Ноябрь – это месяц, когда природа постепенно уходит в спячку, и воздух наполняется чувством предстоящих перемен.
Иногда его называют «предзимник», что подчеркивает промежуточное положение этого месяца между осенью и зимой. А в старину у него было и вовсе интересное название – «грудень». Так ноябрь называли, потому что в это время смерзшаяся земля лежит ледяными кучками – «грудами». Перемещаться по ним был сложно и опасно, поэтому ноябрь был еще и «бездорожником».
Большую часть жизни я считала ноябрь «темным» месяцем: дни короткие, а белого снежного покрова ещё недостаточно. Да, и не ждала я от него ничего хорошего, кроме серости, холодных дождей и тоскливого настроения.
Но с годами я научилась во всем находить положительные стороны. Ноябрь может стать временем, когда так здорово побыть в тепле и уюте в домашнем кругу, пить вместе с близкими горячий чай на фоне дождливых дней. А для кого-то он будет месяцем уединения и размышлений, вдохновения для творчества.
Как и в жизни у человека после детства, молодости и зрелости наступает поздняя осень – прекрасный период, когда стоит обратить внимание на свой внутренний мир, посвятить время себе.
Если сказать красиво и немного пофилософствовать: ноябрь – это месяц, когда природа тихо исполняет свою симфонию, готовя нас к грядущему обновлению.
Ну а как же поэты и живописцы? Что они видели в ноябре?
Наш неизменный проводник по календарю Самуил Яковлевич Маршак (1887-1964) напоминает нам, что ещё совсем недавно в СССР именно в ноябре отмечался главный праздник огромной страны:
Самуил Маршак
Ноябрь («Круглый год» отрывок)
День седьмого ноября
Красный день календаря.
Погляди в свое окно:
Все на улице красно.
Вьются флаги у ворот,
Пламенем пылая.
Видишь, музыка идет
Там, где шли трамваи.
Весь народ — и млад и стар
Празднует свободу.
И летит мой красный шар
Прямо к небосводу!
1945
Наверно, у всех, чьё детство прошло в Советском Союзе, есть своё яркое воспоминание про «красный день календаря». Я помню себя такой восторженной маленькой девочкой с шариком, когда в 1977 году страна праздновала юбилей Октябрьской революции. Москва была украшена не только флагами, но и красными праздничными плакатами, а также иллюминацией. Играла музыка, и все радовались, улыбались.
Поэтому мне так понятно настроение детей на картине Дмитрия Константиновича Мочальского (1908-1988) «После демонстрации. Они видели Сталина». И предлагаю убрать все политические размышления на тему названия картины и просто порадоваться вместе с этими ребятами, заразиться их счастьем.
Что любопытно, сам художник был беспартийным, но совершенно искренне изображал в своих полотнах жизнь страны и политику государства. Его картины, написанные в жанре соцреализма, полны романтики.
Ну, а мы вернемся к природным краскам ноября и вспомним, как о приходе ноября сообщал Александр Сергеевич Пушкин (1799-1837) в своем великом романе в стихах:
Александр Пушкин
Уж небо осенью дышало… (отрывок из «Евгения Онегина»)
Уж небо осенью дышало,
Уж реже солнышко блистало,
Короче становился день,
Лесов таинственная сень
С печальным шумом обнажалась.
Ложился на поля туман,
Гусей крикливых караван
Тянулся к югу: приближалась
Довольно скучная пора;
Стоял ноябрь уж у двора.
Вот и на картине «Осень» Алексея Кондратьевича Саврасова (1830-1897) последняя стая птиц потянулась на юг, в избушке уже топят печь, деревья освобождаются от остатков листвы, и всё это вместе с бескрайним небом купается в лучах заходящего солнца. Художник в любое время года работал на натуре, выезжая в окрестности Москвы. И в данной работе ему удалось передать нам своё восхищение природой в пору поздней осени. Пейзаж был написан в тот же год, что и знаменитые грачи, и как нельзя лучше соответствует словам Исаака Левитана, что каждый этюд мастера – это «мир высокой поэзии».
