Mbinu Fulani za Kufundishia Kiswahili 3
Некоторые приемы преподавания суахили 3 (часть 1)
Как суахили может стать мировым лингва франка?
Kiswahili kinawezaje kuwa Lingua Franka ya dunia?
Предлагаемая статья, в отличие от предшествующих материалов (№1 и №2) под заглавием Mbinu Fulani za Kufundishia Kiswahili относится скорее к социолингвистике, однако надеюсь, что будет достаточно информативной как для изучающих суахили, так и для тех, кто просто знакомится с этим языком, его носителями и ареалом его распространения.
Итак, в последние годы в средствах массовой информации и социальных сетях Восточной Африки появилось много материалов, в которых тем или иным образом отмечается рост популярности суахили, как средства не только межнационального, но и панафриканского общения. Авторы соответствующих статей и заметок даже говорят о суахили, как о возможном лингва франка всей Африки, а может быть и мира. В качестве характерного примера можно привести “кочующую” редакционную статью, озаглавленную “АНАЛИЗ: суахили может стать мировым лингва франка” (UCHAMBUZI: Kiswahili kinaweza kuwa Lingua Franka ya dunia). Статья впервые появилась на сайте SWAHILI HUB 13 ноября 2019, затем, с небольшими правками, 31 марта 2020 оказалась на сайте MWANANCHI Tanzania Edition (mwananchi.co.tz), наконец под тем же названием, но тоже в несколько скорректированном виде, на этом же сайте появилась 17 марта 2021. Статья (SWAHILI HUB 13 ноября 2019) интересна тем, что в ней дается современное восточноафриканское понимание термина лингва франка и напрямую перекидывается мостик еще к одному, по мнению авторов, лингва франка - английскому языку: «Lingua Franka (так в оригинале) — это язык, который позволяет общаться людям из двух или более сообществ, использующих разные языки …. в Танзании проживает много этнических групп, и когда люди разных этнических групп встречаются, они используют суахили …. английский язык стал мировым лингва-франка, поскольку он позволяет общаться людям разных наций, например суахили и англичанам, итальянцам и китайцам и другим. Когда они встречаются, им приходится говорить по-английски, потому что они не понимают друг друга, когда говорят на своих языках».
Определенный интерес представляет и опубликованный в мартовском номере 2022 Habari-Magazine “Language and Lamguage Politics” сокращенный вариант статьи профессора Годсона С. Маанга (Prof. Godson S. Maanga) озаглавленный «Суахили: быстро распространяющийся лингва франка» (Kiswahili: A Fast-spreading Lingua Franca)
В этой статье профессор показывает, как, благодаря своим лингвистическим особенностям, язык суахили распространился из Танзании и Кении в такие регионы, как Сомали, Уганда, Руанда, Бурунди, Демократическая Республика Конго, Мозамбик, Малави и Замбию, а также на Коморские острова и Мадагаскар. Кроме того, в последнее время вполне возможно преподавание суахили в учебных заведениях (школах) Эфиопии, Южного Судана, Анголы, Намибии, Южной Африки, Зимбабве и Лесото. Также язык получил некоторое распространение в таких странах, как США, Германия, Великобритания, а также Китай и Япония. При этом автор ссылается на роль суахили как очень полезного лингва-франка, отмечая возможные преимущества такого общего языка.
В заключении статьи профессор Маанга пишет: «Суахили развивался на протяжении веков и останется таковым. Он распространяется подобно могучей волне или огню на сильном ветру. Сегодня суахили, безусловно, превратился в язык Африки среди других языков мира» (Цит. По сайту Tanzania-network.cle).
