Снег валил белыми хлопьями, словно спешил, хоть на календаре и был конец сентября. Но, едва касаясь земли, черной, промозглой и сырой, превращался в грязное месиво. Зажженные неяркие фонари усиливали неуютность, а тут еще, откуда ни возьмись, подул ветер порывистый и, непонятно какого направления, но казалось, что севернее не бывает.
Ну и, естественно, на полуосвещенной улице то тут, то там раздавалось негромкое недовольное чертыхание.
Девушка, одевшаяся как можно элегантней и моднее, по ее мнению, пыталась в грязево - снежной каше найти сухие или похожие на них места. Дабы надев вполне приличные полусапожки на каблучках, уже сильно об этом пожалела. В клубе в этот вечер крутили кино, а потом, как обещал киномеханик ( а именно он этим и распоряжался), будут танцы. Но не местные парни с их повседневными шуточками, и не клубные танцы заставили выйти Верочку из дома в такую погоду, одевшись явно не по погоде. На борьбу за урожай (или как шутили местные «на борьбу с урожаем») приехали студенты. А это было ни много, ни мало, пятнадцать парней и пять девушек. Уверенные в себе люди, довольно молодые. Только их руководитель был солидного возраста, небольшого роста и лысоват. Все это Верочка узнала сегодня в столовой, где работала в перерывах между сессиями помощником повара.
Приезжие веселой толпой ввалились в столовую, заказывали сразу по несколько порций.
«Так можно жить, платит- то совхоз»,- беззлобно бурчала Нина Наумовна, раздатчица, давая добавку всем желающим. Насытившись, студенты осмотрелись, стали задавать вопросы местным, обедавшим тут же. Один длинновязый, подойдя к стойке, спросил у Веры:
-А какая у вас здесь культурная программа в селе?- Спросил свысока, надменно, словно своим вопросом облагородил всех аборигенов.
Верочка, острая на язык, ответила:
-Для вас, молодой человек, утром - копать, в обед - копать, а вечером - копать. Искать то, что не теряли.
Молодой человек явно не ожидал такого ответа, хотел как то ответить, но дружный хохот товарищей сбил с мысли.
-Костик, может быть, нам уехать, один справишься? Ха-ха-ха!
Костик, делая независимый вид, прошел мимо обедающих людей и вышел на крыльцо.
Итак, Верочка пробиралась по хлюпающей дороге, недовольно думая о том, что, наверное у них в селе никогда не будет хороших дорог, как в городе. А в чем они виноваты? Просто в том, что не хотят никуда уезжать, что любят свое село, утопающее в межсезонье в грязи, зимой в шикарном ослепляющем снегу, а летом в зелени садов. Вспомнив летнюю красоту, быстрый Дон на окраине, девушке стало еще обиднее и больнее за свое Гагарино.
«Да, в таком виде в продвинутую молодежь явно не зачислят»,- у нее был еще один вариант как исправить положение. Недалеко от клуба жила дальняя родственница, а может просто хорошая знакомая семьи. Вере иногда казалось, что половина жителей села, или почти половина ей доводятся родственниками. Бабушка Маша, рассказывая о своей жизни, часто говорила, что село было большое раньше. Семьи были дружные, редко кто куда уезжал, разве что на заработки.
Итак, кое- как, приведя себя в порядок, девушка вошла в клуб. Уже звучала музыка и, уже в который раз «... летящей походкой» зазывала танцевать всех желающих. Раскрепощенные городские парни и девушки жеманно двигались под музыку в центре клуба. Видимо для пущей экзотики, одеты девушки были в черно- серые фуфайки, резиновые сапоги и белые платочки. В тот же вечер к ним прилипло прозвище «доярочки». Им это очень понравилось. Еще бы, будет что вспомнить и рассказать в городе, как «прониклись» в деревенскую экзотику. Деревенская молодежь восприняла это как оскорбление, поэтому ни в этот вечер, ни в последующие местные девушки игнорировали приезжих девиц и одевались во все лучшее, как бы подчеркивая контраст и невоспитанность приезжих…. А местных оставалось все меньше и меньше. В основном, это были старшеклассники местной (пока еще) средней школы. Остальные приезжали в отпуск или на выходные к своим родителям.
Жеманность сокурсниц быстро надоела приезжим парням. Основательность и серьезность местных привлекала больше. И вот уже то тут, то там можно было увидеть парочки, которые старались укрыться подальше от посторонних глаз.
- Здравствуй, теть Валь. Вера еще не ушла?
- Проходи, проходи. Опять на танцульки?- мать Веры оторвалась от теста.- Гуляйте, девочки, да ум не прогуливайте.
- Мам, ну что ты начинаешь? – Девушка, раскрасневшись от слов матери, опасливо посмотрела в соседнюю комнату. Еще не хватало, чтобы в разговор вмешался отец. С парой шуток на данную тему. Но, к счастью, шел футбол, отец сидел, не шевелясь, перед телевизором.
Ольга стояла на пороге комнаты и нетерпеливо перебирала в руках шарфик, знаками показывая подруге, чтобы та поторопилась.
Сегодня был день отъезда студентов. Практически все уехали. Осталось три человека. Которые сумели найти несколько версий, почему им надо остаться еще на одну ночь. Главной и веской была та, что с практики до своих домов им лучше было добираться не со всеми вместе, а совсем с другой стороны, дойдя до станции наутро.
Ольга с Верочкой спешили к квартире практикантки, их ровеснице, учительницы литературы, Татьяне Ивановне.
