День выдался на редкость жарким. Я, как обычно, работал в своей кузнице на окраине села. Звон молота о наковальню давно стал частью моей жизни, как и запах раскалённого металла, въевшийся в кожу и одежду. Работа кипела: телега старосты ждала починки, да и других заказов хватало.
Внезапно за спиной раздался низкий, чуть хрипловатый голос:
- Ты – кузнец?
От неожиданности я вздрогнул и чуть не выронил молоток. Клянусь, я не слышал, чтобы дверь скрипнула или половицы под чьими-то шагами.
- Стучаться никогда не пробовали? – огрызнулся я, досадуя на свой испуг.
- Стучаться?.. – последовал задумчивый ответ. – Нет, пока как-то не доводилось…
Схватив со стола первую попавшуюся тряпку, я вытер мозолистые руки и обернулся. То, что я увидел, заставило меня застыть на месте. Тряпка выпала из онемевших пальцев.
Передо мной стояла фигура в чёрном. Капюшон скрывал лицо, но я почему-то сразу понял, кто мой гость. Или, точнее, гостья.
- Косу мне не выправишь? – спросила она тем же хрипловатым голосом.
Сердце, казалось, остановилось. "Вот и всё," – подумал я.
- Всё? Конец? – едва слышно прошептал я.
- Нет, – последовал неожиданный ответ, – но значительно хуже, чем раньше.
Я моргнул. Раз, другой. В голове не укладывалось происходящее.
- Не поспоришь, – выдохнул я. – Так что мне нужно сейчас сделать?
- Привести мне косу в годное состояние, – терпеливо объяснила гостья.
Руки дрожали, когда я принимал из её рук инструмент. Действительно, коса нуждалась в ремонте – несколько выщербин портили лезвие, да и волной пошло.
- Не будете же вы всё время стоять, присаживайтесь, – предложил я, указав на скамью.
- И то верно. В ногах правды нет, – усмехнулась Смерть, бесшумно опускаясь на лавку.
Работая, я не мог удержаться от мыслей о том, сколько жизней забрало это оружие. Эти мысли сами собой вырвались наружу:
- Вы простите, но я просто не могу поверить, что держу в руках такое оружие. С его помощью было угроблено столько жизней...
Атмосфера в кузнице мгновенно изменилась. Смерть резко поднялась.
- Что ты сказал? – её голос стал леденящим.
- Я сказал, что не верю своим глазам. У меня в руках оружие...
В следующий миг она оказалась прямо передо мной, схватив за рубаху.
- Сколько человек я, по-твоему, убила? ОТВЕЧАЙ!!!!
Я никогда не думал, что можно так испугаться. Но то, что последовало дальше, потрясло меня ещё больше.
- Я никогда никого не убивала, – тихо произнесла она, отпустив мою рубаху. – Ни одного человека.
Её голос дрожал от едва сдерживаемых эмоций:
- Вы сами прекрасно справляетесь. Убиваете ради удовольствия, ради денег. Устраиваете войны, где гибнут тысячи. А потом... потом вините во всём меня.
Она замолчала, а потом неожиданно скинула капюшон. Я увидел древнее, изможденное лицо. Но больше всего меня поразили глаза – выцветшие, полные неизмеримой печали.
- Знаешь, какой я была раньше? – продолжила она. – Красивой, юной девушкой. Я дарила цветы умирающим, пела им песни, провожая в последний путь. А теперь... посмотри, во что я превратилась!
По её морщинистым щекам покатились слёзы.
- Это вы сделали меня такой! Я видела, как мать убивает детей, как сын умерщвляет отца! Я рыдала, не понимая вашей жестокости. Тогда и надела этот чёрный плащ – чтобы не было видно скорби по тем, кого провожаю. Капюшон скрывает мои слёзы...
Она взяла починенную косу из моих оцепеневших рук.
- Постой! – крикнул я. – Зачем тебе тогда коса?
Смерть обернулась у самого выхода:
- Дорога в Рай давно заросла бурьяном.
