Говоря о мышлении, возникает вопрос, что такое мысль.. Что она была такое, когда мы впервые осознали, что вот, это - мысль – субстрат для ума, или это уже продукт процесса мышления, думания. Как впервые включился наш аппарат для думания мыслей? Сталкиваемся ли мы с мыслями и информацией вообще, быть может как с некими волнами, вибрациями, полем, кодами.
Согласно теории Уилфреда Биона в мышлении участвуют два психических образования – один образует сами мысли, а второй совладает с ними – аппарат для думания мыслей. То есть само мышление вызывается давлением мыслей. И любые патологии могут быть связаны с дисфункцией этих образований.
Итак, мы постоянно сталкиваемся с фактами окружающего нас пространства и объясняем их, опираясь на свою сложившуюся картину мира. Она расширяется, благодаря нашим новым познаниям, гипотезам и объяснениям, получаемым извне и продуцируемым нашим мыслительным аппаратом - аппаратом для думания мыслей. Но как происходило знакомство с новыми фактами, когда картина мира ещё не была сформирована в нашем сознании и мировоззрении, в нашем банке данных и имён. Ведь когда-то давно, начиная с неонатального преэдипального периода, когда мы встречались со своими неудовлетворёнными потребностями и с явлениями и стимулами внешнего мира впервые, для нас все они были необъяснимыми, и оттого пугающими, стрессогенными и травмирующими. Младенец, попадая в незнакомый внешний мир встречается со стимулами, неизвестными элементами (бетта-элементами), вызывающими неопределённое напряжение, для защиты от которых нужен некий буфер – защитный щит, и эту роль выполняет материнская функция, заключающаяся в том, чтобы быть контейнером, куда посредством проективной идентификации будет эвакуирован аффект, который иначе останется враждебным объектом, приводящим к тревоге. Мать настроена на младенца, на его ритмы, и ментально и аффективно, и сознательно и бессознательно, воспринимает в контрпереносе угрожающее чувство боли и страха своего младенца и контейнирует это напряжение. В идеале она способна угадывать и удовлетворять потребности ребёнка настолько быстро, что младенец ощущает полное соответствие желаемого и воспринимаемого, соответствие потребности и ответа, что формирует у младенца базовое доверие к миру и защищает от преждевременного осознания его отделённости, чувства беспомощности и страха исчезновения. Итак, она контейнирует полученную от младенца тревогу и удовлетворяет запрос ребёнка - возвращает в виде своей реакции и ответа «переваренный» продукт. И далее, функция контейнирования, продемонстрированная нам «матерью», оказывается прообразом и потом замещается нашей собственной способностью на уровне психики, функцией мышления– Альфа-функцией - работой аппарата для думания мыслей. Так, все новые факты внешнего мира, с которыми сталкивается наша психика, которые воспринимаются, как чувственные данные и внутренние впечатления, примитивные эмоциональные переживания - Бетта элементы, являются субстратом для Альфа функции, которая перерабатывает и преобразует их в Альфа-элементы, содержащие или выражающие в некоторой степени контейнированную в них проблему, что даёт материал для мыслей сновидения и позволяет психике быть сознательной и бессознательной, иметь способность просыпаться и засыпать, она устраняет разрыв между чувственными данными и распознанием этих данных. Немедленное же удовлетворение не оставляет пространства для мысли. А небольшая отсрочка удовлетворения в условиях надёжных отношений с материнской фигурой, вызывает умеренную фрустрацию у ребёнка, благодаря чему возникает потенциальное пространство, в котором возникает (интроецируется) символический образ матери (внутренний объект), с её способностью контейнировать, замещающий её на это время отсрочки. Далее со временем это пространство постепенно заполняется всё более сложными символами, позволяющими выдерживать ребёнку отделённость от реальных удовлетворяющих его объектов. И интроециорованная контейнирующая способность матери – становится самостоятельным аппаратом для думания мыслей – собственной альфа-функцией - функцией мышления ребёнка. Постепенно человек становится самостоятельным, расставаясь с иллюзией единства с матерью, от чего зависит его психическое здоровье.
