— Света, я так устал от твоих родственников, — вскрикнул Антон, бросив на жену рассерженный взгляд.
— Недавно застряла у нас в гостях твоя двоюродная сестра на целый месяц, сейчас этот разгильдяй. Он тебе даже не кровный родственник, а ты распахнула перед ним двери. Ещё бы встретила с хлебом и солью. Ладно сестра, но он…
Это уже слишком! — продолжил он , когда жена опустила взгляд.
Антон дома не стал поднимать этот вопрос. Они выясняли отношения в гараже, пока гость распаковывал чемодан в уютной комнатке, которая когда-нибудь должна была превратиться в детскую.
Пока эта комната служила для гостей, которые в основном были родственниками его жены.
— Послушай, Антон. Я понимаю, что ты устал. Ты меня тоже постарайся понять. Родители этого парня, точнее моя тётя, здорово меня выручила, когда я поступала учиться. Кто знает, возможно, без них я не получила бы диплом о высшем образовании и сейчас была бы обычной домохозяйкой, — начала Света оправдывать своё несогласованное с мужем решение.
— Лучше бы была домохозяйкой, точнее, хранительницей домашнего очага, чем пускать в дом всех подряд. Мне бы тогда было поспокойнее.
Когда ты собираешься детей заводить?
Скоро тебе тридцать стукнет, а мне уже сорок. Ты всю жизнь собираешься обслуживать своих родственников? А этот парень тебе вообще никто, — напомнил он ей снова.
— Не сердись, Антон! Он всего лишь неделю у нас побудет. Найдёт работу, а потом и жильё поблизости.
— Может сначала найдёт жилье, а потом работу? Я так понимаю, он же с деньгами приехал? По тому, как он одевается не скажешь, что это не так. Стильная причёска, брендовая одежда, одни очки стоят, наверное, как моя дублёнка.
— Антон, меня тётя попросила, чтобы я ему помогала в первое время. Но не смогла я ей отказать, — пустила она слезу, разрываясь между двух огней.
— Я так понимаю, спокойной жизни мне не видать, пока ты не перестанешь всех жалеть и чувствовать себя вечно должной, — тяжело вздохнул он и пнул ногой колёса, которые были сложены в углу гаража.
Его больше всего бесило не то, что она с ним не посоветовалась, а в нём пробуждалось чувство ревности. Она молода, красива, а вдруг между ними что-то произойдёт. Жить под одной крышей с чужаком было дико. Ему тяжело было это понять и принять. Как она решилась на такое?
— Что мне теперь делать, Антон? Прогнать его? — спросила Света, невинно хлопая ресницами.
— Во-первых, ему двадцать с лишним лет, самостоятельный парень. Во-вторых, надо было моё мнение спросить до того, как он перешёл наш порог, а не сейчас, когда он уже расположился в нашей комнате, — прошипел он сквозь зубы.
—Хорошо, я сглупила, что сразу согласилась на просьбу тётушки. Мне сначала нужно было поговорить с тобой. Сейчас-то мне что делать? Антон, я не могу так поступить с тётей. Она меня добавит в чёрный список и больше никогда не захочет слышать даже моё имя. Я её хорошо знаю. Она всем донесёт, какая я неблагодарная, — легонько топнула она ногой.
— Он же ей не родной сын, а тебе вообще никто, — бросил он на жену подозрительный взгляд.
— Она вырастила его как родного, — глядела она на мужа наивными глазами.
Света была замужней женщиной, а вела себя словно ребёнок. Антон не знал, как её проучить, чтобы она перестала всем угождать. Однако он даже и не представлял, чего ещё можно от неё ожидать. От этого хрупкого, тихого, невинного создания.
— Ладно, неделя так неделя. Но, это в последний раз, иначе нам не жить вместе, — предупредил он её, чтобы потом не пришлось сожалеть, — Моя доброта тоже имеет свои границы, запомни!
— Антон, спасибо тебе, — расплылась жена в довольной улыбке и крепко обняла мужа, который всё больше удивлялся её наивности.
Однако это было только на первый взгляд.
Они все трое собирались за обеденным столом и молча начинали трапезу, потом обменивались несколькими фразами о том, как у парня успехи.
— Всё чики-пуки и скоро меня пригласят на работу», — в этом духе он отвечал, обнадеживая людей, которые пустили его в дом всего лишь на неделю.
Естественно, недели ему не хватило. Он попросил ещё пару дней пожить у них, обещая, что скоро-скоро…
Кстати, его звали Гриша. Парень был непривередливым, ел всё подряд, что дают. Сначала он вёл себя скромно, как полагается гостю, потом немного расслабился и начал вести себя так, будто находился у себя дома: кидал в корзину своё грязное белье, включал свои передачи для взрослых, когда Антон уходил в гараж.