И этот солнечный свет ноябрьского вечера – то, что доставляет намного больше удовольствия, чем палящее июльское солнце. Как подметил советский поэт-песенник Сергей Григорьевич Островой (1911-2005), солнце в ноябре – «в золотой своей поре»:
Сергей Островой
Ноябрь
В день непогожий, в день тоскливый,
И в затяжные холода,
Я – человек теплолюбивый –
Я солнцу радуюсь всегда.
И как тут знать – не оттого ли
Мне мнится встретить в ноябре
Большое солнце в чистом поле,
В той, в золотой своей поре.
Оно рванётся мне навстречу.
Махнёт огнём по ноябрю.
И солнце я очеловечу.
И первый с ним заговорю.
1985
И несмотря на то, что в картине Константина Константиновича Первухина (1863-1915) «Осень на исходе» нет даже намека на возможность пробиться солнечным лучам, его картина оставляет светлое чувство. А может это слышится колокольный звон?
Эта картина стала знаковой для художника: он выставил её на первой для себя выставке Товарищества передвижников и работу приобрел Павел Третьяков. Молодой художник даже не сразу в это поверил, ведь незадолго до этого его дядя сказал, что признает в нем настоящего художника только, если его картины купит Третьяков.
На мой взгляд, чудесный пейзаж, прекрасно передающий настроение последнего осеннего месяца.
Очень люблю пейзажную лирику Ивана Алексеевича Бунина (1870-1953). В его таинственном ноябре и туманы, и коварные ямы, а леса «дышат ладаном»:
Иван Бунин
Ноябрьская ночь
Туман прозрачный по полям
Идет навстречу мне,
Луны касаясь по краям,
Мелькая в вышине.
В полях не мало борозд, ям,
Невидных при луне.
Что там? Не речки ль полоса?
Нет, это зеленя.
Блестит холодная роса
На гриве у коня –
И дышат ладаном леса,
Раскрытые до пня.
1912
По осеннему бездорожью приходится пробираться и героям картины Архипа Ивановича Куинджи (1842(?)-1910). В туман и безграничное серое небо уводит путников разъезженная и исхоженная дорога. Полотно «Осенняя распутица» относится к раннему периоду творчества великого мастера, оно получило высокие оценки публики: критики отмечали его, как «самобытную вещь, обнаруживающую большое чутье к явлениям северной природы», а в 1872 году за него Куинджи было присвоено звание классного художника.
Грустное серое настроение поселилось и в стихотворении Иннокентия Фёдоровича Анненского (1856-1909). Поэт ждет белого снега и возможности прокатиться на санях:
Иннокентий Анненский
Ноябрь
Сонет
Как тускло пурпурное пламя,
Как мертвы желтые утра!
Как сеть ветвей в оконной раме
Всё та ж сегодня, что вчера…
Одна утеха, что местами
Налет белил и серебра
Мягчит пушистыми чертами
Работу тонкую пера…
В тумане солнце, как в неволе…
Скорей бы сани, сумрак, поле,
Следить круженье облаков, –
Да, упиваясь медным свистом,
В безбрежной зыбкости снегов
Скользить по линиям волнистым…
Волнистой линией уводит нас к горизонту размытая дорога в работе Исаака Ильича Левитана (1860-1900). Он не ждет снега, а предлагает нам прочувствовать всю гамму эмоций от созерцания поздней осени. А может даже полюбоваться красотой осенней лужи, которая уже вряд ли высохнет, скорее покроется коркой льда. Примечательно, что картину «Осень. Дорога в деревне» художник написал в 17 лет.
А Александр Трифонович Твардовский (1910-1971) поведал нам в своем стихотворении, как выглядит ноябрьский лес. «Заметней стала елка» – это он точно подметил:
Александр Твардовский
Ноябрь
В лесу заметней стала елка,
Он прибран засветло и пуст.
И оголенный, как метелка,
Забитый грязью у проселка,
Обдутый изморозью золкой,
Дрожит, свистит лозовый куст.