Приведенные примеры показывают, что восточноафриканские специалисты вполне спокойно относятся к термину лингва франка, не находя в нем какой-либо отрицательной коннотации в отношении языка суахили, что скорее всего объясняется их профессиональной подготовкой на английском языке и существующей многолетней (с середины ХIХ в.) теоретической и практической традицией «европейского» языкознания в отношении суахили. Подобное некритическое отношение к «общепринятым» постулатам проявляется у восточноафриканских специалистов и к относительно новым явлениям, например в редакционном материале Taifa Leo от 7 июля 2024 c 10, посвященному празднованию в Кении Всемирного дня суахили (SIKIDU) говорится: «Язык суахили развился в результате контактов между иностранными торговцами и коренными жителями восточноафриканского побережья … и сегодня мы гордимся развитием и распространением языка суахили, который пересек исторические границы по всему миру. Глобализация, наблюдаемая на африканском континенте в начале XXI века, имеет прочную основу в истории нашего континента, вопреки некоторым ложным теориям о природе африканской цивилизации, закрывающим глаза на огромный вклад местных жителей в ее развитие». Вот так многие образованные африканцы зачастую воспринимают глобализацию в положительном смысле, не принимая во внимание ее определенные губительные последствия, приводящие к потере экономической и политической самостоятельности, утрате национальной культурной и традиционной идентичности.
Но, вернемся непосредственно к проблеме лингва франка (lingua franca). Хотелось бы привести несколько замечаний об этом термине применительно к суахили. В советской и российской социолингвистике под термином лингва франка в основном понимается «любой устный язык-посредник в межэтническом общении». При этом желательно, чтобы пользователи этого языка воспринимали его как язык «без народа», то есть как такой язык, продвижение которого не приведет к возвеличиванию какого-либо народа или государства. В определенной степени суахили отвечает такому определению, так как в настоящее время народа суахили просто нет. Однако, следует подчеркнуть, что советские и российские исследователи всегда рассматривали суахили как полноценный язык.
Что же касается европейских и прочих «цивилизованных» исследователей, то как сложилась практика в колониальный период считать суахили лингва франка, то таким же подход остался и сейчас. Хотя, все же отмечается роль суахили, как средства межэтнического общения, языка начального обучения и первичного уровня управления.
Поскольку мы (наша группа) начали изучать суахили в далеком 1965, т.е. еще в советское время, то преподаватели нам четко и однозначно объяснили, что суахили – это полноценный язык, который если и функционировал в начальный период как лингва франка восточноафриканского побережья, то все равно появился уже в раннем средневековье (считается, что надписи на суахили восходят к ХII-ХIII вв. н.э.). Чему способствовала самобытная цивилизация жителей прибрежных районов Восточной Африки.
Большинство специалистов сходятся в том, что цивилизация людей побережья (waswahili) занимала огромную полосу от островов Баджуни (юг Сомали) до примерно города Иньямбане (юго-восток Мозамбик) на юге Африки. Материальным подтверждением этому могут служить образцы ковки, женских украшений, многочисленные постройки из камня: старинные мечети, крепости, гробницы.
Например, в 1107 году на Занзибаре была построена первая мечеть, которая оказалась первой в мире в южном полушарии. Примечательно, что ЮНЕСКО в список объектов всемирного наследия включила следующие памятники, подтверждающие существование суахилийской (на мусульманской основе в первую очередь) цивилизации в средние века: Старый город Ламу (Mji Mkongwe wa Lamu), Каменный город Занзибара (Mji wa Mawe wa Zanzibari), руины Килва Кисивани (Magofu ya Kilwa Kisiwani), Башня Сонго в Мозамбике (Mnara wa Songo).
К сожалению сохранившиеся литературные памятники относятся уже к XVIII-XIX вв.
Имеющийся разрыв, скорее всего, можно объяснить деятельностью португальских колонизаторов. Интересно, что для европейцев эти территории «открыл» Васко да Гама (Момбаса и Мозамбик в 1498 , а в 1499 – Занзибар). Португальцы правили в Момбасе с 1593 по 1730, на Занзибаре – с 1505 по 1698, а в Мозамбике – с 1505 по 1975.
В средние века португальцы в Восточной Африке столкнулись с сильным арабо-персидским влиянием на местную жизнь, включая торговлю, политику и язык. В то время письменность суахили была на арабской основе, а являясь ревностными католиками, португальцы крайне отрицательно относились к малейшим проявлениям мусульманского влияния. Очевидно поэтому одним из самых ранних письменных памятников суахили и стала относящаяся к 1728 году эпическая поэма Utenzi wa Hirqal (История об Ираклии – в которой описывается сражение наместника византийского императора Ираклия в Сирии с арабами в в VII веке), известная также как Utenzi wa Tambuka (История Тамбуки), автором которой был Bwana Mwengo wa Athman.
