Началоhttps://dzen.ru/a/Zx_RRXJCLSvD8s72
Старинная ведьмовская книга, на которую возлагалось столько надежд, была массивным, тяжелым фолиантом в кожаном переплете, с устрашающим изображением черепа в центре. Как говорила Видана, книгу эту невозможно было уничтожить, в огне она не горела, в воде не тонула. Положила Зореслава свой неоценимый источник магических знаний на столик и нервно листала пожелтевшие страницы, ища необходимое заклинание. А потом долго и скучно сама себе его повторяла, чтобы запомнить.
В комнате своей уже заранее создала соответствующую атмосферу. Двенадцать зажженных свечей в бронзовых подсвечниках стояли на полу по кругу. В середине круга сидел мрачный Владислав в дубовом темном кресле, и тяжелым взглядом следил за каждым движением Зореславы.
Он думал о том, где заканчивается та грань, которая разделяет ясный ум, четкое и правильное видение и безудержное звериное желание, необузданную похоть. Разрывался князь из-за такого противоречия. Не знал, прекратится ли эта немилосердная мука. Ведь единственное, к чему стремился в ту минуту, схватить хрупкую женщину, бросить на кровать, сорвать платье и брать свое до изнеможения, пока будет ощущать мужскую силу.
Зореслава к шкатулке подошла, в ней покопалась, какие-то предметы доставала и раскладывала перед собой. Заметила, что немного поцарапана шкатулка, особенно возле замочной скважины.
- Это я пытался шкатулку открыть, узнать, что же такое таинственное ты там спрятала, - почему-то решил объяснить Владислав.
- Она отпирается только моим ключом. Это магическая шкатулка, заговоренная, - ответила она, доставая небольшой темный мешочек.
- Зореслава, - угрожающе произнес главный участник действа, которое вот - вот должно было начаться, - там за дверью караулит Даниил с охранниками. Если со мной что-то случится, твоему жениху не выйти живым из моей крепости. Так и знай. Я подстраховался.
- Владислав, послушай. Я очень хочу тебе помочь и помогу. Просто будь стойким, приложи все свои усилия, все терпение и выдержку. Потому что этот ритуал долгий. Я должна прочитать заклинание двенадцать раз, и применить свои магические артефакты. Доверяй мне, - уверенно сказала, хоть сама и сомневалась в конечном результате.
Высыпала из темного мешочка в небольшой глиняный сосуд заговоренную соль и принялась рукой над ней водить. Сложность заключалась в том, что соль эту надо было нагреть магическим огнем, а Зореслава не научилась со стихией огня взаимодействовать. Да, она не боялась огня, могла легко провести рукой через пламя. но как наполнить его магией.
Едва слышно шептала на неизвестном Владиславу языке какие-то таинственные слова. Сосредоточилась вся, сконцентрировалась. И вдруг потрясенно воскликнула: "Удалось!". Начала соль нагреваться от тепла ее ладони и чернела на глазах. Перешагнула через горящие свечи и подошла к хмурому Владиславу, принялась сыпать понемногу соль ему на голову, снова и снова тягучим голосом повторяя свое заклинание.
Вдруг схватил ее руку Владислав, начал целовать соленые пальцы, пахнувшие горелым. Нежно, дрожа каждого пальца касался горячим языком.
- Борись с собой, Владислав, - шептала напуганная Зореслава, - это неестественное притяжение, оно навеяно магией. Ты силен, ты сможешь побороть это желание. Ну, пожалуйста, - уже совсем жалобно добавила.
Хоть и тяжело ему было, но отпустил ее руки, взглянул израненным зверем ей в глаза и проговорил:
- Если бы ты знала, как это тяжко, Зореслава, - проговорил тихо, от запаха ее, от прикосновений едва ум не теряя.
Он вглядывался в ее глаза, пока со страхом не заметил, что серые глаза покрываются темнотой и уже совершенно черные, неестественно расширенные, зрачки смотрят на него. Владислав, словно в тумане, наблюдал за ее действиями. Как брала какой-то амулет, водила над ним, как трижды подходила и посыпала почерневшей солью на голову его. И проговаривала что-то своим монотонным, мелодичным, мистическим голосом. Пока не почувствовал, как из носа течет кровь.
- Что это, Зореслава? - воскликнул, пальцами кровь размазывая по лицу.
- Из тебя сейчас магическое воздействие исходит. Потерпи минутку, я не знаю как оно должно быть. Я впервые такой ритуал провожу.
И хотел возмутиться Владислав, но почувствовал как все тело пробирает дрожь. А через мгновение его и вовсе колотить начало так, что едва усидел в князь кресле. А потом вообще все расплылось перед его глазами и грохнулся Владислав на пол, сознание теряя.