1943
Прозрачный лес поздней осени, «оголенный, как метелка» с темными зелеными елями изобразил в своей работе «Осень» приятель Левитана –Алексей Степанович Степанов (1858-1923). Конечно, ноябрь не отличается яркими красками, но рыжей лисе удается не сильно выделяться на фоне пожухлой травы. Видите, как она крадется к своей норе? Степанов был прекрасным анималистом.
А нашу поэтическую зарисовку продолжает советский писатель и поэт Николай Матвеевич Грибачёв (1910-1992). Как замечательно сказано: «ноябрь дымится холодком». Ещё нет настоящего мороза, не хозяйничают «зимней стужи слуги», а вот холодок проникает уже всюду:
Николай Грибачёв
Ноябрь дымится холодком
Ноябрь дымится холодком
По тёмным и усталым рекам.
В тоске, неведомо о ком,
Щегол свистит в бурьяне редком,
Листва на смертный одр легла
В ложбины, ямы, рвы, яруги,
И скоро, зимней стужи слуги,
Всевластно зашумят снега.
И лишь влюблённым не во страх,
Что жжёт мороз и ветры жалят –
Они себя воображают
У лета вечного в гостях!
И такой холодок разливается по картине одного из моих любимых пейзажистов Василия Дмитриевича Поленова (1844-1927). В его полотне «Стынет. Осень на Оке близ Тарусы» в строгих и благородных красках угадывается внутренняя жизнь природы, её приготовления к зиме. И пусть листва ещё не полностью облетела, но река уже стынет – ведь «ноябрь дымится холодком по тёмным и усталым рекам». Но у Поленова Ока – не темная, она как зеркало отражает и небо с облаками, и дальний берег. Картину художник написал со своей излюбленной точки – высокого берега в имении Бехово.
На прогулку к Зимнему дворцу ветреным днём холодного ноября отправился Иосиф Александрович Бродский (1940-1996). Не ожидая от погоды ничего хорошего, поэт бредёт «вдоль колоннады» и вдруг облака «пропускают по ошибке солнце»:
Иосиф Бродский
Ноябрьским днем
М. Б.
Ноябрьским днем, когда защищены
От ветра только голые деревья,
А все необнаженное дрожит,
Я медленно бреду вдоль колоннады
Дворца, чьи стекла чествуют закат
И голубей, слетевшихся гурьбою
К заполненным окурками весам
Слепой богини.
Старые часы
Показывают правильное время.
Вода бурлит, и облака над парком
Не знают толком что им предпринять,
И пропускают по ошибке солнце.
1967
И легкий намек на погоду «облачно с прояснениями» мы можем обнаружить в работе Станислава Юлиановича Жуковского (1873-1944) «Княжеский дом. Поздняя осень (Портик)». Мастер усадебного пейзажа в этой картине показал нам лишь колонны княжеского дома, за которыми хочется укрыться, чтобы наблюдать за красотой увядающей природы и её приготовлениями к зимнему отдыху.
Но мы всё же ещё немного прогуляемся по осеннему парку с Игорем Ивановичем Кобзевым (1924-1986), не забывая, что «ноябрь – плохое время для влюбленных». Но мы, как влюбленные в природу, попробуем почувствовать, а вдруг и правда «ноябрь весенней свежестью запах»:
Игорь Кобзев
В осеннем парке
Ноябрь – плохое время для влюбленных,
Но молодость не помнит ни о чем.
Под потолком из желтых листьев клена
Им, видимо, неплохо здесь вдвоем,
У поцелуев горький привкус дыма.
И парень не стыдится повторять:
– Я очень счастлив быть твоим любимым,
Но я свободу не хочу терять.
Ей верилось, что будет все иначе,
Что им «свобода» станет ни к чему.
Как сложно все! Она едва не плачет,
А все же нежно тянется к нему…
А день какой!.. Раскаявшись в угрозах,
Ноябрь весенней свежестью запах.
Намека нет на близкие морозы,
И почки набухают на ветвях.
Доверчивые, глупые растенья!
