—Собирайся, —строго сказал жене.
—Сём, ну что за прихоти?
—Вставай, я сказал, — нахмурил он брови.
глава 67
Закусив губу, она буравила презрительным взглядом Лену и думала о том, что в этой семье никогда не будет благополучия.
—Нагуляла, — вдруг зашептала Клава, переведя взгляд на внука, — а теперь на Егора повесила.
—Зачем вы так говорите? —вступилась за Лену Марта. —Как вам не стыдно?
—А ты бы вообще помолчала, —Клава метнула в нее стрелы ненависти. —Если бы не мой Сёма, жила б ты с голой пятой точкой. Ишь, какая сердобольная выискалась. Знаю я вас таких. На стороне ребенка приживут и замуж им скорее подавай. А этой вообще сорок скоро. Так у нее горит в одном месте. Конечно, престарелая, никому ненужная, а молодого мужика иметь под боком хочется.
Марте стало противно слушать ворчливую бабку, и она отвернулась от нее. Угораздило же сойтись с этой нудной старухой, теперь терпи, пока ее кондратий не хватит.
После того, как гости утихомирились, друг Егора, Сергей, который взял на себя роль тамады, вызвал несколько молодых пар для проведения конкурса. Молодежь встала в полукруг, и Клавдия чуть не потеряла дар речи, увидев, в каких соревнованиях они участвуют.
—Срам-то какой, —прикрыла ладонью рот женщина. —Ни стыда ни совести.
Парни и девушки разбились по парам, встали лицом друг к другу, и ведущий разместил между парами воздушный шар. Нужно было докатить шар своим телом до лица без помощи рук, выкручиваясь, как уж на сковородке. На танцплощадке стоял дикий хохот. Девушки извивались, проталкивая шарик сначала животами, а потом и грудью наверх, парни повторяли их движения и со стороны это выглядело немного по́шло и комично. Не выдержав отвратительного зрелища, Клавдия рыкнула Семену:
—Поехали домой. Я не желаю глядеть на этот позор.
—Бабуль, ты чего? —удивился Сёма. —Это же конкурс. Игра, понимаешь?
—Игра? Что за игра такая? Того и гляди, разденутся и начнется… —не нашлась, что поприличнее сказать Клава, и ее глаза забегали, а щеки покраснели.
Сёма понял ее и встал.
—Собирайся, —строго сказал жене.
—Сём, ну что за прихоти?
—Вставай, я сказал, — нахмурил он брови.
За их движениями и обозленными лицами наблюдала мама Лены. Она видела, что эти люди чем-то недовольны. Окликнув Егора, Юлия Потаповна спросила у него:
—Почему твой брат уходит? Они ведь даже не попрощались.
Егор, сдвинув брови к переносице, успел заметить выдвигающиеся на улицу фигуры.
—Я сейчас, —сказал он жене и быстрым шагом поспешил перехватить брата. —Постой!!
Сёма уже открыл дверцу такси, собираясь сесть и уехать, как услышал знакомый голос.
—Зачем же так, не попрощавшись? —подлетел к машине ошарашенный Егор.
—Ехать надо, ты извини, —Сёме стало неловко, — бабушка устала.
—Мог бы мне сказать, чтоб мы проводили…
—Не надо, Егор, иди. У тебя сегодня свадьба.
Егор наклонился и уставился в закрытое окно, всматриваясь в хмурое лицо бабушки.
—Пока, бабуль! —крикнул он и помахал рукой.
Женщина лишь приподняла уголки губ, а потом отвернулась.
—Марта, пока!
—Пока, —еле слышно ответила невестка и махнула ему.
Такси тронулось, и Егор ощутил такую тоску, что ему захотелось бежать за братом и просить его не уезжать. Егор будто откатился на много лет назад, почувствовав себя ребенком. В то время Сёма часто заступался за младшего братишку, мать и за себя. Он, такой маленький и беззащитный, отстаивал свои права, доказывая пьяному отцу, что нельзя обижать ни маму, ни брата. Ох и доставалось же Семену! Но мальчик, как истинный воин, не давал волю слезам. Он все переживал в себе.
—Прощай, братишка, —слезы накатились на глаза. Егор смахнул их и, повернувшись всем телом, увидел в дверях ресторана свою любимую.
***
Такси приближалось к дому, в котором живут Семен с женой и Клавдия Степановна. Последняя, завидев знакомую улочку, неожиданно похлопала водителя по плечу и сказала приказным тоном:
—Разворачивайся!
—Не понял, — притормозил мужчина и обернулся. Потом взглянул на рядом сидящего Семена.
Тот тоже был в ступоре от бабушкиного выпада.
—Обратно, в ресторан? —спросил у бабули Сёма.
—Нет, в деревню. Хочу посмотреть в глаза той, которая такое безобразие допускает. Что смотришь? Дави свою педальку и гони в Демидово! Сейчас мы посмотрим, в курсе ли мой сын и его приблудная жёнка, в какую кабалу Егор себя загнал…
Такси выехало на главную дорогу, обгоняя еле плетущиеся машины, а бабка всё не умолкала, поливая грязью то невестку Аньку, то потерявшего свою значимость сына, который не смог отстегнуться от малолетней дурынды и скатился в самую глубокую яму порока. Клавдия вспомнила всё, что касается Федора и Аньки, которая, по ее словам, выползла из бедной семьи. Даже про приданое не забыла.
—Притащили ворох тряпья, которое только в растопку и годиться! Платок мышами поеденный, подушка и та саками провоняла. Господи, как вспомню, аж в дрожь бросает!
Водитель, слушая старческий вздор, краснел и сильнее давил на газ.
—Куды летишь, бестолковый? Жить надоело? А я еще поживу. Хочу поглядеть, как Анька с нагулянным внуком нянчится будет! Ох погляжу и порадуюсь, как ее судьбинушка потряхивает. А всё из-за чего? Да потому что нечего было в свое время юбкой махать, да перед взрослыми парнями задом крутить!
—Бабуль! —стало стыдно за бабушку, и Семен попытался ее успокоить. —Не надо, мы здесь не одни.
—Да хоть с десяток! Пусть все знают, какие девки на свете живут, да совести не имеют!
Водитель с нетерпением ждал, когда на горизонте появится указатель «Демидово». Мужчине не терпелось избавиться от крикливой пассажирки, которая то и делала, что всем рты затыкала. Наконец, через пару часов, семья прибыла к дому Кучкиных.
—Ну вот и всё, —облегченно сказал водитель и назвал цену поездки.
—А не жирно ли тебе будет, милок? —всполошилась Клава. —Совсем обнаглели такие деньги драть с честных людей!
—Бабуль, —начал Семен, открывая барсетку, —это ж не автобус, а такси.
—Такси, — заворчала Клавдия, выбираясь из салона, — что это за такси, когда никакого удовольствия? В автобусе и ноги выше головы задерешь, а здесь ни вздремнуть, ни выдохнуть.
Она вышла и огляделась. Вот они, родные края!! Воздух-то какой! А запа-а-ах! Солнышко светит ярко, сенцом потягивает, мухи жужжат, птички поют… и во дворе копошится Анька.
—Ну здравствуй, икай твоя душонка! —громко поприветствовала невестку Клава. —Как живется? Не всех еще мужиков по области перебрала?