Вадим был новичком в «особом бизнесе» его друзей. Так они, Антон и Егор Калягины, друзья детства Вадима, гордо именовали своё доходное предприятие, не вписывающееся ни в какие моральные и законные требования. И вот на днях братья в первый раз предложили Вадиму прокатиться с ними ночью на кладбище. Дело в том, что товарищи Вадима раскапывали места последнего упокоения состоятельных при жизни покойников и очень неплохо на этом наживались.
Вадим давно посмеивался над друзьями, стыдил и даже пытался убедить их перестать заниматься столь неблаговидным делом. Однако моральное убеждение – дело неблагодарное, и вскоре учитель человеческих ценностей приутих и перестал читать лекции приятелям, глядя, как они приобрели новенькие внедорожники и начали строить для своих семей коттеджи, похожие на небольшие замки.
На своём дне рождения Антон, после пятой рюмки водки, разоткровенничавшись, сообщил Вадиму, что у них выстроена целая система по сбыту добычи из могил. Качественные дорогие костюмы с недавних трупов после соответствующей обработки снова отправлялись в магазины одежды; золотые, кольца, коронки, цепи и прочую «ювелирку» покупали сомнительные личности, которые постоянно слонялись возле городского рынка и вокзала. Немыслимое дело, но даже на вываренные черепа мертвецов имелась необычная клиентура, которая приобретала жуткий товар через Даркнет. На текущий момент на Антона и Егора работали десятки людей, не задающих лишние вопросы. В своем деле расхитители могил до того обнаглели, что иногда даже применяли технику, для того чтобы убирать и возвращать на место массивные памятники и могильные плиты. Несколько человек приводили разграбленные погребения в изначальный вид. Система работала без сбоев и нынче могла отлично функционировать и без непосредственного участия братьев Калягиных, но, как и прежде, друзья Вадима и сами периодически отправлялись за кошмарной добычей. Их манил дух самого факта, что они это делают.
— Процесс меня захватывает. Никак не могу я жить без этих ощущений, — постоянно говорил Антон. Старший брат Егор придерживался такого же мнения и согласно кивал.
Что говорить, в делах с Калягиными был замешан даже местный батюшка. Нечистый на руку и совесть священнослужитель получал внушительную мзду за сведения о богатеньких «клиентах» и содержимом их гробов, в которых родственники усопших часто оставляли дорогие вещицы. Областной город стабильно обеспечивал в день сорок-пятьдесят мертвецов, часть которых обязательно становилась «клиентами».
Для Вадима всё началось со сложного финансового положения, вынудившего его к просьбе занять денег у друзей. Он приехал к дому старшего Калягина, когда хозяин коттеджа тщательно натирал автомобильным воском серебристый внедорожник, приобретенный в дополнение к машине жены.
— Егор, займи тридцать тысяч на пару месяцев, — краснея попросил Вадим, нащупывая в кармане недорогой смартфон, купленный в кредит. — Жене срочно надо на линзы и дочери к школе кое-что прикупить…
— Не вопрос Вадя, но это в последний раз, ты уж извини дружище, — Егор аккуратно закрыл дверцу машины. — Мы, безусловно, друзья, но ведь ты не хочешь нормальные деньги зарабатывать.
— Я работаю на заводе… — Вадим запнулся.
— И что? Десять лет вкалываешь на доброго дядю! Тебя Антон сколько к нам зовет? А ты упираешься! Правильный он, блин, и честный! — обычно спокойного и невозмутимого Егора прорвало.
— Я больше ничего не умею, кроме как оператором у станка. А рыть с вами могилы – ребята, я же потом не засну ночью. У меня не такие железные нервы как у вас, — Вадим насупился и отвёл взгляд. — Вы занимаетесь неправильным делом.
— Вадя, мёртвым уже всё равно. Скажу больше, им даже хорошо – суди сам, они уже мёртвые, бесполезные, а помогают живым. В лице нас. Делают последнее доброе дело, формируют плюс в карму! — улыбнулся Егор своему выводу. Заглянув в машину и покопавшись в барсетке, старший Калягин выдал приятелю шесть красных пятитысячных купюр. Затем коротко попрощался и умчался по делам, оставив Вадима стоять в задумчивости.
