9 глава
Автор Эльмира Ибрагимова
…Зарифа даже не подозревала о любви Тагира к ней, хотя слышала от соседских девчонок: бывший сосед за пять лет после окончания вуза успел сделать многое: поработал на Севере, открыл фирму, защитил диссертацию. Мать парня гордилась успехами сына и рассказывала о нем соседкам, с которыми по-прежнему дружила. А каждая из ее подруг, имеющая дочерей, втайне мечтала о таком зяте.
Однажды Зарифа в очередной раз встретила Тагира в их дворе и украдкой рассмотрела парня. Заметила, что бывший сосед очень изменился внешне, возмужал и окреп, держится уверенно. Девушке показалось, что он, поймав ее взгляд, теперь смотрит на нее насмешливо и снисходительно, как обычно смотрят взрослые на детей. Зарифа была слишком молодой и неопытной, чтобы увидеть радость и умиление в глазах влюбленного Тагира. Подумала: «Надо же, смеется прямо в лицо. Вот и тогда, пять лет назад, шутил, ко мне сватался. Возьмет себе в жены теперь такую же ученую, как сам. Не на мне же, троечнице и домохозяйке, кандидату наук жениться? И какого черта он на меня пялится?».
Эти выводы в какой-то мере успокоили Зарифу. Она была реалисткой и никогда не мечтала о невозможном и недосягаемом. Девушка запретила себе даже думать о Тагире, хотя соседи с детства в шутку называли их женихом и невестой, вспоминая случай с качелями.
Тагир, решившись наконец на разговор с Зарифой, не знал, где и как встретиться с ней. После окончания школы девушка не училась и не работала. Забот ей хватало и дома, она присматривала за больной матерью, младшими братьями и сестрой.
Когда Зарифе исполнилось шестнадцать лет, Сапият, поздравляя дочь с днем рождения, не выдержала, расплакалась:
- Не могу на тебя смотреть, дочь, сердце разрывается. Ты такая красивая, а мы с отцом тебе даже приличное платье справить не можем. Все на мои лекарства уходит, хотя и толку от лечения нет.
- Зачем мне платье, мама? Я все время дома, если выхожу, то ненадолго в магазин или на рынок. Мне в брюках и свитере удобно, - успокаивала мать Зарифа, хотя нередко и сама стеснялась своей ветхой бессменной одежды, стоптанных туфель.
Зарифа часто задумывалась о том, как ей самой заработать денег для своих нужд и помощи семье. Деятельная и трудолюбивая, она легко нашла бы себе работу, согласилась бы за хорошую оплату на любую, самую тяжелую. Но оставить маму было не с кем, надо было заниматься братьями, водить их в детский сад, помогать младшей сестре с уроками. А еще готовить, убирать, стирать – хлопоты по хозяйству не имели конца.
Разбирая во время генеральной уборки антресоли и мамин сундук, Зарифа собрала все старые вязаные вещи с целью выбросить их или отдать кому-то. Но в последний момент девушку осенило: она научится вязать. Она вспомнила, как Алла Сергеевна, пожилая соседка по лестничной площадке, недавно принесла в подарок маме связанную своими руками жилетку.
- Неудобно мне, Аллочка, принимать такой дорогой подарок, - застеснялась тогда Сапият.
- Подарок у меня самодельный, - успокоила ее соседка. – Откуда у меня деньги, милая? Я старый свитер покойного мужа распустила, много ниток вышло. Постирала пряжу, заново отмотала и выровняла. Видишь, как старая вещь сгодилась: две жилетки связала – тебе и себе. Носи на здоровье, Сапият.
Алла Сергеевна в свое время преподавала домоводство в школе и вела кружок вязания во Дворце культуры. Но давно уже была на пенсии.