А Зореслава, хоть и перепугалась, однако ритуал полностью довела до конца. Провела по всему телу магическим амулетом, потушила все двенадцать свечей, дочитала последний раз свои заговоры, распахнула окно и сдула чародейскую соль с ладоней. Посмотрела на холодное солнце, катившееся за горизонт. Да окликнула громко стражей.
Начальник стражи Даниил сразу и гневно зыркнул на Зореславу.
- Что это, княгиня? Что с ним? - грозно спросил.
- Он скоро придет в себя, это все от перегрузки, - неуверенно пояснила Зореслава.
- Ну, как очнется наш князь, тогда и выпустим тебя. А пока будешь заключенной в своей комнате, - сказал Даниил, вместе еще с одним охранником тело Владислава на кровать укладывая.
А когда часовые вышли, то подошла Зореслава к кровати, присела возле Владислава и платочком своим начала вытирать кровь с лица.
- Ритуал ты провела правильно. Не волнуйся, он скоро проснется, - проговорил совсем рядом Дормидонт.
- Расскажи Глебу и Драгомиру, как все прошло. Как они, кстати?
- Неплохо устроились. Ждана комфортные условия в том погребе обеспечила. Теплых вещей принесла, еды. Про тебя все время говорят. Волнуются.
- Передай им, что все будет хорошо, успокаивай их. Я думаю, он сегодня князь должен очнуться.
Но ошиблась Зореслава, потому что ее подопечный не очнулся ни в тот день, ни на следующий.
Зловеще затянуло небо над Подгорьем серыми слоистыми облаками. С самого утра моросил надоедливый мартовский дождь. И настроение у всех жителей Подгорной крепости было соответствующее. Ведь никто не знал, что делать и как поступить. Ибо князь Подгорский Владислав еще не очнулся после проведенного ритуала, а Даниил имел приказ уродливого чужака Глеба убить, а княжича Драгомира заключить в темницу, если с ним, Владиславом, что-то случится. А вот в отношении Зореславы никаких указаний почему-то не давалось. Но вопрос был в том, что же на самом деле случилось. Потому что целитель часто к князю наведывался, четыре-пять раз в день, деревянной своей трубкой слушал. И все Даниилу докладывал, что Владислав жив, сердцебиение есть, дыхание ровное, а почему не просыпается, того целитель понять не может. Или сон такой, или ослабленный, а, возможно, уже и на пути к смерти.
Зореслава была слишком измотанной, поэтому начальнику стражи тоже особо ничего не объясняла. Караулила над телом вот уже две ночи.
Поэтому, когда с грохотом распахнулась дверь и зашел в сопровождении своих подчиненных Даниил, бледная Зореслава ни на что хорошее не надеялась, мгновенно начала просчитывать пути к бегству и спасению заключенных мужчин.
Но ошарашил ее обнаглевший Даниил:
- Княгиня, - проговорил злобно, - не знаю уж, что ты натворила. Князь наш не просыпается. Поэтому решили мы единодушно, что за такое тяжкое преступление должна быть наказана. Ребята мои уже готовят помост. Ибо лучшим наказанием для ведьмы будет сожжение в огне. Как только прекратится это морось, так и встретишь свою смерть.
Солгал Даниил Зореславе, потому что не было единодушия среди них. Напротив, большинство Подгорцев выступали за то, чтобы княгиню их освободить и передать управление крепостью и княжеством именно ей. Однако на стороне Даниила и воинов была сила, оружие и безграничная любовь к своему князю. Поэтому стояли все хмурые, смотрели с осуждением на бедняжку княгиню. Еще и в коридоре, наверное, с десяток их караулило, не меньше.
- Болваны, - послышался слабый голос, - она же ведьма. Как-то бы выкрутилась. Наколдовала бы на вас какую-нибудь стихию, было бы бедствие на все княжество.
- Владислав, - бросился к князю своему Даниил, - Сокол наш ясный, мы же все за тебя волновались.
- Все хорошо, кружится немного в голове, - сказал Владислав, садясь, - и голоден, словно зверь. Пусть там скорее еду подадут в трапезную залу. Да идите уже прочь, набились, как пчелы в улей, - немного раздражался, однако, усмехнулся, в настроении был.
А когда они остались наедине, поднялся с кровати Владислав, подошел медленно к Зореславе. Куда и головокружение делось. Взял ее за подбородок и прошептал:
- Ну что, Зореслава, теперь наконец будешь моей? - еще и второй рукой прижал к себе крепко, спину и плечо поглаживая.
Испугалась Зореслава, затрепетала, словно пойманная птичка, забегали глаза. А через мгновение отпустил ее Владислав и громко рассмеялся.