Оставшийся день и приличную половину ночи Вадим не мог заснуть. Он впервые всерьёз раздумывал о словах Калягина и мысленно взвешивал груз трёх кредитов и прочих финансовых проблем. Беременная жена заметила, что Вадим не спит и пялится в потолок. Она попыталась поговорить с мужем, но Вадим отвернулся к стене и пробурчал, что будет спать.
Утром, сидя в маршрутке, везущей его на работу, Вадим позвонил Антону. Ему не хотелось слушать победные интонации в голосе Егора. С младшим Калягиным было менее мучительно договариваться.
— Тоха, в общем, я решил с вами поработать. Надо попробовать. Егор прав, не дело на дядю пахать всю жизнь…
— Во, красавчик! В одиннадцать вечера будь у нас, тебе повезло, как раз жирный клиент образовался. Один заезжий аферист офис в Севермолле открыл, женщинам туманил головы, будто владеет заговорами и порчей. Заявлял себя как могучего экстрасенса. Женщины сдуру ему тащили деньги до тех пор, пока супруг одной из клиенток не вышвырнул самозваного колдуна из окна. А окно-то на четвёртом этаже, внизу бетонная площадка. Придурок этот нырнул башкой вниз — и всё, привет. Разъяренного мужика, ясное дело, арестовали, а покойника нашего, бесценного, похоронили сегодня утром. Отец Кирилл написал нам, что у покойного все пальцы в золотых кольцах, на шее цепь весом грамм на четыреста со старинным кулоном в придачу. В общем, стопроцентно наш клиент.
— Зачем ты мне говоришь про эти жуткие детали? Мы всю ночь этим заниматься будем? Оля будет интересоваться… — поморщился Вадим.
— Так жена тебе скажет за деньги спасибо. Ты главный добытчик в семье, а не бесполезный каблук ведь! — голос Антона стал раздражённым. — Ну слушай, не хочешь, больше не позовём. Смотри сам, это последнее предложение, как и займ.
— Конечно, пойду с вами! — спешно подтвердил Вадим и нажал кнопку сброса звонка.
Весь день, работая в цеху, он убеждал себя, что в предстоящем нет ничего ужасного и слишком предосудительного. Но его подташнивало только от мысли о том, что придётся касаться мертвецов. Вадиму память услужливо подсунула воспоминание об испуге из детства. Так случилось, что тогда он увидел в гробу отца, погибшего в пьяной автокатастрофе. Члены семьи по очереди подходили к гробу и, прощаясь с усопшим, целовали его в лоб. Странная традиция и совершенно дикая, считал Вадим. Подошла очередь и десятилетнего мальчика Вадика, на которого давили родственники, что так обязательно нужно сделать. В память ребенка навсегда врезался момент этого страшного действия. Он выполнил то, что от него требовали, хотя чуть сознание не потерял.
Разумеется, Вадим никогда не признавался в своем страхе, который периодически всплывал в памяти. Даже жене не говорил.
Когда Вадим вернулся с работы домой, дочь заявила, что ей необходим компьютер и не какой-нибудь простенький, а мощный и игровой…
Десять вечера. Вадим поймал себя на том, что уже полчаса следит за минутной стрелкой, отсчитывающей неумолимое время.
— Оля, я к Сашке. У него переночую, к нему дядька приехал, посидим немного, — соврал он жене.
— Иди, — сказала жена, не отрывая взгляда от новостной ленты в соцсети. — Только поешь сначала.
— Я у Сашки поем, — навязчивая мысль о мертвецах у Вадима никак не вязалась с едой. При мысли об ужине его просто воротило.
Он одел тёплый спортивный костюм, чёрную болоньевую куртку, старые кроссовки и буквально вылетел на лестничную площадку, при этом громко хлопнув дверью.
— Не проспи на работу! — вслед донеслось ему.
К дому Калягиных Вадим подъехал на своей древней «девятке» ровно к одиннадцати. Он чуть не опоздал из-за неадекватного шофера «Газели», столкнувшегося с красным «Москвичом» на перекрёстке. Когда Вадим объезжал место ДТП, из легковушки на него, как показалось ему осуждающе, таращился благообразный седобородый дед-водитель.
— Ага, проспорил! Он таки приехал. Держи приз, брат, — Егор протянул младшему крупную купюру.
— Видал, я уже точно сегодня в прибыли, — похвалился Антон Вадиму.