В тот же вечер Зарифа обратилась к соседке с просьбой научить ее вязать. А уже через два месяца щеголяла в модном свитере собственного изготовления. Потом с помощью Аллы Сергеевны связала младшей сестре шапочку, жилет, юбку. Поначалу ей хватало ниток из распущенных старых вещей. Потом появились первые заказы. А со временем девушка стала вязать и для продажи. У Зарифы оставалось мало времени на рукоделие, и потому прибыль была небольшой. Но это занятие позволило Зарифе одеться самой и младшую сестру приодеть. Через какое-то время модные свитера, связанные по моделям журнала «Бурда» надели и младшие братья. Заказы посыпались от родителей и воспитателей детского сада, куда Зарифа водила братьев, но девушка не всегда успевала выполнять их. Спасало одно – девчонки с их двора готовы были не только платить за ее работу, но еще и помогать рукодельнице по дому, ходить за нее в магазин и возиться с ее братьями, лишь бы девушка связала им что-то модное, из журнала. А потом Алла Сергеевна научила ее шитью, бисероплетению и вышивке.
- У тебя очень талантливая дочь, Сапият, из нее получится отличный художник-модельер, - хвалила она Зарифу, - и хорошо, что у девочки есть интерес к этому делу. Всегда сможет заработать на кусок хлеба и будет лучше всех одета.
- Спасибо, Аллочка, ты очень нам помогла. Зарифа всю семью приодела. Только жаль мне девочку, ночами не спит, вяжет и шьет на продажу, а потом весь день с нами возится. Падает она от усталости, круги под глазами. Мы с Юсупом виноваты, детей родили, а ничего для них сделать не можем. Вернее, только я виновата, муж из кожи ради семьи лезет.
- Ни в чем ты не виновата, болезнь Богом дается как испытание. И зачем Зарифу жалеть, она молодая, здоровая. Пусть работает, все это потом ей в замужестве пригодится. Женихов, наверное, у нее хоть отбавляй.
- Никто к нам еще не сватался, - грустно сказала Сапият. - Кому нужна бесприданница с кучей семейных проблем?
- Болезнь тебя совсем пессимисткой сделала, - поругала соседку Алла Сергеевна. - Нельзя так, Сапият, надо всегда на лучшее надеяться. Вот увидишь, какой парень к твоей Зарифе посватается, у всех рты открытыми останутся. Она же у тебя девушка красивая, работящая, и скромная.
- Кому это сейчас нужно, Аллочка? Ты же сама знаешь, на что женихи и их родители смотрят? А мы люди бедные. В сказки о Золушке я давно уже не верю.
- Все сказки из жизни взяты, подруга, в них вся соль жизни. И потому им нужно верить. Хотя и необязательно принца ждать. Попадется на пути Зарифы порядочный и толковый парень, отдавайте ее замуж, пусть даже за бедного. Деньги они потом вдвоем заработают.
В двадцать один год Зарифа казалась себе старой и уставшей. И уже не ждала принца, как мечталось когда-то в юности. Не мечтала о любви, не надеялась даже, что она в ее жизни может случиться. Но о семье, доме и детях нередко думала.
В один из дней Тагир с трудом дождался любимую в своем бывшем дворе – ему трудно было угадать, когда Зарифа выйдет из дому. Подруг девушки почти не осталось в старом дворе. Одни уехали учиться в другой город, другие вышли замуж, третьи – семьями переехали в другие квартиры и дома. Тагиру и спросить о Зарифе было не у кого. Просидев на одной из дворовых скамеек более двух часов, парень, потеряв надежду на встречу с Зарифой, собрался уйти. Но именно в этот момент из подъезда вышла она. Тагир залюбовался девушкой – красивая, стройная, Зарифа была одета небогато, но стильно. Одежда собственного изготовления ладно сидела на ее стройной фигуре.
-Зарифа, - окликнул девушку Тагир. – Мне надо поговорить с тобой.
Она повернулась и посмотрела на парня. В ее взгляде было спокойствие и удивление:
- Слушаю тебя…
Тагир растерялся от прямого взгляда ее пронзительно синих глаз и не сразу нашел слова. Она нетерпеливо сказала:
-У меня нет времени, Тагир. Спешу в поликлинику за маминым рецептом.
- Можно я довезу тебя на «белом коне», я привез тебе его, как обещал.
- Нет, я привыкла ходить пешком К тому же не помню, чтобы я тебе белого коня заказывала, – отпарировала острая на язычок Зарифа.
