На следующее утро новость о ночном убийстве мгновенно облетела город. Неудивительно, что оказались напуганы почти все горожане от мала до велика.Нападения монстра ожидали теперь не только за городскими пределами или на глухих окраинах, но и в окрестных деревнях. Понурый полицмейстер, решив, что своими силами ему не справиться, отправил за помощью помощника в воинскую часть. Градоначальник по всему уезду приказал создать отряды из вооруженных мужчин и патрулировать территорию. Полуденным поездом в Валуйки прибыли четверо корреспондентов от ведущих газет, чтобы опередить своих коллег и описать новое убийство в самых жутких красках. Они собирали вокруг себя людей, расспрашивали местных и выдвигали версии одну страшнее другой, нагнетая и без их подначивания напряженную обстановку.
В атмосфере неразберихи и почти начавшейся паники Николай, наконец, отыскал своего друга. Тот был возле старого рынка, где он с городовым опрашивал свидетеля. Судебный врач позвал Михаила в сторонку.
— У тебя тёмные круги под глазами. Ты спал? — разволновался урядник из-за вида старого приятеля.
— Прикорнул малость. Какой сон, когда меня вчера дважды пытались убить! Однако есть догадки, которые всё могут объяснить, а тебе они помогут получить должность станового пристава, если не выше, — с серьёзным видом заявил Иноземцев.
— Давай не здесь, друг. Много кто может услышать, — загорелся узнать факты Михаил.
— Согласен. Можешь отлучиться, со мной в Макеевку съездить? Мне нужно женщину опросить, про которую настоятель рассказывал.
— Разумеется, поедем! Эй, Тимоха, дай-ка врачу свою лошадь! — урядник подозвал заскучавшего помощника и отдал указания. Михаил выглядел заметно взволнованным и возбужденным. Ещё бы, вот он, шанс повышения, которого он так долго ждал! Жена-то как обрадуется!
До Макеевки было полчаса пути неспешного конного ходу. Заметив, что Михаил нетерпеливо поглядывает на него, Иноземцев решил прямо сейчас поделиться версией с другом. Кому ещё в этом городе ему было доверять? Каждый из городских шишек преследовал свои шкурные интересы.
— Без твоей помощи мне не обойтись, Миша! Ты уже знаешь, что вчера в меня стреляли в парке, а потом прикончили человека, которому я дал свой плащ. Приняли за меня в потёмках.
— Хм, но ведь покойному купцу зверь разорвал горло, а в тебя стреляли из револьвера. Оборотни и прочая нечисть не могут пользоваться никаким оружием, кроме когтей и зубов, — высказался урядник. — Эх, нужно было городового к тебе приставить!
— Про это я тоже подумал, мой друг. Не может же человек действовать как зверь и наоборот. Или совершать убийства сообща. Версия с мистикой безусловно заслуживает внимания, однако у меня есть более реальные выводы.
— Какие? Зачем, кстати, едем в Макеевку? Эта баба после нападения зверя не стала помешанной. Мне докладывали, что она живёт одна, не общается ни с кем, селяне её стороной обходят, — урядник перестегнул сползшую седельную сумку.
— А дело в том, Миша, что изучая раны под микроскопом, я обнаружил металлическую пыль. Подобная пыль появляется при заточке холодного оружия, только никак не определю его тип. Не существует никакого зверя, это маскировка! Я думаю, что есть человек незаурядного ума с парой-другой пособников, который убивает и создает панику, путая следствие. И, в любом случае, убийца тот, кто похитил министерскую переписку из почтового вагона.
— Аааа, вот почему с вагоном так суетится господин полицмейстер! — вытаращил глаза урядник. — Пропали вещи поценнее денег. Да и опись я видел, там нет никакой переписки. Подозреваешь его?
— Не только его. У меня многие под подозрением. Но только ему было легче всех организовать подобное. Конечно, могли и Тараканин с Антоновым, для них деньги ценнее людских жизней. Однако Антонов мёртв, Тараканин был слишком пьян для убийства. Выход из трактира в моём плаще обошёлся ему очень дорого. Некто понял, что я в любом случае распутаю этот клубок и уже близок к истине. Я стал для него опасен, он хорошо обо мне осведомлён.
После этого словесного излияния урядник ехал молча несколько минут, обдумывая всё рассказанное судебным врачом.
Макеевка была деревней из пары десятков глиняных изб, вытянувшихся в одну линию. Взрослые мужчины из поселения всё еще не вернулись со вчерашней городской ярмарки, которая длилась обычно целую неделю. Гомонящая ребятня неугомонно носилась, сшибая пыль с омертвевшего высохшего репейника. Из огороженного загона то и дело доносилось громогласное мычание коров.