- Что, поймалась на крючок? - отошел, хохоча. - Не только ты, Зореслава, шутить умеешь. Я хотел немного растянуть свою остроумную шутку, но уж так тому и быть, не буду посягать на твою честь.
- Так ты делал вид, что без сознания? - возмутилась Зореслава.
- Нет, проснулся я только что, когда услышал этот шум. Орали, как бешеные. Это получается, что я тебя от сожжения в костре спас. Ты - моя должница, - но увидев, как хмурит лоб Зореслава, снова рассмеялся, - Да не волнуйся! Будем считать, что мы квиты. Ох, как же хорошо иметь ясную голову, Зореслава, без этих навязчивых мыслей о твоем теле. На самом деле я уже ничего к тебе не чувствую. Ох, и страшная ты женщина, можешь до бешенства своими чарами довести. Ну, пойдем трапезничать, иначе тебя сейчас съем, - и вовсе бесцеремонно схватил ее руку и прикусил ладонь.
Поняла Зореслава, что шутки шутками, но придется какое-то время им вместе находиться. Волновалась прежде всего за Глеба, потому что и ревность могла прорасти на этой плодородной почве. Действительно ли этот рыжий красавец ничего к ней не чувствует? Вот и на трапезу, понятно, что и Устину позвали, и Драгомира с Глебом наконец отпустили. Сидели все за широким дубовым столом. Как будто и шутили, а немного напряженная атмосфера была. Потому что чувствовалась в воздухе какая-то недосказанность. Первым разговор о серьезном начал Драгомир:
- Брат, я хочу тебе сообщить, я кое-что решил. Планирую поехать к князю Мстиславу, хочу просить брака с Яромилой. Ты ведь не передумал? Не будешь возражать, если я на ней женюсь?
- Нет, слово князя твердое, как камень, - пафосно произнес Владислав, бокал с вином беря. - А ты как планируешь: возвращаться в Подгорье с молодой женщиной своей или нет?
- Не могу я находиться в Подгорье, - запнулся Драгомир, аж ложку уронил в рыбную похлебку, - тяжко мне тут после смерти отца. Я останусь у Мстислава, если он позволит.
- Ну что ж, - сосредоточенно смотрел на свой бокал Владислав, - нам осталось решить вопрос еще с одной наследницей. Да, Зореслава? - и посмотрел прицельным взглядом на нее. - Ты как, княгиня, собираешься дальше жить? Где и с кем?
- Владислав, я хотела бы вернуться обратно в Залесье, хоть я и Подгорская княгиня, но стремлюсь жить с отцом, - не могла же Зореслава рассказать об Видане и уже определенной судьбе темной ведьмы.
- Ну, это и к лучшему, - удовлетворенно произнес Владислав, - потому что иначе нам бы было трудно всем ужиться, - и взглянул красноречиво на Глеба.
- Я имею еще одну просьбу к тебе, Владислав, - посмотрела пристально на него княгиня, какая-то даже мольба в глазах промелькнула, - позаботься, пожалуйста, об Устине. Не отдавай ее за Мстислава. Мирогнев погиб, договоренность эта уже потеряла силу.
И сама Устина так просительно и испуганно на брата смотрела, потому что знала его хорошо. А ведь изменилось что-то внутри у надменного Владислава после всех этих потрясений. Спесь и самовлюбленность если и не исчезли вовсе, то уступили место человечности и братской любви. Взглянул на сестру, улыбаясь, и на радость всем проговорил:
- Я и сам не в восторге был от этой идеи. Устина - моя кровь, даже похожа на меня больше, чем на Драгомира. Я не желаю ей зла, так что можешь не волноваться, Зореслава. Я не отдам ее в плохие руки. Да и великовата честь для Мстислава, - и взглянул так дружелюбно на сестру, что сердце Зореславы почти успокоилась. Однако что-то неприятное там все же царапало. Наверное, и сама княгиня прикипела к Подгорью. потому что даже немного с сожалением произнесла:
- Что ж, нам завтра в путь отправляться. Я благодарна тебе за все хорошее, Владислав, а плохое не будем вспоминать, - и поднялась с мыслью покинуть славное общество.
Ведь было у Зореславы еще одно незавершенное, чрезвычайно важное дело на ночь. Ибо намеревалась княгиня вызвать душу умершего своего мужа.
Читать дальшеhttps://dzen.ru/a/ZyHt-bUDcQmEzeI5
С любовью и уважением к моим читателям. Жду ваши комментарии, и благодарю за корректность по отношению ко мне и друг к другу. Если вы нашли ошибку или описку, напишите, я исправлю.