Ей стало жаль их попросту до слез:
Чуть солнышко – у них уже цветенье,
А впереди – декабрь, зима, мороз…
А превосходный пейзажист Иван Августович Вельц (1866-1926), как всегда очень реалистично показал, как выглядит парк в ноябре. В его картине «Осень, мост в парке» веет холодком не только от воды и мокрой опавшей листвы, но и воздух пропитан влажной прохладой. Чтобы гулять по такому парку, надо одеваться потеплее.
Вадим Анатольевич Цокуренко (1938-2012) очень талантливо создавал пейзажи в своих стихах. Он рисует нам картину в «золотистых» тонах, которую уже тронул белым цветом иней и вот-вот снег «накроет пледом»:
Вадим Цокуренко
Ноябрь
Листва, упавшая с берез,
Еще лежит ковром пушистым.
Осенний воздух полон грёз,
Насыщен светом золотистым…
И отдавая дань поре,
Дрозды порхают на рябине…
Остатки листьев на осине
Льнут, осыпаясь на заре,
Густым ковром к траве на иней…
Их мягко снег из тучи синей
Накроет пледом в ноябре…
«Поздняя осень» Исаака Израилевича Бродского (1884-1939), как нельзя лучше, иллюстрирует строчки поэта. Художник, отдавая дань декоративности пейзажа, словно пытается прикрыть от нас деревьями с оставшимися золотыми листьями ту «холодную правду», которая непременно завладеет природой в ближайшие дни.
Ну, а Василий Дмитриевич Александровский (1897-1934) призывает наблюдать за ноябрьским снегом в окошко, сидя рядом с мурлыкающим котом:
Василий Александровский
В ноябре (отрывок)
К окну ноябрьский снег налип,
Кружит метель, кружит с полудня,
Но возле оголенных лип
Еще мутнеют сгустки студня...
В трубе нечистых хоровод,
Скрипят сорвавшиеся ставни,
А жирный, золотистый кот
Мурлычет о поре недавней...
Мы оба любим солнца зной
И ночи теплые в июле...
Ты слышишь? Дьявол за стеной
Хохочет в бешеном разгуле...
Тетради, книги на столе
В густой пыли и в беспорядке...
Я буйно весел. В этой мгле
Так хорошо играть бы в прятки...
…
1918
И если после вечерней метели выйти за дверь из теплого дома, то откроется чудный вид, который изобразил в своей импрессионистической работе «Ноябрь. Крылечко» Николай Васильевич Мещерин (1864-1916). Художник в любую погоду работал на натуре, писал окрестности своей усадьбы и соседние деревни, пытаясь успеть запечатлеть различные природные явления.
И уже в настоящую «белую кузницу» превратился мир в ноябре у Константина Дмитриевича Бальмонта (1867-1942) в цикле его стихов «Тринадцать лун»:
Константин Бальмонт
Ноябрь (из цикла стихов «Тринадцать лун»)
Божий кузнец,
Дороги и реки кует,
Зиме изо льда он готовит ларец,
Алмазы вбивает в холодный венец,
Рассыпавши снег, разукрасивши лед,
Звонко кует.
Белая кузница – мир,
Весь оковал,
В иней не раз и не два одевал
Поле и лес,
Кличет метели на пир,
Смотрит на яркие звезды Небес,
Словно и им он дороги мостит,
Звезды по снегу, и звезды вон там,
Думает, думает, вдруг засвистит,
Мчится, летит, по лесам, по кустам,
Снова – ковать, и гвоздит, и гвоздит,
Гроб, что ли, нам?
Саваном белым в ночах шелестит,
Искрится белая смерть по снегам.
1907
Ранним ноябрьским вечером по выкованной белым улице, по слякоти и лужам возвращается домой всадник на картине Николая Никаноровича Дубовского (1858-1918). Кстати, путник тоже приспан снегом, как и его лошадки. Но всё не так уж и грустно, когда в домах светятся окошки – там ждет теплая печка и горячий ужин.
Если до этого мы с вами видели работы художников, впервые приобретенные Павлом Третьяковым, то картина «Ноябрьский вечер» стала последней, которую купили у Дубовского для Третьяковской галереи. После смерти Павла Третьякова в 1898 году к творчеству художника относились более прохладно.
А вот уже и «стоит стыдясь, зима у входа». Борис Леонидович Пастернак (1890-1960) напоминает нам, что вроде бы всё в мире циклично, но ведь «зима, и всё опять впервые» и это будет новая, а значит другая зима со своими «чудесами в решете»:
Борис Пастернак
Зазимки
Открыли дверь, и в кухню паром
Вкатился воздух со двора,
И всё мгновенно стало старым,
Как в детстве в те же вечера.
Сухая, тихая погода.
На улице, шагах в пяти,
Стоит, стыдясь, зима у входа
И не решается войти.
Зима, и всё опять впервые.
В седые дали ноября
Уходят ветлы, как слепые
Без палки и поводыря.
Во льду река и мерзлый тальник,
А поперек, на голый лед,
Как зеркало на подзеркальник,
Поставлен черный небосвод.
Пред ним стоит на перекрестке,
Который полузанесло,
Береза со звездой в прическе
И смотрится в его стекло.
Она подозревает втайне,
Что чудесами в решете
Полна зима на даче крайней,
Как у нее на высоте.
1941
И такой чудесный ноябрьский закат с деревьями, примеряющими белый наряд перед зеркалом, написал нам Иван Федорович Шультце (1874-1939). Даже находясь во Франции, художник продолжал писать русскую природу. Картину «Ноябрь» он создал, полагаясь на свои воспоминания, и так восхитительно изобразил те самые «зазимки».
Принадлежит ли следующее стихотворение Сергею Александровичу Есенину (1895-1925) доподлинно неизвестно. Оно было опубликовано в 1917 году в сборнике «Страда» за подписью «Е». Известно, что поэт подписывал некоторые свои письма первой буквой фамилии. Это, а также характерные особенности ритмики и образной системы дают исследователям право предполагать, что оно написано Есениным. Ну, а мы просто насладимся его строками:
Сергей Есенин
Ноябрь
На белом снеге оттиск лапок
Медлительных гусиных стад,
И звонче голос нежных маток
И смех косматых жеребят.
За сетью снежной паутины
Зимующий темнеет стог.
И, как старухи, горбят спины
Деревья вдоль больших дорог.
А деревья, горбящие спины к холодной реке, найдем в пейзаже Андрея Николаевича Шильдера (1861-1919) «Ноябрь». Один из любимых мотивов художника – лес – в этой картине уже достаточно плотно укрылся белым пушистым снегом, и только вечерняя заря добавляет пейзажу ярких красок.
И закончим мы наши ноябрьские размышления на позитивной ноте. Вместе с Беллой Ахатовной Ахмадулиной (1937-2010) порадуемся той «благодати», что «уж сыплется, уж смотрит с неба»:
Белла Ахмадулина
Пейзаж
Еще ноябрь, а благодать
уж сыплется, уж смотрит с неба.
Иду и хоронюсь от света,
чтоб тенью снег не утруждать.
О стеклодув, что смысл дутья
так выразил в сосульках этих!
И, запрокинув свой беретик,
на вкус их пробует дитя.
И я, такая молодая,
со сладкой льдинкою во рту,
оскальзываясь, приседая,
по снегу белому иду.
Надеюсь, теперь ноябрь не кажется вам таким уж печальным, в нем кроется своя особенная магия. И мы сами вправе решать, каким он для нас будет.
Пусть этот месяц станет для вас временем вдохновения и тепла! Желаю вам находить радость в каждом мгновении, видеть красоту даже там, где её вроде бы и нет, и открывать всё новые и новые горизонты.
С любовью, ваша Света В.
Другие мои статьи с картинами и стихами о разных временах года и месяцах можно посмотреть в новой подборке «Пусть падают листки календаря»
Подписывайтесь на мой Телеграм-канал, где я выкладываю не только анонсы новых статей, но и есть ещё много всего интересного