
-Правда – он гордо посмотрел на жену -а ты что думала – ты вечно по своим командировкам мотаться будешь, а я ждать буду?
-Ну, надо же, как заговорил – усмехнулась Элла – живёшь на мои деньги, не работаешь, пьёшь, да ещё и баб в мою квартиру водишь? И думаешь, я терпеть это буду? Так, собрал свои манатки и пошёл отсюда вон! На развод сама подам. Вон, говорю! – она указала пальцем на дверь.
-Да пожалуйста – Мурад медленно поднялся, достал с антресолей чемодан и стал закидывать свои вещи.
-Подарки заберёшь или всё же оставишь мне?- съехидничал он.
-Я не так мелочна, чтобы забирать назад золотые побрякушки, забирай.
Мурад застегнул чемодан и выпрямился:
-Ухожу. Только не пожалей потом – усмехаясь, он вышел на площадку.
Надя открыла дверь и увидев Мурада с чемоданом, радостно бросилась ему на шею:
-Я знала, что ты сдержишь своё слово – она осыпала его лицо поцелуями, не давая войти.
-Я так и буду здесь стоять? – засмеялся Мурад и Надя опомнилась:
-Заходи, это я от радости – она схватила его чемодан и с усилием затащила в комнату.
-Я всегда держу своё слово – гордо ответил мужчина.
-Мурад – вдруг, словно очнулась Надя – а почему ты ко мне пришёл? Почему жена не ушла из квартиры?
- Ей пока идти некуда, а выгнать её не могу – квартира у нас в равных долях. Пока у тебя поживём, потом разменяемся с Эллой и я куплю дом. Просто сейчас небольшой суммы не хватает. А ты выполнила моё требование?
-Да – слегка сникла Надя – сегодня только за Андрюшей приехали, забрали – на её глазах сверкнули слезинки.
-Так, а ну, не плакать! – скомандовал Мурад – помни – впереди у нас счастливая жизнь вдвоём. Нет, втроём; ведь скоро у нас появится маленький ангелочек. Верно?
-Верно – всхлипнула Надя.
Они стали жить в её комнате. По утрам Надя уходила на работу, Мурад тоже делал вид, что тоже собирается. Он уходил из дома, садился в машину и до самого вечера катался по городу, изредка подвозя симпатичных девушек и знакомясь с ними. Случалось, что девушки знакомиться отказывались и тогда он брал с них плату за проезд, что его совсем не расстраивало. А через неделю Надя вернулась и застала Мурада сидящим за столом с бутылкой виски:
-Надя, у меня неприятности. Дело в том, что я работал в компании отца Эллы; теперь же он узнал о нашем разводе и указал мне на дверь. Теперь я безработный и ты вправе выгнать меня.
-Бедненький – Надя присела перед ним на корточки – ну, о чём ты говоришь? Я никогда не откажусь от тебя. Ты такой умный, такой порядочный, тебя обязательно примут в другую компанию, а я подожду. Ну, что такое – подождать немного? Ты не переживай, всё наладится.
Она жалела его, гладила его волосы и целовала в губы, не задавая лишних вопросов.
-Какая же ты изумительная – Мурад обхватил Надю и крепко прижал к груди - теперь и я поверил в то, что всё наладится. Давай выпьем за это.
С этого дня он спокойно оставался дома, когда по утрам Надежда убегала на работу. Вечером она всегда заставала Мурада сильно выпившим.
-Что ты так смотришь? – раздражался мужчина – думаешь, мне легко сознавать, что я неудачник? Да я целыми днями отсылаю свои резюме в разные фирмы; и ото всюду мне приходят отказы.
Он уже сильно жалел, что расстался с Эллой и вынужден жить в этой вонючей комнатухе, мыться в общей ванне и есть котлеты, в которых мяса меньше, чем хлеба.
На все его претензии Надя виновато отвечала:
-Прости, Мурадик, у меня сейчас нет денег. Скоро зарплата и тогда я куплю хорошей телятины.
-Может, хоть на бутылку денег дашь? – злился Мурад.
-Говорю же- нет денег. С зарплаты обязательно дам.
-С зарплаты? – рассвирепел мужчина -а почему сегодня не подумала у соседки занять? – он ударил её прямо в живот раз, другой.
Ребёнка она потеряла, но обвинять в этом Мурада не смела всё – равно.
Прошло много лет.
Андрей вырос в детском доме, окончил университет и с другом открыл собственный бизнес, который успешно развивался. Однажды он сидел в своём кабинете, пересматривая договора. Вошла секретарь Марина:
-Андрей Сергеевич, к Вам какая -то женщина. Говорит, по личному вопросу. Срочно.
-Хорошо, пусть войдёт.
Когда женщина появилась на пороге, руки его похолодели – это была его мать. Но она сильно изменилась – похудела, постарела, выглядела неопрятно.
-Сыночек – бросилась она к Андрею, но он строго указал ей на стул:
-Присаживайтесь.
-Андрюшенька, разве ты не узнаёшь меня? Это же я – твоя мама.
-Я узнал Вас, но как Вы меня нашли?
-А на баннерах твоя фотка, и имя твоё. Вот я и узнала.
-И что же Вы хотите?
Она расплакалась, хлюпая носом и вытирая глаза несвежим платочком:
-Беда у меня, сыночек. С работы уволили, а больше никуда не берут. Мурад меня бросил и жить мне совсем не на что. Перебиваюсь с хлеба на воду. И за комнату платить совсем нечем; боюсь, лишат и жилья вскоре. Вот и пришла помощи у тебя просить: может сжалишься, дашь мне денежек?
Андрей смотрел на одутловатое лицо матери и в нём боролись два чувства: жалость к опустившейся женщине и обида на неё за то, что бросила его ради своего любовника и за все годы ни разу о нём не вспомнила. Помолчав немного, он достал из сейфа пачку тысячных и положил перед матерью. Она тут же схватила деньги, вскочила со стула, кланяясь и благодаря, выскочила из кабинета. Андрей подошёл к окну и увидел, как мать выбежала из здания, и тут же откуда – то сбоку к ней ринулся мужчина. Они о чём – то поспорили, а потом резво побежали в сторону.
-Соврала мать, не бросил её Мурад – подумал Андрей и вызвал Марину – больше ко мне эту женщину не пускайте. Никогда.
После работы, дико уставший, он ехал домой за рулём своей ауди. На красном светофоре остановился и посмотрел в сторону. Невдалеке стоял пивной ларёк, возле которого он увидел знакомые фигуры. И тут же его отпустило чувство вины – правильно он сделал, что запретил секретарше допускать к нему женщину, которую и матерью назвать сложно.
Зажегся зелёный свет и он тронулся; представляя, как ждёт его любимая жена Вероника, как обрадуется его возвращению четырёхлетний сын Егорка. Им он был нужен.