Тут терпение у Светы лопнуло. Она впервые сделала ему замечание в грубой форме и отобрала у него пульт.
— А ты ничё так, когда злишься, — произнес он, разглядывая её с головы до ног.
— Слышь, ты, если ещё раз услышу или увижу подобное, сообщу твоим родителям, а тебя вышвырну на улицу, понял? — помахала она своим маленьким кулачком перед его миниатюрным носом.
Она заметила, как расширены были у него зрачки.
— Понял, — усмехнулся Гриша и дальше хотел разглядывать привлекательную хозяйку, но звонок от родителей отвлёк его и вернул в нормальное состояние.
— Да, всё ок. Вы не переживайте за меня. Тетя Света и дядя Антон такие добродушные люди, терпят меня такого наглеца. Но меня скоро должны пригласить на работу. В нескольких местах прошёл собеседование. Не переживайте за меня, — ответил он спокойно и улыбнулся Свете, которая возмущенно качала головой.
— Какой милый мальчик, — произнесла она язвительным тоном и собралась уйти, но он нежно схватил её за руку.
— Они хотят с тобой поговорить, — передал он ей телефон.
Света не стала очернять лицо их сыну, надеясь, что он исправится, потом пожалела об этом.
У неё был первый день отпуска. Света пришла домой в прекрасном настроении, поставила утку с яблоками в духовку, приготовила тесто для блинов и позвонила мужу, чтобы он приехал на обед. Они обычно только вечером приходили домой. Гришу они тоже отправляли искать работу, чтобы дома не сидел.
Света, пританцовывая под «Амору кукореллу», пекла блины. Она не заметила Гришу, который молча наблюдал за ней, упершись о дверной косяк. На его лице медленно растянулась улыбка.
«Какая она забавная», — подумал он про себя. Чем дольше он на неё смотрел, тем сильнее его тянуло к ней. Это стало единственной причиной тому, что он уходить не торопился, хотя нашёл и работу, и жилье.
Света громко вскрикнула, увидев его. Она не ожидала, что он придёт в это время. Она обратила внимание на то, что он недавно принял душ, а должен был прийти только вечером. Она округлила глаза от возмущения.
— Ты как оказался дома? — вырвалось из её уст.
— Дубликат сделал на всякий случай, — мило улыбнулся он как ни в чём не бывало.
— А кто тебе разрешил?
— Никто.
— Всё, это уже ни в какие рамки не лезет. Ты живёшь у нас больше десяти дней и похоже не собираешься переезжать, я правильно понимаю? — сверлила она его грозным взглядом, хотя это выглядело смешно, нежели пугающе.
Парень молча улыбнулся и подошёл поближе.
— А ты хочешь меня выгнать? — прошептал он, глядя на неё томным взглядом.
Света немного растерялась.
— Мне придётся это сделать.
— Не хочешь, а придётся, — шагнул он ещё ближе и одной рукой потянул её к себе.
В этот момент она успела схватить миску и высыпать муку на его мокрую голову. Затем оттолкнула его от себя со всей силой, что тот покатился по полу.
Он, ругая её бранными словами, встряхивал с себя муку. Причёска была его гордостью, а сейчас она испорчена. Пока он был занят собой, Света в ту же минуту запихнула его вещи в чемодан и выставила в коридор. Затем вернулась на кухню и скалкой прогнала его из дома.
В этот момент муж поднимался по лестнице. Злая жена стояла со скалкой в руке. Антон провел парня удивленным взглядом и снова посмотрел на жену, которую было просто не узнать.
Эта была не та хрупкая, пугливая, гостеприимная девочка, а настоящая гром-баба. Казалось, от её шумного дыхания весь подъезд дрожал, а от крика стекла затрещали.
Антон еле успокоил жену, заключив её в свои крепкие объятия. Даже в его объятиях она продолжала ворчать на "родственника", удивляя мужа своим богатым словарным запасом. Она всё ещё махала кулаками и только горелый запах отвлёк её внимание.
Света быстренько достала утку с яблоками из духовки.
— Фух, не сильно подгорело. Отметим, — гордо улыбнулась она мужу и поставила на стол вишневую настойку.
Она наконец-то выдохнула, почувствовав облегчение.
— Как хорошо стало на душе, слушай! Больше никого не пущу за порог без твоего разрешения. Я никому ничего не должна! Всё. С меня хватит! — отрезала жена.
— Какая оса тебя укусила, милая моя? — улыбнулся муж, глядя на пол. Он примерно понял, что тут произошло. Антон тихо радовался тому, что его план отлично сработал.
Света больше без согласия мужа никого не пускала в их семейный очаг, будь это ближний родственник или дальний. Через год комната для гостей превратилась в детскую, откуда доносился звонкий смех их первенца.
Благодарю за прочтение, лайки и комментария!
Читать ещё: