Маша еле дождалась выходных. Она две недели пахала без них вместо заболевшей коллеги. Возвращаясь с ночного дежурства, встретилась с соседом, который на чем свет ругал ее мужа.
- Влад, не возмущайся, сейчас я его пригоню, - женщина поспешила домой. Ей показалось, что день ей не обещает ничего хорошего, раз начался с ругани. Муж был в ванной, когда Мария вошла в квартиру. Дверь была приоткрыта.
- Костя, ты там соседа подпер, - в ответ услышала:
- Ничего страшного.
- Да? Я из-за тебя такого наслушалась, - в это время послышался детский плач из комнаты. – Это что такое?
- Не ко мне вопросы, а к своему сыну, - эти слова всегда женщину резали по сердцу. Она выходила замуж за Константина с маленьким Мишей. Когда Марию бросил жених беременной, мать запретила ей делать аборт. Сказала, что сама воспитает. Однако, потом прозвучало: «Кто родил, тот и нянчит». Ей работать надо, чтоб кормить дочку с внуком.
Мария кинулась в спальню, на кровати лежал годовалый малыш. Судя по одежде, девочка. Муж из-за ее спины произнес:
- Ну что скажешь? – женщина не знала, что ответить. И как этот ребенок оказался у них. – Давай ее удочерим, все-таки Милана твоя внучка.
Мария просто была потрясена. У них с Константином общих детей не было. Не мог он по болезни, которую перенес в юношеском возрасте, стать папой. Они никогда не разговаривали на эту тему. И вдруг: на-те, получите ребеночка.
- Как эта девочка оказалась в нашей квартире? И кто тебе сказал, что она дочь Михаила? – Костя, казалось, приготовился к этим вопросам, но вчера ему все было понятно, когда брал из рук женщины эту малышку.
Константин возвращался с работы, знал, что Маши дома нет, она ушла в ночную смену. Отговаривал жену от подработки, но она согласилась подменять коллегу совсем не из-за финансов, а чтобы угодить начальству. Мария у него – знатная кухарка, ей бы поваром работать, но мужчине захотелось копченой колбаски. Из-за одной палки простоял в очереди к кассе полчаса.
Когда подходил к дому, уже темнело. Обратил внимание на женщину, которая беспрестанно ходила и качала на руках маленькую девочку. Увидев мужчину, кинулась ему навстречу.
- Вы муж Караваевой Марии Альбертовны? Константин хотел сказать, что уже более двадцати лет муж Маши.
- А вы что хотели от нее? Она на работе, - женщина как будто завелась.
- Вот возьмите вашу внучку, у меня уже нет сил с ней нянчиться. Да и через два дня мне ложиться на операцию…
- Подождите, почему ребенок с вами, а не с матерью? И где Миша? Он-то знает, что у него большая девочка?
- Это вы у него спросите. Альбина вышла замуж за иностранца. Вывезти с собой Милану не могла, потому что в графе «отец» записан сын вашей жены, а он будто испарился. Или вы хотите, чтоб при живом отце я отдала девочку в приют? – Женщина показала на объемистую сумку с вещами, что стояла около скамьи, где всегда сиживали старушки допоздна, а сегодня она оказалась пустой.
Марию, видать, этот ответ не удовлетворил.
- Как можно взять у женщины ребенка, это же не машина напрокат? А вдруг она его украла? Ты, вообще, дожил до такого возраста, а головой так и не думаешь.
- Маш, но как я мог отказаться от твоей внучки? Я же видел, что эта женщина была готова оставить девочку на скамейке, на Милане было легкое платьице, а на улице становилось прохладно.
- Ты документы-то посмотрел у той женщины?
- Зачем мне ее документы, в Свидетельстве о рождении написано, кто мать, а кто отец. В спальне на тумбочке лежит, - Мария бросилась в комнату, чтоб удостовериться, что это ее внучка. У нее внутри боролись двоякие чувства. Она совсем не готова стать бабушкой. Но малышка не виновата, что от нее отказалась мать. Ей обязательно надо позвонить сыну, не хотела, чтоб их разговор слышал Константин.
- Мишка, это что за сюрприз ты приготовил нам с отцом?- Сын у нее четыре года назад закончил вуз, устроился в строительную фирму, поэтому часто уезжал в командировки. И девушка у него была. Маше она очень понравилась. Мало сказать, что уважительная, она просто чудо. Еще у них не было свадьбы, только подали заявление, а Лида ее уже мамой называет.
- Мам, ты чего там себе напридумала? Я тебе озвучил дату свадьбы. От вас требуется только присутствие на ней. Объясни толком.
- Объяснять ничего не буду. У тебя командировка через три дня заканчивается? – сын подтвердил. – Так что с поезда сразу домой, а потом к своей ненаглядной. Ты меня понял? – и вернулась в гостиную. Костя держал на руках Милану и баюкал. Со стороны это выглядело мило.
- Ум на раскоряку. Удочерить Милану мы не сможем, у нее есть родители, которых никто не лишал прав. И даже если подадим заявление о лишении материнских прав, волокита длинная. Девочку в таком возрасте в ясли не возьмут, минимум еще полгода надо с ней кому-то сидеть.
- Маш, что с тобой, ты будто не рада внучке?
- Костя, я уже не в том возрасте, чтоб возиться с малышами. Одно дело, когда с внучкой поиграть, посюсюкать, потискать. Я как представлю, что у меня теперь не будет ни минуты покоя, дрожь пробирает.
- Я тебе помогу. Хочешь подержать? – Маша смотрела на мужа, таким счастливым она никогда его не видела.
- Подержать могу, но удерживать чужого ребенка – это незаконно. Пусть до возвращения Михаила Милана поживет у нас, а там уже будем решать, с кем ей жить. – Мария взяла девочку на руки, внимательно всмотрелась в лицо малышки, но ничего похожего на сына не нашла. Однако, девочку переодела, накормила пюре, что осталась с вечера. Вместо того, чтоб выспаться, отправилась в магазин за детским питанием.
За три дня Мария привыкла к Милане, начала считать ее своей внучкой. И Косте теперь не надо бегать к младшему брату, чтоб поиграть с малышами. Он с содроганием ждал завтрашнего дня: вдруг Михаил заберет свою дочь? Константин уже и няню подыскал, не в интернете, а у себя на работе.
У коллеги была сестра, которая выработала учительский стаж, но дома сидеть не хочет. Костя сам переговорил с Людмилой Алексеевной, доброй женщиной. Но Маше пока об этом не сказал.
После работы Константин не задержался ни на минуту. Его страшило то, что могло ждать дома. Маша позвонила и сказала, что Михаил у них будет через час. Открывая дверь ключом, боялся услышать тишину. Первое, что хотел услышать, это «папа», его никто ни разу так не называл. От Мишки он слышал очень редко. В основном он говорил ему «отец».
Мужчина понимал, что мальчику было семь лет, когда они сошлись с Машей, заставить Мишу чужого дядю называть папой трудно. Да он и не старался. Достаточно было того, что ребенок его считал отцом, хотя рос под другой фамилией. Теща воспротивилась: не хотела, чтоб их звучная фамилия «Нижегородовы» канула в лету.
Так получилось, что в их роду одни девки. Маргарита Михайловна как будто чувствовала, что будет внук, поэтому ничего не хотела слышать об аборте.
Только шагнул в прихожую и почувствовал, что земля уходит из-под ног. Тишина, причем, мертвая. Но не знал, что это была минутная пауза. И Милана замерла на руках у бабушки.
- Я тебе еще раз повторю, что никакой Альбины в моей жизни не было. – Костя лихорадочно снимал обувь, повесил пиджак в шкаф. Вошел в комнату, где сразу все замолчали. Стал их окидывать взглядом.
- Не было, говоришь? А откуда у девочки твоя фамилия? Ты мужик или нет? Свои ошибки надо признавать, - Костя первым нарушил молчание. Он одновременно чувствовал и ужас, и облегчение. Мила останется с ними, но не воспитал он из пасынка мужика.
Мария сидела будто оглушенная. Она не могла поверить в происходящее. Свидетельство о рождении Миланы говорило, кто ее отец, но сын все это опровергал. Неужели этот документ можно было получить за взятку? И почему был выбран именно ее сын, а не кто-то другой? И она накинулась на мужа.
- Документы надо было спросить у той женщины, а ты обрадовался, будто родную дочку тебе бог послал. С таким успехом мы бы давно взяли ребенка из приюта, почему молчал, что у тебя до сих пор тлеют отцовские чувства?
- Ладно,- Михаил поднялся с кресла, - меня Лида ждет. Я попробую выяснить, кто такую запо.длянку мне подсунул. Прошу поверить, что у меня до Лиды женщин не было. – Как только за сыном закрылась дверь, Костя почти накинулся на жену.
- И ты веришь Мишке? Да ему просто стыдно перед невестой. Лида же его может бросить, если узнает, что у жениха есть внебрачный ребенок. И где, в каком ЗАГСе пойдут на такое, это же подсудное дело?
- Нам нужны факты. Мишку мы с тобой можем обвинять бесконечно. Только ДНК, другого выхода здесь нет.
- Если результат отрицательный, Милану ждет приют? Я уже няню нашел для нее. Берет недорого. Может оставаться с ребенком сверхурочно, если нам надо куда-то сходить, уехать.
- Ты хочешь сказать…
- Да, Милану мы оставим себе. Я соберу все документы для удочерения. Мы не должны допустить, чтоб девочку у нас забрали, я уже так к ней привязался. – Константин взял на руки девочку, которая своими маленькими ручонками обвила ему шею, кудрявую головку положила на грудь.
- Кость, главное, чтоб Милану не украли, а в остальном мы сами разберемся. – На следующий день Костя ходил а опеку, но его там отправили в суд, где сначала посоветовали обратиться к адвокату, сделать экспертизу документа. Мария тоже не сидела сложа руки. Она отнесла биологический материал на ДНК.
Был и третий человек в их семье, который развернул бурную деятельность. Связей с другими девушками, женщинами у Михаила не было. Значит, ему придется искать ту, или тех, которых он в свое время отшил или чем-то обидел.
Он никогда не страдал бессонницей. Лиду порой удивляло, как ее жених мог быстро засыпать. Утром с трудом его приходилось будить. Миша от нее никогда не скрывал, что любит поспать. А тут не успели поужинать, как он закрылся в гостиной и попросил его не беспокоить. Девушка ничего подозрительного не видела. Ему нужно составить отчет о командировке.
Но, проснувшись ночью, не обнаружила рядом с собой мужчину, на кухне горел свет, пробивался сквозь щели около пола. Миша пил кофе, причем, натуральный, который пьют, чтоб взбодриться.
- Миш, ты что делаешь? Скажи, наконец, что за проблема тебя лишает сна? – Рано или поздно мужчине придется в этом Лиде признаться, иначе она просто перестанет ему доверять.
- Представляешь, всех девчонок перебрал, с которыми был знаком с пятнадцати лет. Со всеми расставались друзьями. Но главное-то еще в чем? Ни одной девушки по имени Альбина среди них нет. Понимаешь, это какой-то страшный сон. Как хочется проснуться, чтоб он исчез.
Лида тоже не могла в такое поверить. Она же Мишу знала давно. Они познакомились в летнем лагере. Правда парень был в старшем отряде и сразу не обратил на нее внимание. Около у него крутилась Аля, симпатичная девушка, такая вся из себя невозможная, считала, что краше ее нет в лагере. Для нее все были замухрышками либо недотепами, не умевшими парней прибирать к рукам.
Лида Алю побаивалась, старалась не попадаться ей на глаза, боясь быть осмеянной. На второй день смены у них был «День знакомства». Могли знакомиться не только словами, но и записочками. Причем, они передавались через почтальона. Алька сидела около Лиды и поинтересовалась:
- Кому это ты строчишь послания одно за другим? – Девушка показала пальцем в сторону Михаила, высокого красавца, правда, в то время он был еще угловатым, с выпирающими ключицами, которые виднелись через одежду.
- Мишке? Губы-то задвинь. Посмотри на себя и на него. Да если он на тебя посмотрит, то из жалости. Ты же не хочешь, чтоб над твоей любовью неотвечаенной насмехался весь лагерь? – Лиде , действительно, нравился Миша. В то время парень был для нее не досягаем.
Со временем девушка о нем забыла. Но им пришлось встретиться в университете, на одном из студенческим собраний. Михаил опоздал, а около Лиды было одно единственное свободное место, которое она оставила для своей подруги, но та задерживалась. Парень плюхнулся в него, не спросив разрешения.
Минут через тридцать шепнул ей на ухо:
- Я тебя узнал еще в сентябре, когда ты бегала по этажу и искала нужную аудиторию. Я бы подсказал, но ты не постеснялась спросить у нашего завкафедрой. – Лида искоса смотрела на молодого человека, потому что взгляд был направлен на трибуну, на очередного выступающего. Что-то припоминала.
После собрания они пошли в ближайший сквер просто отдохнуть от духоты, подставить лица свежим струям воздуха. И тут она вспомнила, что мимо них проходили три девушки, одна из них злобно посмотрела на парочку. Боже, эврика!
- Миш, я кажется, догадываюсь, кто тебе устроил эту заподлянку. Алька. А вдруг ее Альбиной зовут. Не помнишь, я еще толкнула тебя в бок, когда увидела ее беременной. Когда это было? Года полтора назад? Все сходится.
- Веришь, а эта мысль, так называемая, зацепка. Вот только где ее искать.
- Да, иголка в стогу сена. Если верить словам той женщины, то эта мадам уже далеко за границей. Искать надо адрес, по которому проживала Алька.- Лида тоже подключилась к поиску. На это ушло около месяца. К этому времени уже была готова экспертиза, где жирным шрифтом были выделены нули. В Лаборатории, где проводилась экспертиза свидетельства о рождении, посмеялись над Константином.
- Тут невооруженным глазом видно, что все липовое, а печать почти самодельная, даже подпольщики таких не делают. – Все было на стороне Михаила, говорило о его честности. Костя и Маша привыкли к Милане и никак не могли допустить, чтоб у них отобрали девочку, все складывалось не в их пользу.
Однако, в опеке их заверили, что не надо падать духом, отчаиваться, пока на время следствия, решения суда, Милана останется с ними. Если родная мать откажется от дочки, что вполне допустимо, опека будет на их стороне.
Время тянулось невыносимо долго. Маша с Костей ежедневно звонили адвокату, который вел дело. Именно он разыскал мать Альбины, ту женщину, которая отказалась от собственной внучки, передала ее совершенно чужим людям. Позже она оправдывалась за свое поведение.
- А кого мне было искать. В документе черным по белому указан ее отец. Дочка мне раньше призналась, что еще в летнем лагере была изнасилована этим парнем. Позже встретилась с ним, думала, что он ее любит. А он сделал ей ребенка и сбежал куда-то. Так пусть его мать отдувается, раз не могла воспитать порядочного сына.
Адвокат сказал, что это все ложь.
-Милана не дочь Михаила, это уже доказано генетической экспертизой. И за подделку документов вашей дочери грозит срок.
- Я тут ни при чем, с Альбинки и спрашивайте. Только никакой связи у меня с ней нет. Как в воду канула. Вам надо, вот вы и ищите.
Чтоб лишить Альбину материнских прав, им потребовалось пройти сложный путь сбора доказательств, которые убедили суд, что такая женщина не имеет право носить столь высокое звание – мать.
Милана стала младшей сестренкой Михаилу и родной дочкой Константину и Марии. Они как будто снова стали молодыми. Росли и мужали вместе со своей Миланой.