1979 год, Польша, режиссер: Пётр Шулькин, в ролях: Марек Вальчевский, Мариуш Дмоховский, Кристина Янда
Время апокалипсиса: 1941 год
Причина апокалипсиса: атомная война
Масштаб апокалипсиса: вся планета
Если судить только по фильмам, может показаться, что по-поводу вероятной атомной войны и ее последствий переживали исключительно на Западе. Ведь на условном Востоке постапокалиптических фильмов не снимали.
Это не совсем так. Граждане Советского Союза, красные китайцы, вьетнамцы и корейцы, а также поляки, югославы, чехи, словаки, болгары, венгры и румыны, вероятнее всего, боялись атомных бомб и радиации не меньше, чем все остальные. Просто никто их об этом не спрашивал. В условиях полного контроля государства над кинопроизводством у режиссеров и сценаристов не было возможности реализовать этот гипотетический запрос на экране. Равно как и любой другой – каждую сценарную заявку нужно было согласовывать с чиновниками, проверять на соответствие линии партии.
А запрос очевидно существовал. Ведь стоило режиму ослабить хватку, как в советских кинотеатрах появилась и иносказательная рефлексия по-поводу: «Сталкер» (1979), «Кин-Дза-Дза» (1986), «Распад» (1990), и вполне буквальный постапокал: «Письма мертвого человека» (1986), «Посетитель музея» (1989) и «Псы» (1989).
К этим бриллиантам советского кинопроката мы ещё вернемся, когда дойдем до буквы «П». А сегодня на нашем канале «Голем» постапокалиптический фильм молодого польского режиссера Петра Шулькина, 1979 года выпуска.
В этой восточноевропейской альтернативной вселенной атомная война и гибель цивилизации произошли еще в 1941-м, в рамках второй мировой. В фильме ничего не сказано о том, кто на кого сбрасывал атомные бомбы, и где конкретно были эпицентры взрывов, однако упоминаются разрушительные последствия этих бомбардировок.
Радиационный фон сделал огромные территории непригодными для жилья. Выжившие ютятся под землей, в тоннелях и катакомбах. Чтобы решить эту проблему, ученые направляют свои усилия на выведение искусственных людей, биороботов, способных жить и работать в зонах отчуждения. «Голем» – история одного из этих искусственных ребят, по имени Пернат.
В отличие от многих других роботов, синтетиков, андроидов, симов и репликантов, Пернат не знает, что он не человек. Но никого кроме ученых, которые отправили своего голема к людям и дали ему комнату в общежитии в рамках социального эксперимента, это не волнует. Все живут своей жизнью не обращая на Перната, который внешне ничем не отличается от людей, особенного внимания.
Собственно, этот социальный эксперимент с неясными целями и составляет основу сюжета фильма. Герой оказывается в кафкианской тоталитарной антиутопии, психологически и физически травмированные обитатели которой прозябают на развалинах советской инфраструктуры. Никаких проблем, связанных с радиацией, дефицитом еды, воды, лекарств или чего-то в этом роде не наблюдается. Люди не особенно добры к своим ближним, крадут, обманывают и даже убивают, но это не от голода и лишений.
Время от времени кого-то забирают на очередной допрос вездесущие силовики – что-то среднее между полицией и КГБ. Самодовольные сотрудники антиутопической спецслужбы щеголяют в белых рубашках и брюках с подтяжками и откровенно наслаждаются мучениям своих подследственных, пользуясь неограниченными полномочиями и полной безнаказанностью.
Пернат не встречает никого кто был бы недоволен порядком вещей и находился бы в оппозиции к власти и поэтому начинает действовать сам. Он, конечно, не устраивает восстание, для 1979-го это было бы слишком радикально, а просто пытается сбежать, прихватив с собой самую симпатичную из местных жительниц.
Однако, даже эта его робкая попытка оказывается обречена на полный провал из-за тотальной апатии постапокалиптических поляков и грозной неуязвимости Системы, держащей их всех в узде.
Очевидно, что именно эта бесчеловечная система и ее адепты и являлись действительной целью Петра Шулькина и его команды. Забыв про постапокалиптическую завязку и атомные взрывы, с которых началась история, «Голем» яростно обличает тоталитаризм и диктаторские режимы, недвусмысленно намекая на коммунистическую диктатуру пролетариата.
«Голем» не первый, но и далеко не единственный пример того, как под маской постапокалиптики скрывается антиутопия. Создателей фильма волнуют не причины катастрофы или проблемы выживания после нее, а политика. Их невозможно за это винить, ведь свой фильм они снимали как раз на территории подобной диктатуры, под недремлющим оком партии и правительства.
Впрочем, не таким уж недремлющим. Каких-то тяжёлых последствий этого дерзкого выпада в адрес режима и действующей власти ни Шулькин ни кто-то из его коллег по цеху не ощутили. Польская коммунистическая партия допустила «Голем» в кинотеатры страны и никак не преследовала впоследствии его создателей. Так что в 1980-е и 1990-е Петр продолжил свою борьбу и снял ещё три подобных фильма («Война миров», «О-би, о-ба. Конец цивилизации» и «Ха-ха. Слава героям»), составивших его знаменитую постапокалиптическую тетралогию.
Удачного просмотра.