Когда мы идем путем тантры, мы погружаемся в искусство глубокого понимания себя и другого, в танец соединения и отделенности. Для нас одиночество и связь с миром не просто слова — это состояния, которые мы проживаем телом, сердцем, сознанием. Именно на этой грани, между желанием полного единства и неизбежностью своей обособленности, рождается истинное понимание и любовь.
Каждая встреча, каждая связь, каждый опыт тантры напоминают нам о том, что «раздельно-но-связано» — не противоречие, а естественное состояние нашей души. Открываясь перед другим, мы остаемся самими собой; оставаясь наедине, мы не теряем связи со всем миром.
Тантра учит меня чувствовать эту хрупкую, но прочную связь и находить в ней опору. И в моменты тишины я ощущаю, как поток соединяет меня со всеми, кто ищет и жаждет ощутить свое единство и свою индивидуальность.
Помимо меня на темы свободы и одиночества размышляли и продолжают размышлять разные мудрые люди, философы, мистики, писатели. И мой любимый Ошо в книге «Свобода, любовь, одиночество» и Кьеркегор в своем «Страхе и трепете», а еще Камю, Сартр, Фромм, Хайдеггер, Ницше, но меня особенно трогает книга Джеймса Бьюдженталя, одного из основоположников гумманистического подхода в психотерапии, который исследовал такие экзистенциальные понятия как свобода и одиночество в своих трудах и применял философские знания к психотерапии.
Мои личные внутренние переживания этих данностей и мой подход в психотерапии основан именно на экзистенциальной философии.
В этом я ощущаю Суть человеческого бытия❤️
"Все мы и каждый из нас в самом глубоком и подлинном смысле одиноки. Ни один человек, как бы он нас ни любил и мы его не любили, как бы он ни был нам близок, как бы искренни мы ни были с ним — ни один человек не может до конца находиться с нами в той глубокой внутренней области, где мы одиноки.
Временами мы переживаем это одиночество как благодать, как целительную и оберегающую нас изоляцию, как источник интеграции нашей индивидуальности в качестве отдельных субъектов.
Но бывают и другие периоды, когда эта отделенность кажется нам пожизненным тюремным заключением, железной клеткой, из которой, как мы знаем, нам никогда не выбраться. Это периоды, когда мы вздыхаем так тяжело и безнадежно, когда мы всем своим существом стремимся преодолеть разрыв между собой и другими, соединиться с кем-то целиком и полностью, позволить этому другому беспрепятственно войти в наше сердце. Тогда мы страдаем от одиночества. Тогда наше внутреннее чувство безутешно горюет по поводу нашей отделенности.
То же самое происходит и с другой частью парадокса нашего бытия. Мы оказываемся вовлеченными — часто против нашей воли — в чужие жизни, в чужие чувства, в чужие переживания. Мы снова и снова пытаемся воздвигнуть стену, отделяющую нас от этой вовлеченности, лишь с тем, чтобы увидеть, как она рушится, словно песчаная насыпь, заливаемая приливом. Мы страшимся потерять свое индивидуальное бытие в космическом океане единства.
Но бывают и другие случаи — моменты, когда мы испытываем нашу общность с другими. Тогда мы открываем для себя, что все люди боятся и надеются, любят и ненавидят, страждут и поклоняются. Тогда мы открываем свою человечность, и наше внутреннее знание подтверждает глубокую общность людей.
Один из главных принципов человеческого существования состоит в том, что нам требуется два термина для характеристики наших отношений с другим, даже если это отношения единства. Мы вынуждены использовать несколько неуклюже выражение “раздельно-но-связанно” для описания того, что действительно является характеристикой нашей жизни.
Я, как и все люди, одновременно отделен от других и связан с другими — фактически, связан со всем существующим. Ни один человек не является островом, но ни один не идентичен другому. Я должен принять этот парадокс. Мне необходимо было прислушаться к своему внутреннему чувству и осознать связь с другими, полностью приняв ее в свое бытие.
Я часть всех людей (всего, что существует), и я отдельный индивид, отделенный от всех людей (и от всего существующего). Одновременность, действительное единство этих двух противоречивых состояний требует определенного настроя. Обычно я осознаю какой-либо один аспект — либо отдельность, либо связь; в такие моменты другая сторона кажется смутной и абстрактной.
Но, будучи человеком, я не могу разорвать эту двойственность так легко. Я должен осознавать обе части, если хочу полностью ощущать себя живым. Так, чтобы достичь реализации, я должен иметь какие-то очень близкие отношения, какие-то — более формальные, и мне следует быть открытым навстречу своей человечности и общности со всеми людьми. В то же время я должен оставаться в своем внутреннем центре и уважать свою собственную потребность в одиночестве. Только с помощью собственного внутреннего чувства каждый из нас может достичь равновесия этих частей".
из книги Дж.Бьюдженталя "Наука быть живым"