Изба Таньки-молодухи стояла на краю деревни. От попавшегося им навстречу старичка узнали, что она действительно живет одна и ни с кем не общается. Люди побаивались женщину и рассказанного ею, после того что с ней произошло. Неясно ведь, почему оборотень не тронул её, вдруг она с нечистой силой знается. А ещё в деревне ночью побывал незнакомый всадник, но никто и носа не высунул из избы. Только в окошке в свете луны одна бабка силуэт видела.
Спрыгнув с коней, друзья требовательно принялись стучать в двери. Никто не отвечал. Ломиться в избу не стали, решили немного подождать. Усевшись на бревне, неподалеку от запертых сеней, Михаил достал из кармана плоскую фляжку и предложил Николаю. Иноземцев сделал глоток напитка, оказавшегося коньяком, и вернул фляжку владельцу.
— Я никак не пойму, Коля! На чёрта мы явились сюда, если нет никакого зверя? — с напором задал вопрос урядник. — Нам же убийцу надо ловить!
— Вот мы его и ловим. Итак, кто распространил слухи о грехах, за которые ответ держать придется, и наказании в виде зверя? Кто об этом постоянно твердит?
— Хочешь сказать, отец Роман?! — от неожиданности урядник чуть не поперхнулся коньяком.
— Этой женщине, к которой мы приехали, без сомнения заплатили за то, что она рассказала. Или просто запугали, что не меняет сути дела. Мы с тобой сейчас её допросим.
— С чего ей сознаваться? – засомневался Михаил. — Хотя можно с пристрастием допросить. Вот же голова у тебя светлая. Была бы у меня такая, давно бы сам полицмейстером был.
— Ты тоже умный парень, Миша, лучше всех предметы сдавал в корпусе, неужели не помнишь?
— Помню, конечно. Время не терпит, дверь вышибать надо, а то засидимся тут!
Оба собеседника поднялись и, повторно постучав в двери и окна, убедились, что никто не собирается открывать. Приятели навалились на хлипкую входную дверь и та, скрипнув, поддалась. Незваные гости замерли в сенях, увидев оттуда девушку, висящую в петле посреди избы. Верёвка была закреплена на металлическом крюке, вбитом в потолок. Бегло осмотрев бездыханное тело, Николай определил, что хозяйка избы мертва уже несколько часов. То есть с ночи. Выходит, тот, кто хотел убить его самого, решил этой же ночью замести возможные следы. Врач, осознав, что его опередили, бессильно опустился на табурет. Многозначительно глянул на урядника и ничего не сказал. Словно ожидал чего-то ещё.
— Всё-таки, отец Роман? Или начальник полиции? Я уже ничего не понимаю, — Михаил растерянно развёл руками, его голос стал нервным. Он удивленно всмотрелся в окно, глядя сквозь мутные стекла на вооруженных всадников в форменных доломанах, приближающихся вереницей к дому новой жертвы.
— Не думаю. Конечно, мелкие грешки за ними водятся, из городской казны, несомненно, воруют, но до убийства они не дошли.
— Ничего не понимаю, — повторил Михаил и снова прильнул к стеклу. — Это за кем?
— За тобой, мой друг. Прости. Смерти невинных людей я не могу простить даже тебе. Остальных твоих подельников-помощников, которые ехали позади нас, вероятно, уже арестовали городовые и гусары. Скажи мне, пожалуйста, что убивал не ты, а отдавал приказы сообщникам. Скажи мне главную деталь: кто из Петербурга руководил твоими действиями? Кто рассказал тебе о переписке? Кому ты должен был передать бумаги? Люди полицмейстера сейчас обыскивают твой дом!
Урядник вначале выглядел ошарашенно, потом холодно усмехнулся и попятился от Николая к противоположной стене, достав револьвер. Уверенной рукой он направил оружие на судебного врача. Но тот никак не реагировал. Лицо Иноземцева отражало только грусть, он и не собирался тянуться к собственному револьверу.
— Ты ошибаешься, Коля! Это не я! Меня кто-то подставил! — завизжал Михаил, продолжая целиться в друга. — Нам надо бежать! Это всё происки полицмейстера и градоначальника! Они убьют нас и заметут следы. Повесят все трупы на нас.
— А как объяснишь пачку писем под седлом твоего коня, мерзавец?! — В сенях стоял сам полицмейстер с направленным на урядника оружием. В избу ввалились несколько солдат и городовых и также взяли на прицел Михаила.