- Было такое, - сказал Тагир, уже справившись со своим смущением. – Помнишь, спросил тебя шесть лет назад: выйдешь ли ты за меня замуж, а ты ответила, чтобы я и не мечтал. Но я все равно мечтал все эти годы. А твоя подруга мне тогда подсказала: Зарифе нужен принц на белом коне.
- Допустим, так. Это ты, что ли, тот самый наследник престола? – насмешливо ответила парню Зарифа. - От скромности ты точно не умрешь.
-Я не принц, конечно. Решил начать перевоплощение с «белого коня». Можешь поверить: все у тебя будет, если замуж за меня выйдешь. И корона королевы тоже. Ради тебя я все сделаю.
- Опять та же шутка идиотская? - не зная, как реагировать на слова Тагира, возмутилась Зарифа. – Шесть лет прошло, а ты другой не придумал?
- Я не шучу. Делаю тебе предложение. Все для тебя: и моя рука, и мое сердце, и вся моя жизнь. Родители придут к вам за ответом. Прошу: перед тем, как ответить, подумай. Очень хочу, чтобы ты согласилась стать моей женой.
Девушка, шокированная неожиданным предложением, некоторое время молча стояла на месте, а смущенный Тагир поспешил уйти – боялся отказа своенравной любимой. Зарифа, провожая его глазами, увидела и «коня» - белую иномарку Тагира. Уже через минуту, резко взвизгнув тормозами, машина тронулась с места.
Вечером к ним пришла мать Тагира. Сапият, узнав о цели ее визита, была на седьмом небе от счастья. Она понимала, как повезло ее старшей дочери и с будущим мужем, и с его семьей. Женщина хорошо знала бывших соседей, в особенности Баху, и потому решила говорить с ней честно, ничего не скрывая.
- Хороший у вас Тагир, слов нет. Соседи часто его вспоминают, удивляются, что без всякой поддержки парень на ноги встал. И ученым стал, и деньги заработал. Не каждый так может. Ваш сын, Баху, завидный жених. Но мы не готовы к свадьбе, хотя давно дочь выросла. Так получилось, что я лежу, детей полный дом, Юсуп один работает. Не готовы…
- Понимаю, ты больна, Сапият. Уход тебе нужен, а Зарифа за тобой присматривает и семью на себе тащит. Только ведь несправедливо это по отношению к девочке. Ей замуж выходить пора, у ее ровесниц уже и дети на руках. Может, теперь твоя младшая дочь за вами присмотрит, когда наши молодые поженятся и уедут? И я при необходимости помогу Мадине, приходить к вам буду. Тагир очень вашу дочку любит, соседка. Не мешай их счастью.
- Ты не поняла, Баху. Не о нас сейчас речь идет, не о моей болезни. Я для дочери приданое приготовить не успела, у нас ничего нет из того, с чем провожают невест из родительского дома. Только постель успела хорошую справить, когда еще на ногах была, а больше ничего не смогла купить.
-Ты приготовила нашим детям самое главное, - попыталась шуткой успокоить больную женщину Баху. - Будет им, где о наших внуках думать. Остальное молодые сами купят, не переживай. Сын у меня парень не бедный, слава Аллаху. А мы с Ахмедом – такие же, как и ты, к жизни не приспособленные. Никогда не умели с деньгами дружить. Спасибо, сын самостоятельным оказался. Очень мне хочется, чтобы он счастливым был. А Тагир заявил категорически, что женится только на вашей дочери или не женится ни на ком.
…Зарифа долго не могла поверить в то, что все события ее жизни, связанные с Тагиром, происходят на самом деле. Она уже и не надеялась на удачный брак, объяснив себе, как и мать, отсутствие женихов бедностью и проблемами своей семьи. Хотя подруги не раз говорили:
- Женихов нет, потому что живешь затворницей. Не учишься, не работаешь, никуда не ходишь. Где же молодым людям с тобой знакомиться? Одна надежда – если к тете Сапият по вызову врач-мужчина придет.
