Вера, услышав, как сплетничают коллеги, хотела подойти к ним и сказать, чтобы они закрыли рты. Что не имеют право так говорить об Инге Сергеевне, которой в подметки не годятся. Но сдержалась. Если она хочет быть правой рукой Инги Сергеевны, стать таким же профессионалом, как она, то должна заниматься только работой, а не сплетнями и склоками.
Вера из этих самых сплетен знала, что родители Инги Сергеевны люди состоятельные, заработали капитал еще в самом начале 90-х и смогли его преумножить. Благодаря родителям Инга Сергеевна выбирала профессию по душе, не думая о заработке. Поэтому и следователем она была неподкупным – на ее банковском счете всегда было достаточно денег от родителей, которые были довольны, что дочь нашла себя, занимается настоящим делом, а не прожигает жизнь, как многие дети богатых родителей.
В личной жизни все тоже складывалось поначалу прекрасно. Она с 14 лет встречалась с сыном друзей своих родителей, Антоном. Чувства были взаимны, с 16 лет они жили вместе. А когда им было по 18 Инга случайно забеременела. Но они с Антоном решили, что еще не готовы стать родителями. И Инга сделала або.рт, не думая о последствиях, которые дали о себе знать позже, когда Антон предложил родить ребенка.
Забеременеть Инга не могла. Вера не очень понимала, откуда коллеги Инги, которая всегда была предельно вежлива, но держала дистанцию, знали такие подробности.
Знали и то, что лечение не дало никаких результатов и даже с помощью суррогатной матери стать родителями Инга Сергеевна с мужем не смогли.
Как такое может быть в наш век технологий и с огромными деньгами семьи Инги, Вера не понимала. Чувствуя себя глупой квочкой, собирающей сплетни, посмотрела в интернете и узнала, что да, может. И никакие лекарства не помогут.
Вера слышала от коллег, что Антон предлагал родить ребенка, отцом которого будет он, а матерью неизвестная женщина. Но Инга отказалась. А несколько лет назад Антон осуществил свою мечту. Думал, что когда Инга возьмет на руки его ребенка от никому неизвестной женщины, к которой он даже пальцем не прикасался, то растает и они будут жить семьей – Инга, он и их ребенок.
Но Инга назвала его предателем. Они не жили вместе год, за время которого Антон метался между сыном, заботы о котором легли на его родителей, и Ингой, прощение которой пытался вымолить.
- Молодой, красивый мужик. Образованный, работящий, при должности. Ду.ра Инга, - слышала Вера. – Радоваться должна была, что не бросил, как только узнал, что бесплодная. А она еще права качает. Он ждет ее, когда она по городу носится, иногда сутками дома не появляется. То же мне, Шерлок Холмс.
Вымолить прощение у Антона получилось, но Инга поставила условие – мальчика в их жизни не будет. Когда она занята, Антон может ездить к нему, а вот если она дома, то муж должен быть с ней. Но регулярно возникали скандалы – Антон ехал к сыну в любое время, если тот заболевал или просто скучал по папе. А в этот раз у мальчика был день рождения и он мечтал провести его с отцом. Поэтому Антон на все выходные уехал к сыну. Вот Инга и велела ему не возвращаться домой.
Вера сама себя ругала, что как бабка на лавочке в свободное время все время думает об этой ситуации. Что слушает разговоры коллег, хотя считает сплетничать недопустимым. Ей было безумно жаль Ингу Сергеевну. И этого неизвестного мужчину тоже. От коллег она слышала, что Антон красавец, под стать Инге. Только если Инга была черноволосой с огромными черными глазами, которые кто-то называл цыганскими, то Антон был блондином с голубыми глазами и шикарной фигурой…
Вера вышла из автобуса, заставляя себя переключиться с мыслей об Инге Сергеевне на работу.
- Вера Петровна, добрый день. Можно вас побеспокоить?
Вера остановилась, обернулась на голос и обмерла. Перед ней стоял необыкновенный красавец. Высокий статный блондин с совершенно необыкновенными голубыми глазами. Одетый в костюм-тройку с шелковым галстуком с булавкой и платочком под цвет галстука, торчащим из кармана пиджака. В руках мужчина держал букет необыкновенных фиолетово-синих цветов.