-Ну, наконец, то, заждались.- Михаил вышел им навстречу, широко раскинув руки. Была у него такая особенность встречать гостей.- А Леха где?
- Ты у нас спрашиваешь? Кажется, он должен быть здесь.
-Ромео более ждать не мог, умчался под проливным дождем к Дездемоне, то есть Вере Анатольевне.
-Леонидовне…- Вера весело засмеялась.
- Как, ведь дядя Толя - твой отец?
- Долгая история. Расскажу потом.- У девушки поднялось настроение, что Леша пошел ее встречать. Одновременно она заволновалась за него. Хотелось, чтобы он побыстрее пришел. Видимо, они разминулись.
- Карлсон улетел, но он обещал вернуться?- Оля грустно улыбнулась.
- Карлсон - да.
-А ты?
- Не продолжай, а то поссоримся.
Веселый общительный Мишка никогда никому ничего не обещал. Он шел по жизни легко, умел отгонять от себя разные мысли типа «А хорошо ли я делаю?», «А не сделал ли я кому-то плохо?». У него был девиз «Не надо ничего усложнять».
Влюбленной в него Ольге он так все и объяснил, отчего той стало еще грустнее.
-Ждать его не будем. Накатим по первой.- Михаил приобнял Ольгу, завтра мы будем далеко. Оля, ты меня будешь помнить?
Вечер был шумным, бестолковым, веселым одновременно. А Алексею и Вере он показался очень коротким. В этот вечер им нравилось все: и промозглая погода. И шумная компания. Только в пять утра стали расходиться. Парами. Деревня начинала просыпаться, и никому не хотелось неприятности для хозяйки уютной квартиры, которой вечер тоже показался коротким.
- Я завтра уезжаю учиться.
- Напиши свой адрес, вот здесь, в записной книге.
Вере стала листать книжку, ища чистую страницу. И вдруг наткнулась на адрес самой гулящей девушки на селе.
- Ты и Лилькин адрес записал? Зачем тебе мой?- У Веры навернулись слезы.
- Я тебе все объясню.
- Ты коллекционируешь адреса?- обида захлестнула Веру. Она уже ничего не слышала, бежала домой.
Алексей быстро догнал ее.
- Она сама взяла книжку и записала свой адрес…
-А вырвать лист жалко?
-Так там и другие адреса. Посмотри.
Как потом Вера жалела о своей вспыльчивости! Но и Алексей не предпринял ничего, чтобы как то забыть ссору.
Какой - то месяц, но, сколько счастья было от их встреч! Нетерпеливое ожидание вечера и гулянье под луной по берегу Дона. И разговоры, и поцелуи… Им казалось, что они знакомы не месяц, год или больше….
Вера Леонидовна сидела в актовом зале на конференции. Приехала она по просьбе - приказу своего начальника. Тот решил, что присутствие представителя его компании необходимо. Объяснить обратное Вера так и не смогла. Решила, что легче съездить, чем беседовать с шефом. Тихо сидела в дальнем ряду, слушала в пол-уха, что говорят на сцене и думала о своем.
Там, на сцене сидел Алексей Маркович, тот самый Лешка, друг молодости, ее первая любовь. Он стал крупным бизнесменом и его визит был связан со стройкой перерабатывающего комбината. Широкий в плечах, в строгом дорогом костюме, он был далек и недоступен. Узнала его только по редкой фамилии, данной ему отцом.
После конференции Вера увидела его в холле. Проходя мимо , Алексей резко повернулся в ее сторону.
- Вера Анатольевна? Вера? Здравствуй, Вера. Ты здесь? Нам надо поговорить. Не спеши исчезать, как тогда.
-Только друзья далекой юности и детства называют меня Анатольевной. Услышав это, я начинаю перебирать в уме тех, с кем я жила или познакомилась в Гагарино. - Вера засмеялась задорным смехом, озорно посмотрев на Алексея.- Я Леонидовна. Просто в селе папу звали Анатолием. По крещению.
-Да, я помню. Мы должны поговорить. Давай сбежим, как тогда,- шепнул он на ухо.
Был теплый осенний вечер. Двое солидных, уже состоявшихся людей на какое то время просто забыли об этом. Воспоминания захлестнули их. А помнишь…. А знаешь…. Веселый смех заставлял некоторых оглядываться на них, недоуменно пожимая плечами.
-Ты знаешь, а я искал тебя. Не мог простить, обиделся, вот дурак.
- А я видела вас, когда проходили мимо моего дома, и знала, что долго стояли около него.
- А почему не вышла?
- Не знаю. - Вера и правда не знала. Молодость, эгоизм, глупость?
Предательски зазвонил телефон, напомнив о возрасте, о статусе.
- Твои координаты, Верочка?
-Нет. Нам не надо встречаться. Нет, Леша. Ты останешься моим воспоминанием, моей несбывшейся мечтой.
Алексей протянул свою визитку. Наклонился к ней.
- Любил, люблю и буду любить, - шепнул он. И быстро ушел.
Выйдя из здания, Вера раскрыла зонтик. Накрапывал мелкий осенний дождь. Женщина пошла по тротуару, любуясь опадающими листьями, мелким дождиком, редкими неяркими лучами заходящего солнца. Сейчас она придет к своим любимым людям: мужу, детям. Она так сильно соскучилась по ним! Хоть и не видела всего один день.
У нее было чудесное настроение. Прекрасный вечер еще не закончен. И ей только что вновь признались в любви.