- Не собираюсь я на дискотеках и вечерах себе мужа искать. Не переживайте за меня, не будет жениха – значит, не судьба мне замуж выходит или время не пришло. А если судьба – он появится в моей жизни в любом случае.
- Многие старые девы так рассуждали. А потом, когда из-под носу уходил последний вагон, не успели в него запрыгнуть. Сокрушались, но было поздно, - возражала ей одна их подруг-ровесниц, Аида, которая успела не только выйти замуж, но и родить. - Сейчас девушки активнее должны быть, другие времена пришли. Если еще пару лет дома просидишь, шансы на семью у тебя еще убавятся. Отбросы всякие останутся: разведенные, с детьми, дурными привычками и проблемами.
- Ты говоришь так, как будто мне уже сорок… Мне и двадцати двух пока нет, думаю, еще не вечер, - смеялась Зарифа.
- Сама не заметишь, как завечереет, подруга. Забываешь, в какое время живем! Любой сорокалетний легко на шестнадцатилетней девочке женится, если у него карман не пустой. Вот и думай, сколько конкуренток у тебя с каждым годом прибавляется.
О Тагире Зарифа с соседскими девчонками вспоминала нередко. Он и его родители поддерживали многолетнюю дружбу с соседями, бывали на свадьбах и торжествах в их дворе. Парень нередко приходил к своим друзьям детства, а каждая из соседских девушек на выданье в душе надеялась, что завидный жених обратит внимание именно на нее.
Не надеялась на это только Зарифа. Парень нравился ей, но без влюбленности и особого трепета. Девушка трезво оценивала все его достоинства: привлекательную внешность, атлетическую фигуру, доброжелательность, отсутствие вредных привычек, образованность и то, что в свои годы он сумел многого достичь. Зарифа сравнивала его с знакомыми ребятами, и это сравнение всегда было в пользу Тагира.
Предложение Тагира шокировало не только саму девушку, но и всех домашних, подруг, соседок.
- Я же говорила тебе, Сапият, что Зарифу ждет светлое будущее, – от всей души радовалась за свою подопечную Алла Сергеевна.
Согласие девушки окрылило Тагира и он, сразу взявшись за подготовку к свадьбе, успокоил родителей Зарифы:
-Все расходы беру на себя. Вы только скажите, сколько гостей будет, и какие у вас пожелания. О приданом и не думайте, нам с Зарифой предстоит переезд, обустраиваться будем на новом месте. Там все купим.
Учитывая, что у Сапият и Юсупа, выросших в детдоме, родственников почти не было, свадьбу жениха и невесты решили объединить.
За неделю до торжества Тагир отвез невесту в свадебный салон, где ей предстояло выбрать платье, обувь и аксессуары к торжеству. Девушка, зачарованная обилием белоснежной красоты, вначале остановилась у роскошного гипюрового платья, но, увидев цену, тут же отошла к более скромным нарядам. Тагир заметил это, и когда Зарифа показала ему платье из другой серии, взял девушку за руку и подвел к наряду, который понравился ей вначале:
- Мне это платье больше нравится, Зарифа. Примерь его.
-Но оно слишком дорогое, Тагир! Коллекционное, французское… А мне и это вполне сгодится. Оно тоже красивое. И стоит в четыре раза дешевле.
-Не надо дешевое платье покупать для моей дорогой невесты. Иди и примеряй это. Чем моя будущая жена хуже французских невест?
Зарифа заметила, с каким восхищением посмотрели на Тагира в этот момент молодая продавщица и хозяйка салона, а он, подмигнув им, переспросил:
- Я же прав, девушки? Моя невеста просто обязана быть в королевском платье. В самом лучшем.
С каждым днем Зарифа все больше узнавала своего жениха и смогла оценить его доброту, заботу, внимание, щедрость.
Они вместе ездили по магазинам и покупали вещи для традиционного «чемодана невесты», и опять Тагир удивлял девушку широтой и щедростью. Он возмутился, когда Зарифа, стесняясь расходов жениха, предложила купить для чемодана только самое необходимое, всего понемногу: по паре зимней и летней обуви, костюм, два платья, пару блузок и юбку, сумочку.
-Я не на вдове женюсь, а на прекрасной девушке, причем любимой. Я в состоянии купить тебе все, что носят невестам другие. Потому и отложил нашу свадьбу на годы.
Тагир купил Зарифе гораздо больше украшений, одежды и обуви, чем обычно носят в подарочных «чемоданах» другие. В особый восторг привела девушку и белая норковая шубка, которую он принес накануне свадьбы, в день ее рождения.
- Отгадай, что здесь? – сказал Тагир, передав невесте большой сверток.
Зарифа взяла в руки легкий и мягкий пакет и, обследовав его руками, сказала:
- Кажется, мягкая игрушка, мягкая-премягкая. Мишка или собачка?
- Доставай свою игрушку, - улыбаясь, сказал Тагир.
Зарифа не поверила своим глазам. Повертев в руках роскошную невесомую шубку, спросила:
- Это мне, Тагир?
- Нет, конечно, себе, любимому, купил, - пошутил он. - Как думаешь, подойдет?
Восторгу девушки, примеряющей шубку, не было предела, а Тагир с нежностью и умилением смотрел на невесту и думал: он сделает все, чтобы она всегда радовалась и была с ним счастлива.
За несколько дней до свадьбы Тагир протянул девушке деньги:
- Купи сестренке и братьям обновки на свадьбу, это мой им подарок. Я бы сам это сделал, но они меня стесняться будут. Только об одном прошу – не экономь, покупай качественные вещи.
Зарифа растерявшись, посмотрела на деньги:
- Зачем? Даже неловко…
Тагир перебил девушку заранее приготовленным оправданием:
- Это обычай такой, ты просто не знаешь традиций. В чемодан невесты кладутся подарки не только для нее, но и для близких.
-Знаю я традиции. Подарки в чемодане бывают для родителей, и твоя мама уже купила их, я знаю.
- Какая же ты непослушная, – отшучивался Тагир. – Ни в чем с будущим мужем не соглашаешься. Сколько лет мне понадобится на укрощение строптивой жены?
-Но тут много денег, Тагир. Зачем так много?
- Друзей и денег не бывает много, слышала песню с такими словами?
Тагир настоял, и Зарифа купила обновки для всей семьи.
Свадьба молодых была роскошной и веселой. А Зарифа необыкновенно красивой в своем белоснежном свадебном платье и воздушной фате, сплошь украшенной цветами. На два часа в банкетный зал привезли и Сапият в инвалидной коляске, и женщина от радости за дочь заплакала.
Тагир не мог отвести взгляда от невесты. Зарифа чувствовала себя легко рядом с женихом, Он ей очень нравился. Мучила лишь одна мысль: жаль, что она не любит Тагира. Не любит так, например, как любят в кино. У них же все случилось как-то чересчур быстро.
- Как странно мы с тобой поженились, Тагир, без любви, - немного грустно сказала Зарифа мужу, когда они остались одни, и тут же испугалась своих слов. Ей не хотелось обижать мужа. Но тот был слишком великодушным, чтобы обидеться на любимую. Он привлек молодую жену к себе и, поцеловав в глаза, ответил:
- Глупая ты у меня. Как это без любви? Я люблю тебя так, как никто никого не любил. Девятнадцать лет тебя люблю. У кого, скажи, такой стаж любви до свадьбы бывает? А ты… Ты меня полюбишь. Все для этого сделаю, жизни не пожалею. А сейчас я счастлив уже от того, что ты рядом.
Тагир оказался прав: Зарифа, с каждым днем раскрывая для себя мужа в его поступках, словах, делах, отношении к себе и другим, полюбила его. Особенно трогала молодую женщину забота Тагира о ее семье. Он относился к родителям Зарифы не как зять, а как сын. И потому уже через два года, крепче встав на ноги, полностью взял обеспечение родных жены на себя.
…Зарифа с головой ушла в воспоминания, из которых ее вернул голос мужа.
- Что с тобой, дорогая? Я уже несколько раз задал тебе вопрос, а ты вся в размышлениях. О чем ты думаешь, если не секрет?