— Вадик, на, глотни для храбрости. А то бледный весь, как покойник, — похлопал гостя по плечу Егор и, не дожидаясь согласия, налил из фигурной бутылки половину хрустального бокала. — Это шестилетний виски, а не водка какая-нибудь.
— Правильно, пей, ночами прохладно уже, осень на дворе. Ты нам здоровый нужен, — младший Калягин подвинул приятелю тарелку с тонко нарезанной ветчиной.
Вадим одним махом опрокинул в себя спиртное, закусил кусочком ветчины. В животе сразу потеплело, настроение стало лучше, и он даже смог выдавить из себя улыбку.
— Оцени, брательник, волшебную силу чистого виски! — заржал Егор. — Вадя уже розовый, а не белый!
— Ладно, переодеваемся и двинулись. Пора уже!
Серебристый внедорожник, ревя мощным мотором, промчался по кольцевой дороге и свернул в сторону одного из городских кладбищ, которые за последние десятилетия разрослись в разы.
Территория кладбищ представляла собой настоящий лабиринт из непрекращающихся рядов оград, памятников и узких асфальтированных отводков, пролегающих между кладбищенскими квадратами. Даже днём посетители печального места ориентировались не без труда, а в тёмное время суток, в свете автомобильных фар, довольно сложно было очутиться в нужном месте.
Однако, братья Калягины отлично знали эти места. Проехав ещё десяток поворотов, они остановили автомобиль у кладбищенской сторожки. В машину плюхнулся пожилой высокий человек в прокуренной камуфляжной одежде. Он предварительно швырнул в багажник две складных лопаты, лом и упаковку мусорных мешков. Помимо курева от нового пассажира сильно пахло спиртным. Назвался Палычем.
Ещё пару минут внедорожник ездил среди скопления крестов и самых разнообразных заборчиков, выхватывая светом фар из темноты необходимое направление, пока по указанию Палыча не приблизился к витой высокой ограде. Палыч выбрался из машины, осмотрелся и довольно хмыкнул. Место было нужное, именно к нему он вёл Калягиных и их товарища.
— Когда тут закончите, наберите меня и оставьте инвентарь. Я подойду и приведу всё в порядок, — сказав это, сторож растворился в темноте.
Жёлтый серп луны и небосвод, усыпанный яркими звёздами, давали освещение, которого было вполне достаточно, чтобы хоть что-то видеть без фонарей. Но для работы без них было всё равно не обойтись. Егор заглушил двигатель, и вооруженная инструментом компания отправилась к ближайшей, ещё ничем не огороженной могиле. К тому моменту бодрость от виски начала покидать Вадима вместе с крохотным запасом решимости. Ему стало не по себе от висящей в воздухе и давящей тишины. Когда братья Калягины приступили к работе, вгрызаясь лопатами во влажную землю, Вадима и вовсе стало потряхивать от страха и холода. Братья же ловко орудовали ломами и лопатами, перешучиваясь. Они сдвинули в сторону могильную плиту и начали углублять яму. Удивились наличию плиты: обычно памятники и плиты устанавливают через год, когда земля усядется.
Глинистая, рыхлая почва без усилия подавалась опытным гробокопателям. Вадиму Калягины пока что поручили светить мощным автомобильным фонарём в яму, которую они рыли.
— Кажется нам пора открывать филиалы, — ёрничал Антон. — Назначим Вадима Дмитриевича руководителем дочернего предприятия! Компания «Ночные эльфы»!
— Шутник, ты не забудь Палычу денег дать за порядок, — напомнил брату Егор.
Братья копали всё глубже, спускаясь в яму по очереди и аккуратно выбрасывая землю в растущую кучу, рядом со сдвинутой могильной плитой. Вадима, несмотря на не слишком холодную ночь, стало колотить ещё сильнее. Неясным чувством он ощущал, что надвигается опасность, природу которой он не мог себе объяснить. Стук лопат о гробовую крышку оповестил о том, что мародёры достигли своей главной цели. Вадим, у которого руки тряслись, при этом старался смотреть куда угодно, но только не в яму.
— Держи фонарь ровно, — прошипел Егор. — Антоха, лезь ко мне, помоги с крышкой.
Антон, отпихнув Вадима, ловко спрыгнул к своему родственнику в могилу. Братья, повозившись, поддели ломом и лопатой лакированную крышку гроба и со звуком выдираемых из плотного дерева гвоздей начали открывать её.
