От французских корней до русской славы
История рода Монтрезоров в России началась с графа Клода Бурдейля де Монтрезора, покинувшего Францию ради Польши в XVIII веке. Его потомки, перебравшись в Российскую империю, вошли в элиту общества и были внесены во II и VI части родословных книг Киевской и Курской губерний – разделы, предназначенные для самых знатных фамилий военного и гражданского дворянства.
Иосиф Антонович Монтрезор, появившийся на свет в 1767 году, был сыном русского майора, чья служба в канцелярии легендарного А.В. Суворова открывала перед семьей блестящие перспективы. Судьба распорядилась иначе – после гибели отца маленький Иосиф и его братья обрели нового покровителя в лице С.Х. Ставраки, адъютанта Суворова. Бездетный Ставраки не просто усыновил мальчиков, но и позаботился об их будущем, определив в престижный Корпус чужестранных единоверцев (также известный как Греческий кадетский корпус).
Военная карьера молодого Монтрезора началась с чина прапорщика, и уже первые сражения показали в нем незаурядного офицера. Участие в кровопролитном штурме Анапы в 1791 году принесло ему не только боевой опыт, но и орден Святого Владимира IV степени – высокую награду для молодого офицера. В составе Каспийского военного корпуса в 1796-1797 годах он проявил себя в сложной кампании против войск Махмед-хана, где требовалось особое умение вести боевые действия в горной местности.
На страже южных рубежей
1801 год стал поворотным в судьбе Монтрезора. Генерал П.Д. Цицианов, известный своим умением распознавать талантливых офицеров, доверил 34-летнему военачальнику командование важной военной дистанцией (территориально-административная единица на приграничных территориях, участок границы, находящийся под военным управлением) в селе Каракилиса. Это назначение было не просто почетным – оно имело стратегическое значение для укрепления позиций России в только что присоединенной Восточной Армении.
Под началом Монтрезора находился относительно небольшой гарнизон – две роты прославленного Тифлисского мушкетерского полка. Однако даже с такими скромными силами он сумел проявить себя как искусный тактик. В 1802 году его отряд успешно противостоял превосходящим силам противника в Карском сражении, где объединенная армия ахалцихского паши и нахичеванского хана пыталась вытеснить русские войска с занятых позиций.
Особенно ярко военный талант Монтрезора раскрылся во время штурма крепости Ганжа в 1804 году. Его умелые действия в этой операции были отмечены производством в майорский чин, что открывало перед ним новые карьерные перспективы.
Роковой приказ
14 августа 1804 года генерал Цицианов поставил перед майором Монтрезором задачу исключительной важности. Русские войска, осаждавшие Эривань, остро нуждались в продовольствии и боеприпасах. Из Тифлиса под командованием майора Стахиева двигался транспорт с необходимым снабжением, и отряду Монтрезора предстояло обеспечить его безопасное продвижение к осажденной крепости.
Состав отряда был тщательно подобран: помимо самого Монтрезора, в него вошли поручик Владислав Ладыгин, прапорщики Анисим Церец и Михаил Верещаго – офицеры, зарекомендовавшие себя в предыдущих боях. Основную силу составляли 108 мушкетеров Тифлисского полка – опытные солдаты, прошедшие не одно сражение. С ними также шли 11 армянских добровольцев, хорошо знавших местность. Артиллерийскую поддержку обеспечивал один бомбардир с легким орудием – единорогом, что по тем временам считалось достаточно мощным вооружением для небольшого мобильного отряда.
Последний бой
Выступив в ночь на 15 августа, отряд сразу столкнулся с серьезными трудностями. Уже утром персидская кавалерия атаковала русских воинов у ущелья реки Апаран. Шестидневный переход превратился в непрерывную череду столкновений. Тактика персов была традиционной – они старались измотать противника постоянными налетами, но не решались приближаться на дистанцию прицельного огня, опасаясь меткости русских стрелков и плотных рядов каре.
Барабанщик отряда непрерывно отбивал тревожный ритм, который не только поддерживал боевой дух солдат, но и психологически воздействовал на противника. Изнуряющая августовская жара усугубляла положение, но русские воины стойко переносили все тяготы.
21 августа, преодолев горный перевал, отряд спустился в долину реки Памбак, где его поджидала засада. Шеститысячное войско под командованием персидского полководца Мансура и мятежного грузинского царевича Александра перекрыло путь небольшому русскому отряду. Соотношение сил было подавляющим – 48 против одного.
Царевич Александр, уверенный в своем превосходстве, дважды отправлял парламентеров с предложением капитуляции. Офицерам обещали выгодную службу в Персии, но оба раза получали один ответ – русские воины предпочитают смерть в бою позорной сдаче. Монтрезор, понимая безвыходность ситуации, предложил армянским добровольцам покинуть отряд, поскольку они не приносили присяги российскому императору. Однако те проявили удивительное благородство, принеся личную присягу майору со словами: "Да, царю мы не присягали, но он далеко, поэтому мы присягаем тебе и остаемся".
Используя свой богатый боевой опыт, Монтрезор максимально эффективно расположил отряд в узкой долине, что не позволило противнику сразу реализовать свое численное преимущество. Несмотря на тяжелое ранение, полученное в начале сражения, майор продолжал руководить боем и лично вел огонь из единственного орудия.
Когда смолк звук полкового барабана, пробитого вражеской пулей, Монтрезор отправил барабанщика Ивана Пилипенко и армянского добровольца Авага с донесением к основным силам русской армии. В критический момент сражения, когда в живых оставалось менее сорока человек, майор освободил своих подчиненных от воинской присяги, предоставив им возможность спастись. Однако солдаты ответили сплочением рядов вокруг командира и с криком "ура" бросились в последнюю штыковую атаку.
Генерал Цицианов в своем докладе императору Александру I от 2 сентября 1804 года с глубокой скорбью писал о потере храброго командира, который, будучи раненым, предпочел гибель сдаче орудия врагу. По указу императора все проходящие мимо места захоронения войска должны были идти церемониальным маршем и возлагать цветы к памятнику героев.
Первый монумент, установленный на братской могиле, простоял до разрушительного землетрясения 8 октября 1827 года. Десять лет спустя его заменили новым памятником в форме пирамиды. В 1904 году у подножия монумента торжественно отметили столетие подвига отряда Монтрезора. После длительного перерыва, в 1978 году, благодаря инициативе местного жителя Артагюха Оганесяна, памятник был восстановлен в честь 150-летия вхождения Восточной Армении в состав России. Последнее значительное дополнение к мемориалу – православный крест, покрытый сусальным золотом, установленный спустя почти 205 лет после героического сражения и благословленный Патриархом Московским и всея Руси Алексием II незадолго до его кончины.