Боря вернулся в каюту. Он вошёл в спальню, где еще несколько часов назад засыпал в объятиях любимой женщины, но уже ничего не напоминало о прошлой ночи. В номере успели побывать горничные: чисто, убрано, расставлено, застелено, как будто ничего не было, словно ему всё приснилось.
Быков дёрнулся в сторону рабочего стола, вспомнив о скомканной им записке, и с облегчением нашёл её вместе с так и непринятым Алёной ожерельем. Боря сжал в кулаке прохладные жемчужины, но подавил порыв разорвать, сломать ни в чём неповинное украшение.
Невозможная девчонка! А может – ну её. Пусть катится на все четыре стороны. Да кто она такая, чтобы он бегал за ней, искал? Тем более, куда бежать и где искать, Боря пока не знал.
Но как отпустить, если сердце ныло от мысли, что он может больше не увидеть её?
– Всё не то, всё не те. Хочу маленькую вредную девчонку с самыми зелёными на свете глазами.
И сразу вспомнился и её долгий взгляд, и её нервозность, и отчаянно жаркие поцелуи.
«Нет-нет-нет, ты можешь обманывать всех вокруг и даже себя, но я точно знаю: женщина, с которой я сегодня провёл ночь, влюблена в меня абсолютно не меньше, чем я в неё. Я не отступлюсь, даже если ты струсила».
Вспомнилось и то, как вчера Алёна просила сделать вечер незабываемым, и к решимости Бориса добавилась злость.
– Трякина! Я найду тебя и обещаю, этот день ты точно запомнишь навсегда!
Он старался восстановить в памяти все их разговоры, все незначительные детали или намёки, и тут вспомнил стареющего пижона, отвергнутого Алёной. Боря точно видел его раньше, это был какой-то известный то ли актёр, то ли режиссёр.
Быков метнулся к компьютеру и начал искать среди театральной богемы знакомое лицо. Васильев был один из первых в списке самых значимых режиссёров страны, а когда Боря узнал его имя, то с удивлением обнаружил, что тот давно женат, правда, тут же были слухи о скором разводе. Имя Алёны Трякиной нигде не упоминалась, но на одной из фотографий с премьеры спектакля Боря увидел такие знакомые и чужие глаза. Девушка на фото показалась совсем другой, но совершенно точно это была его любимая. Одна из ведущих актрис известного столичного театра. Под фото стояло имя – Айлин Берг.
Как обухом по голове. Ничего себе маска.
– Айлин, – произнёс Боря, будто пробуя имя на вкус, – красиво.
Быков напряжённо шерстил интернет в поисках любой информации об Айлин. В сети нашлась краткая биография и то, что её отец музыкант, а мама академик, Трякина кстати. Ещё было огромное количество фотографий и видео со спектаклей. Боря потерялся во времени, просматривая всё, что имелось о ней в интернете, невозможно было оторваться.
На следующее утро кораблю вновь предстал уверенный в себе Борис Ярославович. Вчерашняя нервозность и растерянность исчезла, но члены команды, уже давно знакомые с Быковым, замечали изменения в его поведении. Он уже не сиял белоснежной улыбкой на весь лайнер, больше молчал. Борис продолжал профессионально выполнять свои обязанности, при этом хмурился и сосредоточенно о чём-то размышлял.
Капитан предполагал, что Быков прибежит к нему отпрашиваться на берег – искать пропавшую актрису, и даже решил, что отпустит его до окончания сезона вопреки договорённости с его отцом. Зорин не видел большого смысла держать Борю на корабле, тот доказал, что первое впечатление было если не ошибочным, то не полным. Сейчас, узнав лучше, капитан признал его достойным уважения. Но Боря не обращался к нему с подобными просьбами. Вообще больше не заговаривал об Алёне, не выспрашивал о ней информацию. Зорин не лез к нему в душу.
Единственное, о чём просил его Боря, это несколько однодневных отгулов, во время которых куда-то отлучался с корабля.
Больше никаких заметных изменений с Борисом не произошло, он даже продолжал навещать детский клуб к огромному восторгу ребятни. Разве что ещё сдружился с Валентином Эдуардовичем и всё свободное время пропадал за разговорами с пожилым режиссёром.
Читать полностью роман "Актриса для Мажора" можно перейдя по этой ссылке.