В начале июля 1945 года прокуратурой Группы оккупационных войск в Германии для расследования злодеяний в концлагере Заксенхаузен был отправлен советский прокурор Николай Михайлович Котляр.
Располагался он вблизи небольшого городка Ораниенбург. Обычно в ходе отступления фашисты поголовно ликвидировали узников, но здесь этого сделать не успели. Здесь оставалось более 30 тыс. французов, чехов, англичан, австрийцев и даже немцев. И единицы советских военнопленных, которым удалось спрятаться в бараках англичан и французов.
К северо-западу от Берлина, в Нейстрелице было схвачено руководство лагеря, а также часть тюремщиков и охранников. Все они были непосредственными исполнителями злодеяний, творимых над узниками. Началось следствие. Непосредственное участие в нём принимали сотрудники из военной прокуратуры гарнизона Берлина. Старались отследить конкретные действия каждого арестованного. Искали свидетелей из освобождённых узников.
В ходе поисков один из них был найден в канализационном коллекторе. Состояние его было ужасное, речь почти отсутствовала. Врачи госпиталя совершили настоящее чудо – он не только выжил, но и смог дать показания. Это был немец, житель Германии, который 6 лет просидел в разных лагерях, последние четыре из них – в Заксенхаузене. Работая писарем, он понял, что готовиться заключительная акция уничтожения. Поэтому успел спрятаться. В канализационной системе он просидел почти неделю.
Эмилио Бюге сам явился на допрос, чтобы дать показания. Перед Котляром предстал невысокий, очень худой человек с серым лицом. Он рассказал о своей жизни и обо всём, что происходило в лагере. Он сохранил в памяти множество имён погибших, их место жительства до войны и иногда – данные о том, где жили их родственники.
Через месяц наши получили от него объёмную рукопись в 349 страниц, подтверждающую всё сказанное. Советским представителям он передал перевод на русском языке, американской комиссии – оригинал.
Начиналось изложение с его клятвы в том, что всё изложенное чистая правда. И писал он её добровольно, не под принуждением, с намерением рассказать всему миру правду. Далее он указывает конкретных виновников преступлений, с указанием их званий – в общем итоге 53-х палачей. Особенно тяжело, по его словам, далась ему 14-я глава, где он писал о русских военнопленных. И это показания рядового немецкого гражданина, который даже не был антифашистом, или, тем более, коммунистом.
…31 августа 1941 года в лагерь прибыл первый транспорт с советскими пленными. Их было 448, но трое не дожили даже до конца пути. Заметил Бюге и троих мальчишек. Большая часть людей было из района Минска.
На следующий день в обед им дают литр «бурды». А вечером начинают увозить группы по 20 человек на особую площадку – «индустриальный двор», где происходит ликвидация. Чтобы до остальных в лагере не доносились звуки выстрелов, на площадке громко играет радио. Действие происходит примерно до трёх часов ночи. Потом начинается полная загрузка четырёх не слишком вместительных печей-крематориев.
2 сентября прибывает новых 254 советских солдата. Все молодые, здоровые. Повторяется то же самое, что происходило накануне. Через неделю прибывает 392 человека. Люди явно разных национальностей. Все очень худые. Часть среди них – матросы, в остатках формы. С тридцатью самыми слабыми расправляются тут же. Остальных распределяют равномерно на 4 дня, чтобы успевали работать газовые печи.
И так продолжают прибывать русские заключённые. 19 сентября – 463 человека, 24-го и 26-го – ещё 857. Весь отлаженный «процесс» закончили всего за 10 дней. А дальше воспоминания Бюге отличаются только днём и числом прибывших русских. 7 октября – 206, 16-го – 700 и т.д. Из тех 2,5 тыс., кого решили оставить в рабочей команде уже через месяц оставалось 1790.
Дважды Бюге имел возможность заглянуть в барак советских военнопленных. И это было в зимние месяцы. У них не было совершенно ничего. Они лежали, сгрудившись, на ледяном деревянном полу большой кучей, стараясь согреться. К январю 1943 года из 14 тысяч русских военнопленных осталась 1 тыс.
Значительная часть из показаний немецкого гражданина Бюге легло в основу обвинений палачей этого концлагеря. Дело их слушалось в октябре 1947 года в Берлине трибуналом Группы советских войск в Германии. Тогда удалось задержать и осудить 16 преступников.
Факты их преступлений собирались советскими следователями два года. И показания рядового гражданина Германии Эмилио Брюге стали лишь существенным «кирпичиком» в железобетонных доказательствах обвинения. Не будь задокументированных источников тех лет, Германия давно бы напрочь отрицала свою вину в том, что происходило тогда.
Ещё больше интересных историй в моём 📕Телеграм-канале. Обязательно загляните
Процесс над преступниками был открытый. Кроме бывшего коменданта Антона Кайндла здесь были его подчинённые. Отпираться против таких улик не было смысла. Поэтому преступники просто методично рассказывали о том, как истребляли людей.
31 октября 1947 года был оглашён приговор. Учитывая, что с мая того года смертная казнь в СССР была отменена, 13 человек получили пожизненные сроки, остальные – по 15 лет лишения свободы. Пятеро скончались за год (в т. ч. Кайндл). Остальных амнистировал Хрущёв и отправил в Германию. Среди них и «доктора Баумхёттера», который провёл в лагере немало своих адских опытов. Ещё некоторое время с ними будут разбирались немецкие суды. Один из обвиняемых даже умер в тюрьме. А вот остальные совсем скоро стали «мучениками сталинского гулага» и получили в ФРГ спокойную старость в почёте и уважении.
Дорогие друзья, спасибо за ваши лайки и комментарии, они очень важны! Читайте другие интересные статьи на нашем канале.