После пожара старая больная женщина оказалась на улице. Соседи сжалились над ней и приютили в тесной комнатушке. Ни семьи, ни детей, ни имущества у неё не было. Но не это угнетало несчастную старушку. Веру Засулич мучило то, что с крахом Временного правительства и разгоном Учредительного собрания её мечта о народной свободе окончательно и бесповоротно рассыпалась в пыль.
Каково это — осознать перед смертью, что жизнь прожита напрасно?
Этот вопрос не давал ей покоя, отравляя последние дни. Когда-то имя Веры Засулич знала вся Россия. Её считали героиней, символом борьбы с тиранией, но теперь всё это казалось лишь далёким призраком прошлого. Время, когда она, молодая и полная решимости, бросила вызов самодержавию своим выстрелом в петербургского градоначальника Трепова, ушло в историю.
Она помнила тот день в мельчайших подробностях. Январь 1878 года. Засулич явилась к Трепову, спрятав в кармане револьвер, чтобы отомстить за униженного им политзаключённого Боголюбова, которого Трепов велел высечь за то, что тот не снял перед сановником тюремную шапочку. Этим актом мести Засулич хотела привлечь внимание к несправедливости, творящейся в тюрьмах. Её арестовали, но суд присяжных оправдал. Это стало сенсацией. Засулич превратилась в живой символ того, что борьба против произвола властей может быть праведной.
После суда она бежала за границу. Там, в Швейцарии, она присоединилась к Георгию Плеханову и другим будущим идеологам российского марксизма. Вера Засулич стала убеждённой социалисткой, свято уверовав, что рано или поздно тирании придёт конец, и настанет время свободы и справедливости. В Лондоне она познакомилась с Фридрихом Энгельсом и была вхожа в его дом без приглашения. Их встречи были наполнены горячими спорами о путях развития революционного движения в России. Энгельс видел в ней не только преданную революционерку, но и талантливого публициста, помогал с переводами работ Маркса на русский язык.
Но годы шли, и её надежды всё чаще разбивались о суровую реальность. Революционные кружки раскалывались, споры о методах борьбы становились всё ожесточённее. Засулич тяготилась насилием, которое всё больше пропитывало революционное движение. Террор, который когда-то казался ей оправданным оружием против самодержавия, теперь внушал отвращение. Она отдалилась от радикалов, предпочитая сосредоточиться на теоретической работе. Вместе с Плехановым занималась переводами, писала статьи, пытаясь подготовить почву для будущих перемен.
Когда в 1917 году в России победила Февральская революция, Засулич вновь ощутила прилив надежды. Временное правительство, Учредительное собрание — казалось, что народ наконец-то получает шанс на свободу. Но этот шанс был упущен. Октябрьская революция перечеркнул всё, о чём Вера Засулич мечтала и за что боролась всю свою жизнь. Приход к власти большевиков Засулич считала контрреволюционным переворотом, прервавшим нормальное политическое развитие России, и расценивала систему советской власти зеркальным отражением самодержавия. Она утверждала, что новое властвующее меньшинство просто «подмяло вымирающее от голода и вырождающееся с заткнутым ртом большинство».
«Тяжело жить, не стоит жить», — жаловалась она давнему другу и соратнику Л. Г. Дейчу. До последнего часа писала воспоминания, которые были опубликованы посмертно.
Старуха лежала на постели, слабая, измученная болезнями и бедностью. Она почти ничего не видела, но в её сознании ярко всплывали образы прошлого: молодая, полная решимости, она идёт по заснеженной улице Петербурга с револьвером в кармане. Неужели тот выстрел был главным делом её жизни?
В 1880 году Оскар Уайльд написал мелодраматическую пьесу «Вера, или Нигилистка». Премьера пьесы прошла в Лондоне, затем в Нью-Йорке, но успеха не имела. В ней рассказывалось о террористке-красавице, давшей обет мстить тиранам и кровопийцам, но неожиданно для себя влюбившейся в наследника российского престола царевича Алексея, тайно сотрудничающего с революционерами. Однако героиня проклинает себя за любовь к «тирану» и считает себя изменницей делу революции. Не вынеся подобных страданий, героиня закалывает себя отравленным кинжалом, при этом на вопрос влюблённого в неё царевича: «Вера! Что вы наделали?» отвечает ему: «Я спасла Россию…».
Отмечу, что в пьесе есть любопытный диалог:
Алексей: Военное положение? Это невозможно!
Михаил Строганов: Дурак, в России нет ничего невозможного, кроме реформ.
Образ революционерки хранит кинематограф. Интересно, что в фильме 1961 года «В начале века» её играет красавица Софья Пилявская, а в сериале «Раскол» 1993 года талантливая замечательная, но некрасивая актриса Елизавета Никищихина.
Имя Веры Засулич сохраняется и в названиях улиц. Например, в Самаре есть такая улица, находится она по соседству с улицами Пестеля, Рылеева, Герцена, Халтурина и Энгельса.
Сегодня имя Веры Засулич почти забыто. Но её судьба заставляет задуматься о цене революционных преобразований и о том, как часто благие намерения оборачиваются совсем не теми результатами, о которых мечтали их инициаторы.
В день, когда дворянка Вера Засулич стреляла в градоначальника Трепова, в Болгарии хоронили сестру милосердия баронессу Юлию Вревскую. О Юлии Вревской читайте:
Благодарю за прочтение. Ставьте лайк и подписывайтесь! До новых встреч.