— Не нужно отпираться, Миша. Сегодня утром верные люди нашли в кустах у дома убитого смотрителя твой потерянный кисет. Голубой с серебристой каймой, вышивка твоей жены … — произнес судебный врач, так и не достав «Наган». Вместо оружия, Иноземцев извлёк из кармана брюк тугой свёрток, принесённый утром к моргу пожилым офицером, и брезгливо швырнул его к ногам урядника.
— Мы взяли братьев Зоревых, твоих подчиненных, возле деревни. Они были, помимо оружия, ещё и с мешком, в котором были ножи, стальные перчатки с когтями и ещё разные штуковины. Ты собирался убить Николая и продолжать дурить нас оборотнем? — грозный голос полицмейстера звучал как высший приговор.
— Ну, так почему не стреляете, упыри? Чистенькие нашлись. Высосали всю кровь из уезда! Жизни мне не давали! Сколько лет в урядниках хожу! — завопил Михаил, переводя оружие с врача на полицмейстера.
— Не стреляют, потому что ты назовешь нам заказчика из Петербурга. Сам узнать про переписку ты не мог, — голос Николая стал бесцветным. — Это единственное, чего мы не знаем — как он тебя нашел и кто он. Сделай хотя бы одно правильное дело, и я замолвлю за тебя слово. Вместо казни, пожизненная каторга.
— Ладно, я сдаюсь! — урядник швырнул на пол револьвер, и солдаты опустили оружие. Как оказалось, это они сделали зря. Преступник выхватил запасной револьвер из-за голенища сапога и успел разрядить весь барабан маленького револьвера, убив одного и ранив другого солдата. Прежде чем Василий Евграфович и Иноземцев успели остановить подчинённых, ответный залп сразил градом пуль урядника наповал. Михаила откинуло к стене, где он и замер бездыханным, так и не успев ничего рассказать про таинственного заказчика. Фляжка, звеня, покатилась по дощатому полу избы.
— Уберите этого монстра, — приказал полицмейстер. — Николай Иванович, дорогой, я не пойму одного…
— Чего именно?
— История с вагоном произошла совсем недавно. Смерть смотрителя, Антонова, жандармов и этой несчастной женщины вполне мне понятны. Но как же остальные убийства? Людей убивали последние пять лет.
— Полагаю, господин полицмейстер, мы столкнулись с расчётливым убийцей и сумасшедшим маньяком в одном лице. Михаил не мог добиться повышения и готовил вариант с бандитом, которого бы он якобы «поймал». Ему бы подбросили мешок с крючьями, серпами и всеми остальными уликами. В итоге раскрыл он бы дело, вы бы повысили его через чин, и путь к карьере открыт. Но на него вышел заказчик с этот проклятой перепиской, несомненно, пообещал крупную сумму, и появились ещё жертвы.
— Вы проделали отличную работу, господин Иноземцев. Сегодня же, согласно предписанию, отправим вас поездом в Воронеж. Пора нам выдвигаться. Нужно оповестить народ, что оборотень больше не опасен.
— Я потерял единственного друга детства, это была моя самая худшая работа, — отрешённо сказал Николай, глядя на тело урядника. — К тому же человека, наведшего его на почтовый вагон, мы вряд ли теперь найдем. Не думаю, что Миша посвящал в отношения с заказчиком своих помощников. Оставьте меня, я хочу побыть один.
Городовые и гусары нашли в деревне старичка с телегой. Того самого, говорливого. Затем погрузили на неё раненого и убитых. Прощаясь с судебным врачом, полицмейстер попросил не задерживаться, чтобы не опоздать на поезд. Коня урядника солдаты тоже увели. Николай присел на лавочку у сеней, держа в руке недопитую им и Михаилом фляжку с гравировкой «М». Вереница солдат и полицейских медленно выдвинулась из деревни, телега с мертвецами и пострадавшим солдатом замыкала небольшой отряд. Раненого нельзя было быстро везти. Он жалобно стонал на каждой кочке.
— Как сказал отец Роман, за любым грехом придёт расплата, — сказал сам себе Николай, просидев минут десять в одиночестве. Он подошёл к лошади, спрятал фляжку в карман и ловко запрыгнул в седло. Его ждало новое дело в Воронеже, о котором ему сообщат только тогда, когда он прибудет в полицейское управление по особо важным делам…
Автор: Дмитрий Чепиков
Или помочь на кофе автору можно сюда:
Карта Tinkoff (T-bank) 2200 7001 5249 7276
Карта Сбербанка 4276 0700 1579 5414