23.
Все «папины дочки» высыпали в коридор, но стояли по стеночке и странненько улыбались. В дверях кухни стояла недопереобутая Бабарыкина.
– Это дядя Настя, – так же торжественно представил Серега гостя. – Он у нас пообедает.
Все продолжали молчать и улыбаться. Бабарыкина посторонилась:
– Прошу к столу!
Уха дяде Насте очень понравилась. Добрая. Наверное, поэтому он после обеда опять никого убивать не стал, а с удовольствием покурив на балконе, вернулся к общему столу, где его ждали все, включая Чапу, и внимательно выслушал версию объяснения случившегося, как результат порушенного магического заклинания из зала амазонок в музее краеведения. Не зря же «переезд» Бабарыкиной из своего мира закончился в нашем мире рядом с амазонками? Может быть, это её мир именно здесь и сейчас просачивается в наш? А так же идею решения проблемы посредством электронных средств и компьютерных программок.
– Ага, – сказал он. – Понятно. А кто мне скажет, какое сегодня число?
Почему-то такой простой вопрос вызвал замешательство. Эдик задрал глаза к небу и стал считать про себя, загибая пальцы. Серега оглянулся на календарь с изображением ослика, пьющего пиво, присланный родителями к Новому году.
– Сделаем проще! – Настя достал из кармана сотик, активировал экран и показал всем.
– Чего? – не поверил Вася и достал свой. Там было то же самое. Каждый полез за своим. Но все телефоны сообщали, что сегодня то же самое число – день, в который все случилось.
– День сурка? – спросил Серый.
– Так, что мы заранее отметили мой день рожденья? – озадачилась Вика.
– А я что, напрасно голову над текстом ломаю?! – возмутился Эдик.
Настя пожал плечами:
– Одно другого не исключает. Может, все с текста началось. Может, со зверушки – он кивнул на Бабарыкину
– Позвольте! – возмутилась Надежда Борисовна. Но он невозмутимо продолжал:
– А может, кто-то со временем поигрался. – Коллайдер запускали, все такое…
– Так че теперь делать-то? – испуганно задал Вася всеобщий вопрос.
– Вы подумайте лучше, что с оборотнем ночью будете делать, – прищурился Настя, и поправился. – с бабушкой вашей. А то темнеет уже.
Все замолчали.
– А ничего со мной не делать, – спокойно отозвалась упомянутая бабушка. – Меня уже никто не преследует. Кроме Вас, – она уважительно кивнула Насте. Все будет, как всегда. Пойду, запрусь дома на семь замков. Пересижу ночь, утром приду – опять блинов нажарю. Как вы к блинам на завтрак?
– Положительно! – активно закивали все. В том числе и Настя.
Сидя на унитазе Серый нечаянно подслушал разговор Насти и Бабарыкиной, которые вдвоем остались в кухне мыть посуду. Они думали, что одни – вход в туалет находился из кухни, но скрыт за углом (планировка такая). Попал он туда незамеченным, и деваться ему было некуда.
Настя рассказывал Бабарыкиной, про свою жизнь. Оказывается, всю свою сознательную молодость и зрелость он посвятил оперативной работе в каком-то настолько засекреченном спецподразделении ФСБ, что и подумать-то страшно. В основном воевал. Он лет десять как инвалид – полностью отказали ноги после травмы позвоночника и с возрастом открылись старые раны. Побочным эффектом произошедшего катаклизма, стало то, что он встал и пошел. Ну, как у нее возвращение способности к трансформации. И, оценив сложившуюся ситуацию, он стал заниматься тем, что умел. Поддерживать, так сказать, мировой порядок. Монстр – убить! Бандиты детей обижают? Вооруженные формирования? – На фиг. Не должно такого быть.
– Я очень хорошо умею это делать, – услышал Серый. «Убивать», – продолжил он фразу про себя.
Бабарыкина, однако, отреагировала по-другому:
– Оставили бы адресочек!
– Зачем? Если все закончится, я, скорее всего, снова стану инвалидом
– А я бы за Вами ухаживала… Впрочем, поздно уже, мне пора!
– Давайте подвезу, – предложил Серый, обозначив свое присутствие шумом смываемой воды.
Согласилась.
На обратном пути не удержался, заехал на цветочный базар. Цветы были свежими, как в тот вечер, в который они отмечали Викин день рожденья. Вспомнил, что Викины тоже стоят до сих пор.
Да что же это такое? Как они могли не заметить, что со временем что-то не так?
От грустных мыслей отвлек Викин звонок:
– Все в порядке? Ты где?
– Все в порядке. Сейчас буду.
Не удержался, взял букет ромашек.
Не смотря на новые вводные, Серега застал дома уютную картинку. Настя и Эдик о чем-то спорили перед монитором компьютера. Венька, валяясь на Серегином диване «ушел в нирвану» – слушал Боба Марли у себя на телефоне, тихонько подвывая в особо понравившихся местах. Вася что-то жевал у себя в кухне. Вику Серый нашел на балконе.
– Это тебе – вручил он ей ромашки.
– За что? День рожденья-то еще не было!
– Просто так.
– Спасибо! – Вика закрыла глаза и уткнула в ромашки лицо. Постояла, думая о чем-то своем, потом легонько коснулась лбом его плеча, и упорхнула ставить ромашки в вазочку. Вернулась.
– А можно я сегодня опять у тебя буду спать? – попросилась она. – А этот Настя пусть в спальне. Ну, что ты будешь делать? – подумал Серега, а вслух разрешил:
– Можно, конечно. – И закурил.
– Не кури, – попросила Вика.
– Не могу, – ответил Серега. Но сигарету выбросил.
– Переживаешь, да? – тронула Вика его за рукав.
Серега вздохнул.
– Я не знаю, что дальше делать. То хоть верилось во что-то. А сейчас опять все с начала. Руки опускаются.
– Не переживай так. Вот-вот все образуется. Я это чувствую!..
Серый поднял на нее глаза и встретился с ней взглядом. И, наверное, в первый раз их не отвел.
Какая же она все-таки красивая, правнучка амазонок. Ему очень захотелось ее обнять! И …
– А че это вы здесь делаете, а? – на балкон снова не вовремя вышел наевшийся Вася.
– Воздухом дышим, – дружелюбно ответила Вика, не вырываясь из Серегиных объятий. – На звезды смотрим. Целуемся.
– Хорошо тут у вас, – согласился Вася, потягиваясь на луну. Повернулся и вышел.
– Ну что, спать пойдем? – предложил Серенький.
– Пойдем! – согласилась Вика, – Хочется уже.
Они вдвоем навестили Эдика и Настю, и сообщили новому жильцу о месте его ночевки. Но Эдик и Настя только отмахнулись. Они были очень заняты – кидались друг в друга умными словами: теория относительности, чёрные дыры, «кротовые норы», временные разломы, размножение реальностей.
Ромашки обнаружились в Серегиной спальне. Венька уже оккупировал спальное место, прибившись к стеночке, и свернувшись там в несущественный комочек. В ногах его сопела Чапа. Вика и Серый не стали их прогонять. Серый уложил Вику посередине. Сам примостился с краю, обнял ее, закрыл глаза и улыбнулся. Лучше не бывает!.. Почти.