Таким образом, мать должна обладать способностью «мечтать» - быть открытой к принятию любых – и хороших и плохих - проективных идентификаций от своего младенца. Принятие опосредует понимание. Её мышление преобразует чувства младенца в познанный и выносимый опыт. А ребёнок в свою очередь интроецирует эти свои собственные но уже модифицированные чувства и интроецирует способную мыслить мать, идентифицируясь с ней. Так формируется Эго реальности, интернализовавшее объект, способный мыслить и познавать психические качества в себе и других. Чтобы развить нормальную психику, оснащённую чувством реальности, младенец должен учиться из опыта – из своих эмоциональных переживаний, пытаясь их познать. То есть мать предоставляет ребёнку свой аппарат для думания мыслями, а ребёнок его интернализует и становится способным сам выполнять контейнирование, приобретает собственный мыслительный аппарат самостоятельный и независимый.
То есть изначально мать призвана понять, в чём нуждается её дитя, взять его на руки и принять его внутренний страх умереть. Но не все матери обладают этим качеством. Мать не всегда способна контейнировать все аффекты младенца. Можно сказать, что защитный щит не спасает от слишком сильных стимулов, и тогда они приводят к психической травме.
Да, столкновения с необъяснимыми новыми (а потому зачастую и стрессогенными) фактами и явлениями продолжается и в зрелом возрасте и, порой, при особых обстоятельствах, эти явления оказываются настолько стрессогенными, аффективными, что справиться ментально с их осознанием и перевариванием самостоятельно наша психика и аппарат для думания мыслей оказывается не в силах. И человек нуждается в Другом – в его способности объяснить ментально и поддержать эмоционально – в его способности контейнировать и возвратить нам идею в частично-переваренном удобном для нашего мыслительного аппарата виде. Но отчего мы сами иногда не в силах самостоятельно переварить мысль и контейнировать? Возможно аппарат формируется постоянно, благодаря подражанию, научению и тренировкам, и не всегда достаточно сформирован и готов к принятию новых фактов и мыслей. Так, объяснение одного и того же факта первобытной и современной матерью, их контейнирование, несомненно отличается, как будет отличаться и работа аппарата для думания мыслей у их дитя. Прогресс общества даёт нам новые объяснения и гипотезы, новую пищу для ума, постоянно расширяя нашу картину мира, но при этом из привычного контейнирования могут уходить и некоторые ценные детали. Каждый ли обладает способностью использовать переходным объектом любимую игрушку? (сразу приходит на ум 2 глава Библии, где происходит знакомство с животными (animals)). Мне видится очень важной эта способность, приводящая к самодостаточности, позволяющая опираться только на себя и предметы окружающего пространства. Возможно, мысля анимистически, «древний» человек обладал бОльшей валентностью и психической стойкостью, наделяя способностью природу выступать промежуточным «контейнером» под любой возникающий сложный случай. В таком мире человек обеспечивал себя собеседником, оказывался не одинок, и социальная депривация была не настолько фрустрирующей. Таким образом, способность человека контейнировать определяется окружающим его социумом и принятым им знанием о мире.
И рассматривая альфа-функцию и контейнирование шире, на социальном уровне, можно представить луковицу (или розу?), в которой каждый лист является защитным щитом, функционирующим, как контейнер, презентирующим поведенческие коды, схемы воспитания, заложенные в культурной среде сообщества. Так, и литература выполняет функцию контейнирования.
И в заключение нужно сказать, что когда наши душевные переживания репрезентируются в мыслительном пространстве, благодаря способности к означиванию и осмыслению, мы лучше понимаем, чего хотим, находим решения, понимаем свои эмоции и декодируем то, что происходит. Это и есть способность думать. Но если психика не обладает достаточными репрезентативными содержаниями, то реагирует тело, происходит соматизация, симптом. Можно предположить, что поэтому, формулирование мыслей и вербализация оказываются настолько важной частью работы с вытесненным и симптомом.
Автор: Кочкина Екатерина Григорьевна
Психолог, Психологическое консультирование
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru