На второй день Юля ушла на работу очень рано, удивилась, не обнаружив в комнате Клаву. Уходя, зашла к Фёдору, он ещё спал, но услышав открывающуюся дверь, открыл глаза.
- Извини, я разбудила. Ухожу на работу и хотела попрощаться…
- Попрощаться? Ты не вернёшься? - спросил Фёдор.
- Вернусь. После работы вернусь. Меня твоя мама приютила на время, пока ремонт будет в моей комнате, - ответила Юля.
- Хорошо, - вздохнув, сказал Фёдор, - а то я расстроился…
- А почему? Ты не хочешь, чтобы я уходила?
- Конечно, не хочу. За столько лет увидел живую девушку…
- Не расстраивайся. Не уйду. А ты ещё успеешь увидеть, твоя мама уверена, что операция поможет тебе и ты будешь ходить, - обнадёжила парня Юля.
- Я тоже надеюсь на это, но у меня нет такой уверенности, как у мамы. Мне 30 скоро и двадцать из них я в постели. С тех самых пор, как случилась та трагедия… А операции уже были. И не одна. И каждый раз я надеялся, но… Хотя они не были бесполезны, улучшение появилось.
- А что за трагедия? Я думала, что ты с рождения… Ты попал в дорожную аварию? - спросила.
- Нет, не в дорожную аварию. Я был в аква-парке в Ясенево, когда там крыша рухнула. Много людей погибло, так что, мне не больше всех досталось, - и Фёдор вкратце рассказал о трагедии и своих переживаниях там, так как Юля ничего о ней не знала.
Как же жаль Юле было парня. Она убежала, уже опаздывала. А по дороге на работу думала о Фёдоре и ей было нестерпимо жаль его. «Я думаю, что самая несчастная на свете, но это не так. У меня нет родителей, но у меня есть руки и ноги, я могу не только ходить, но и бегать, жить полной жизнью, а он? А он лежит и только надеется на что-то, - думала она, - Ох, Юлька, нечего тебе скулить! Ты счастливая!»
На работе она спросила у сотрудниц, слышали ли они о трагедии в аква-парке двадцать лет назад? Более пожилые сотрудницы знали, а её наставница, кондитер Нина Степановна сказала, что не только знает, но и сама была там.
- Ой, Юленька, у меня всё до сих пор перед глазами стоит и часто эта страшная картина снится мне по ночам. Я живая, не раненная, но всё видела. В одном купальнике оказалась на улице… - Нина Степановна рассказывала так красочно, что Юле показалось, что и она была там, и она тоже без одежды оказалась на улице. Такая картина почему-то и ей снилась по ночам, а потом она просыпалась испуганная, но радовалась, что это был всего лишь сон. Одно время, примерно в шестом классе, этот сон преследовал её очень часто, настолько часто, что она даже пошла побеседовать к психологу детдома. Психолог успокоила, сказала, что такое бывает, у каждого человека есть свои сны, которые повторяются постоянно и это скорей всего, связано с событиями прошлой жизни. А старая нянечка, дежурившая в спальнях девчонок по ночам, учила её:
- Утром просыпаешься и тут же смотришь в окно и говоришь: «Куда ночь, туда и сон» , - говорила она, - А ещё, не забывай перед сном свою подушку перекрестить с молитвой, - и нянечка заставила выучить её и других девчонок слова молитвы на ночь. Прошло много лет, а Юля и до сих пор с молитвой крестит свою подушку.
- Да так крести, чтоб никто не видел и не слышал, тогда толк будет, - поучала нянечка. Да как же в большой спальне детского дома незаметно перекрестишь подушку? Но Юле показалось, что это ей помогло.
А этой ночью она вновь увидела свой сон, да так ясно, словно это было на самом деле. Она даже почувствовала, как её пронизывал холод, когда она голенькая оказалась на улице. Ей показалось, что она вспомнила, как бежала и кричала. А что кричала? Сейчас она точно вспомнила, она звала маму. Кто-то взял её на руки и укрыл одеялом. Это был момент из сна или это был момент из… жизни? Кто скажет наверняка?
Настенные часы пробили четыре раза. Значит, утро наступает. Клавы в комнате не было. Она вчера была днём дома, но Фёдор сказал, что покормив его, быстро ушла. К приходу Юли Фёдор был один. Юля достала из сумочки сделанный специально ею для него десерт.
- Надеюсь, тебе понравится. Сама делала. Мой шеф сказал, что десерты у меня получаются лучше всего. Попробуй. Я сейчас заварю чай, - через полчаса Юля с подносом, на котором стояли три чашки и фарфоровый чайник, вошла в комнату Фёдора, - Жду с нетерпением твою реакцию.
- А третья чашка не нужна. Мама сказала, что придёт лишь утром, она у дяди Сени. Видно, что-то случилось, так как ночью она всегда дома была.
- Значит, будем вдвоём чаевничать. Так ты, наверное, голодный? Я приготовлю что-нибудь. Ты бы что хотел? - спросила.
Фёдор отказался, сказал, что мать его хорошо накормила и он не голоден.
- Но если, ты сможешь, приготовь мне жареную картошку! Не сегодня. Мне очень хочется, а мама считает, что её лучше мне не есть. Доктора велели отказаться.
- Ну, не знаю. Я не доктор, но в кулинарном училище нам говорили, что всё есть яд и всё есть лекарство, только одна доза делает вещество ядом, а другая — лекарством. И это так. Вот возьми яд змеи и все знают, что это есть и хорошее лекарство. Так что, картошки я тебе поджарю, но объедаться не дам, - Юле было приятно разговаривать с парнем. А он к тому, много знает. Вот и сейчас он показал свои знания.
- Знаю я. Это ещё в древности сказал швейцарский врач и алхимик Парацельс.
«И откуда он всё знает?» - подумала, а вслух сказала:
- Вот, видишь! Значит, картошке быть!
Они попили чай, а потом долго говорили. Фёдор действительно много знал, о многом интересно рассказывал, но своими рассказами он не подчёркивал своё превосходство.
- Так, конечно, я же больше ничего не делаю, читаю, да телевизор смотрю. А у тебя столько забот и работа.