Предчувствие не обмануло новичка. Ужасный, пронзительный крик Антона вынудил Вадима выронить фонарь из вмиг ослабевших рук. Фонарь упал на край могилы и лучом света выхватил, как Егор сцепился с каким-то полным мужчиной, крепко вцепившимся в старшего Калягина. Он видел только белый затылок незнакомца, вмятый, весь в медицинских швах. Такой не мог принадлежать живому. Вадим не мог оторвать взгляда от мужчины, прижавшего Егора к стене могилы, а Антон в ступоре прижался к противоположной от схватки стороне ямы.
Вадим вначале подумал, что братья его разыгрывают, но брызнувшая ему в лицо струя крови заставила неопытного гробокопателя завизжать от ужаса. Вадим отскочил от могилы и рванул в темноту, не разбирая дороги. Задыхаясь на бегу, разрывая одежду о торчащие решетки оград, он что-то лепетал себе под нос, лишь бы не слышать жуткие вопли, доносившиеся до него со стороны раскопанной могилы. Петляя между памятниками и ограждениями, несостоявшийся грабитель наудачу выбежал прямо к знакомой кладбищенской сторожке. Дверь в неё была распахнута, а внутри не было никого, кроме грозного вида чёрного патлатого пса, оскалившего клыки на незваного гостя.
«Сторож, наверное, убежал на крики. Ну и хорошо, разберутся без меня», — облегченно подумал Вадим и, захлопнув дверь, двинулся по дороге, ведущей в сторону кольцевой. Мысли о финансовых заботах выветрились из его головы, а про то, что произошло с братьями Калягиными, он тем более думать не хотел.
На кольцевой дороге ему снова повезло. Удалось быстро поймать такси, едущее в сторону города. Худой таксист в кожаной куртке с недоверием окатил тяжелым взглядом невыспавшихся глаз взъерошенного мужчину в порванной болоньевой куртке и грязных спортивных штанах. Впрочем, тысячная купюра разогнала сомнения таксиста о платежеспособности ночного пассажира.
В свою квартиру Вадим попал только к четырём утра. Сбросил с себя грязную одежду и принял горячий душ. Затем нырнул в кровать, прижался к спящей жене и до рассвета таращился на ромбический узор ковра на стене, думая о том, как он теперь будет смотреть в глаза друзьям после малодушного побега. Вадим продолжал себя исступлённо убеждать, что попал в дурацкий, глупый розыгрыш. Брызнувшую кровь, в конце концов, можно было запросто инсценировать, а детали мимолетного события уже не виделись ему такими чёткими.
Однако Антон и Егор не объявились ни на следующий день, ни в последующие. Через три дня по областному центру поползли чудовищные слухи о могиле ненормального экстрасенса. Якобы она была разрыта, залита кровью. Болтали о пропаже братьев Калягиных и кладбищенского сторожа. Мертвеца в яме тоже не обнаружили. Надо сказать, о Калягиных никто не сожалел кроме их родственников. Братья у полиции имели дурную репутацию несмотря на регулярные взятки, а кладбищенский сторож и вовсе был сильно пьющим. Поэтому молодой следователь, который вёл объединенное дело, не проявлял особого усердия в расследовании.
Через неделю на должность сторожа уже нанялся новый человек. Вадим, ставший свидетелем случившегося, ничего никому не рассказал о кошмаре той ночи. Напротив, он придумал историю для жены с ночёвкой у друга, а та, безгранично доверявшая ему, не стала донимать расспросами. В полицию Вадим, разумеется, не пошел. Боялся загреметь в тюрьму или психушку.
Он едва себя не выдал, когда к нему домой явился участковый инспектор, который опрашивал всех знакомых пропавших братьев Калягиных. Несмотря на виденное собственными глазами, Вадим даже себя не смог убедить в достоверности тех событий и не надеялся, что в его историю ещё кто-то поверит. Наживать неприятности он не хотел.
Через месяц история с исчезнувшими людьми практически полностью позабылась. Дело в органах правопорядка повисло глухарём. Город наполнялся свежими новостями и продолжал жить своей суетной жизнью…
Автор: Дмитрий Чепиков
Или помочь на кофе автору можно сюда:
Карта Tinkoff (T-bank) 2200 7001 5249 7276
Карта Сбербанка 4276 0700 1579 5414