Для христиан прежде ценности были античные
Мало сказать, чтобы просто несимпатичные –
Им ненавистными были они! Тем не менее,
Весь Ренессанс – этих ценностей возрождение.
В лоне его и купеческий капитал
За ремеслом укрепляться и множиться стал;
Но, потянув за одну эту грубую нить,
Мы Возрожденье не сможем ещё объяснить.
Дело, тем паче, не в сказах красивых о Трое:
Сходство глубокое было в хозяйственном строе!
Вспомним, что «дважды бывали в глуби исторической
Общества с собственностью синтетической…
Было так в лучшие сроки античности в Греции,
И в Возрожденья эпоху, к примеру – в тогдашней Венеции»;
И во Флоренции, в Пизе, в Неаполе, в Генуе –
Всюду коммуны росли тогда непременные!
Были на севере Новгород, Брюгге и Гент,
Ганза была, что поныне – источник легенд.
Выше античного было коммуны той братство,
Ибо в ней не было прежнего личного рабства!
Главная собственность, правда, уже не земля,
Хоть и она тут у многих бывала своя;
Но каждый мастер свободен в своём ремесле,
Собственники преобладали в числе!
«Средства для жизни тут каждый имеет свои;
Есть и хозяйство в общественном бытии».
Венецианский не умолкал «Арсенал»,
Он корабли для республики создавал;
И из селения свайного с пристанью жалкой
Стала Венеция грозной морскою державой,
Меккой торговли, столицей металлов, стекла!
Так и в коммунах других тогда жизнь потекла.
«Общество то породило культурный расцвет,
В нём и научное знанье явилось на свет».
Тут философия первой торила пути,
Лучше Флоренции здесь нам пример не найти.
В ней из Мирандолы вышедший Пико Джованни
Не возмечтал о церковной загробной нирване:
Он на земле человека достоинство славил,
Нашу способность идти против чуждых нам правил,
И самому создавать и себя, и судьбу,
Счастье себе добывать через труд и борьбу!
То гуманизмом назвали в Европе течение.
В той же Флоренции вновь ожила Академия,
И под Неаполем – тоже, в которой Телезио
Опытных знаний природы оттачивал лезвие.
Стали философы этой поры пантеистами,
Бога с природой мешая; но атеистами
Стать не могли, и совсем не из низкого страха,
А из боязни идейно-душевного краха:
Хоть к атеизму влекла перспектива их дальняя,
Но ведь основа хозяйства была феодальная!
Были, однако, герои; и Бруно Джордано
Выступил славно, хотя, может быть, ещё рано.
Смело отверг сохранённый Коперником кров,
И показал, что на свете есть много миров.
Он говорил, что напрасно от церкви мы ждём
Пропуска в небо – и так все мы в небе живём!
«Хитро» ссылался на то, что сам бог бесконечен,
А потому де и космос бескраен и вечен.
Суд же решил: богу в небе что хочешь отдай,
Но на земле, брат, на церковь не нападай!
И на костре его бренное тело сгорело;
Но не сгорит его имя и правое дело.
Впрочем, иначе повёл себя Галилей.
Может, для физика было оно и мудрей:
Важно философу души людские зажечь,
Физику важно свои результаты сберечь.
Чтобы признали, что вертится всё же Земля,
Лучше Луну изучать, чем геройствовать зря!
Множеством сильных умов и талантливых рук
Начато было в ту пору восстановленье наук,
Только оно не смогло завершиться сполна:
Мрачные снова в Европу пришли времена.
Сами успехи хозяйства, торговли, культуры
Вызвали к жизни господство мануфактуры;
И разорились ремесленники тогда,
Рабство наёмного установилось труда.
Стал выше общества всякий богатый злодей,
В Англии «овцы как будто бы съели людей»:
Ради их шерсти лендлорды поля огораживали,
Силой крестьян из домов и с земли выпроваживали;
Тысячи виселиц встали на всех перекрёстках,
И всё английское йоменри выбили просто!
Тридцатилетняя мир охватила война,
Крови Европа хлебнула тогда допьяна.
Кто уверяет, что было в России жестоко,
Пусть повернёт на Европу пресветлое око!
Так буржуазная там зарождалась формация;
Здесь и вошла в христианскую жизнь Реформация.
Католицизму на смену пришёл протестант,
Внешней свободы и рабства для мысли гарант:
Лютер считал, что наш разум всех пакостей хуже,
Ибо не богу, а дьяволу, якобы, служит!
Но гуманисты сиянье коммуны хранили.
Скажем о тех из них, чьим сочинениям были
Все мы обязаны именем коммунизма –
И его формой нелепого утопизма.
Честно заботясь, но мысля ещё неумело,
Лорд-канцлер Мор и монах-бунтовщик Кампанелла
Спутали равенство в деле хозяйством владения
С равенством в смысле всеобщего обеднения:
Всех превращения граждан в наёмных трудяг,
Доли иной не могли чтобы выбрать никак.
Общество, по утопистам, владеет практически всем,
А индивид не владеет в хозяйстве ничем:
Ради квартиры, одежды и ради еды
Он не свои должен холить поля и сады!
Это всё тот же Египет, всё та ж Атлантида,
Тот же Китай заскорузлого древнего вида.
По словарю же латинскому не коммунизм:
В точном и ясном значении – социализм.
Спутанность этих понятий – науки позор!
Впрочем, науке и не дан тут полный простор,
А идеологам нравится в мыслях туман:
Каждый в нём свой затевает безумный обман.
И повторилась история с утопистами:
Как и Платон, они были идеалистами.
Мысли таких ведь от самого корня странны,
В лучших стремленьях своих они всё же вруны!
Был коммунизм настоящим в устройстве коммун,
А кто считает иначе, тот, в сущности, врун, –
Социализм только где-то бывал настоящий!
Это, однако, развития путь не блестящий:
Способом Маркс азиатским его окрестил,
А с коммунизмом уже по ошибке скрестил.
И когда будем мы дальше писать о марксизме,
Скажем ещё, разумеется, о коммунизме.
Продолжение следует.
Этот рифмованный систематический курс публикуется на Дзен повторно с некоторыми доработками. Все его части в текущей редакции можно найти на канале автора.
Кому интересно категориальное мышление, ставьте лайки, комментируйте и подписывайтесь. Щедрые – шлите донаты (ссылка «Поддержать»).