Примерно в XVIII в. появляются различные исторические хроники, поэмы, а также стихи, сказки и другие фольклорные произведения.
При этом язык суахили продолжал функционировать в Восточной и частично Центральной Африке как лингва франка в интересах сначала индийцев, персов, арабов, да и тех же португальцев, а затем вновь арабов, потом немцев и англичан (торговля, начальное образование, местное управление). Параллельно развивалась письменность суахили, процесс значительно усилился после того, как в середине XIXв. европейские миссионеры разработали для суахили письмо на основе латиницы.
Немцы, в период колониального владения территорией Танганьики, приложили определенные усилия для стандартизации суахили, признав таким стандартом диалект Занзибара (Kiunguja), а затем потребовали от местных властей подавать отчеты и прочую документацию на «стандартном» суахили. Это дало толчок начальному школьному образованию на суахили. Не удивительно, что появилось такое суахилийское слово как shule(начальная школа; детский сад). Коммерческие организации, такие как Имперская британская восточноафриканская торговая компания (1888-1895), распространяли суахили в некоторых частях Восточной Африки, используя его в своем бизнесе. Коммерческая деятельность позволила суахили распространиться на Демократическую Республику Конго, Замбию, Малави, Уганду, Мозамбик и Южное Сомали.
Одновременно стали появляться элементы художественной литературы, активизировалось пополнение лексического материала. Латиница упростила и удешевила становление печатной продукции, включая газеты на суахили. Таким образом, к началу ХХ в. суахили вполне себе сформировался как настоящий язык, хотя и «без народа», что позволяло ему успешно продолжать функционировать как лингва франка или лучше сказать язык межэтнического, а затем и межнационального общения в Африке (панафриканского, согласно характеристике
Н.В. Громовой).
И, заключая вступительную часть, посвященную суахили как вполне возможному языку панафриканского общения, считаю необходимым отметить преподавателей, которые помогли нашей группе, людям достаточно далеким от проблем филологии вообще и африканской филологии в частности, должным образом расставить акценты в отношении суахили не только в плане социальной лингвистики, но и правильно различать подлинных и мнимых друзей и помощников Африки. Как показывает обстановка в мире, этот навык опять становится актуальным для специалистов нашей страны.
Как я отмечал выше, несмотря на новизну и необычность языка суахили для нашего ВУЗа, нас (нашу группу) учили очень хорошо и серьезно. Различные аспекты языка и виды переводов, как правило, вели соответствующие приглашенные специалисты. Здесь мне хотелось бы особо отменить Владимира Ефимовича Овчинникова, который очень много нам дал для развития навыков перевода и становления нас как специалистов-практиков.
Вообще, когда наша группа приступила к изучению малоизвестного в то время в СССР языка суахили, мы как-то сразу поняли, что нам здорово повезло, так как, прежде всего и в основном, нас обучали два сильнейших на то время в стране преподавателя суахили - Екатерина Николаевна Мячина и Нелли Владимировна Громова. Достаточно сказать, что впоследствии они возглавили кафедры в МГИМО (Екатерина Николаевна) и в ИСАА (Нелли Владимировна).
И Екатерина Николаевна и Нелли Владимировна уже в то время реально владели практическим суахили, являлись настоящими учеными-филологами, прекрасно знали историю и культуру населения ареала распространения суахили. И, наверно самое главное, обе эти замечательные женщины являлись для нас примером широко эрудированных, по-настоящему интеллигентных, обладающих колоссальным терпением и тактом специалистов.
Особенно это было важно для нас, поскольку по сравнению с типичными студентами гуманитариями, мы были, очевидно, несколько резковаты и прямолинейны.
И что особенно важно в настоящих условиях «разворота на Восток и Юг», наши преподаватели и, прежде всего, Екатерина Николаевна и Нелли Владимировна настойчиво и профессионально учили нас тому, что в силу сложившихся, продолжающих складываться в настоящее время и в будущем особенностей языка суахили он, несомненно, продолжит свое развитие, будет и дальше распространяться и укрепляться, по крайней мере, в Африке.