- О тебе, о нас, - с теплотой глядя на мужа, ответила Зарифа. - Вспомнилось вдруг все. Спасибо тебе…
- Сентиментальной становишься жена, надеюсь, это не признак старости, - отшутился смущенный Тагир. Ему всегда было неловко слышать благодарность от жены. Как же она, глупая, не поймет, что ради нее он и жизнь отдать готов.
- О чем ты спросил, Тагир? - обратилась к мужу Зарифа. -Внимательно слушаю тебя.
- Может, возьмем тебе помощницу по хозяйству? Договорись с кем-нибудь из соседок. Она готовить тебе поможет и с мамой. А то Мадина работать пойдет, у тебя забот прибавится: за школьниками смотреть придется, за мамой, за Магомедиком. И гости у нас часто бывают. Не хочу видеть тебя измученной.
- Не беспокойся, Тагир. Ты забываешь: твоя жена с детства к труду приучена. Я все успею сделать сама, а то уставать уже стала от безделья и поправляться, - успокоила мужа Зарифа. – Боюсь, что найдешь мне замену среди стройных красавиц.
- Не найду, лучше тебя женщины нет и не будет, - вполне серьезно сказал Тагир и, поцеловав жену, ушел на работу.
В первый же вечер Зарифа позвала младшую сестру в свою просторную кухню – выпить чаю и поговорить по душам. Разговор не клеился, что очень удивляло Зарифу. Мадина была по-прежнему подавлена и вяло, односложно отвечала на ее вопросы. Обычно, приезжая к родным, Зарифа наговориться с сестрой не могла, и инициатива их общения всегда исходила от Мадины. Та бегала за старшей сестрой по пятам, рассказывала ей все свои секреты.
«Она совсем еще ребенок, - думала Зарифа и с удовольствием позволяла сестренке щебетать без умолку, все время быть рядом, часами таскать ее по вещевому рынку в поисках кофточки или сумки. - С кем ей делиться, если не со мной. Близких подруг у нее нет из-за нескончаемых домашних дел». Приезжая домой, Зарифа всегда брала домашнее хозяйство в свои руки, умоляя сестру устроить себе короткий отпуск на время ее пребывания в родительском доме.
Мадина радовалась каждому телефонному звонку старшей сестры, общаясь с ней подолгу, пока мама не напоминала дочери о высоких тарифах межгорода.
Сейчас Зарифа не узнавала сестру – всегда общительную и жизнерадостную. В ее душе словно выключили свет.
- Скажи честно, сестренка, ты из-за Мурада своего расстроилась? Из-за разлуки с ним?
Мадина вздрогнула и удивленно посмотрела на Зарифу, задаваясь вопросом: откуда той известно об их разрыве с Мурадом? Но уже из следующей фразы поняла: сестра имела в виду совсем не ту разлуку, которая сейчас съедала ее сердце.
- Ничего страшного! Во-первых, проверите ваши чувства. Во-вторых, у нас не Америка. Узбекистан - страна безвизовая, а твой Мурад – парень не бедный. Будет приезжать в Ташкент, когда захочет. Остановится в гостинице или устрою его на постой к нашим семейным друзьям. Есть телефон, интернет на первое время. Но может, не стоит надолго откладывать вашу свадьбу? Его родные не бедствует, поддержат единственного сына, пока учиться будет. Или вместе учиться будете, ты же так хотела… Теперь это возможно, родители и братья – с нами…
Зарифа удивилась странной реакции сестры на слова о будущей свадьбе с Мурадом. Мадина в свое время все уши ей прожужжала разговорами о любимом, а сейчас молчала, напоминая ежика, свернувшегося в колючий клубок. В глазах девушки показались слезы, ком сдавил горло Мадины, и вся она болезненно сжалась. Не желая продолжать этот разговор, девушка только покачала головой. Зарифа забеспокоилась:
- Что с тобой, родная? Мы с Тагиром позаботимся о маме и мальчишках. А когда вы с Мурадом поженитесь…
- Мы с ним не поженимся, Зарифа. «Нас» уже нет. Есть только «я» и «он». Но не хочу об этом сейчас говорить, может быть, потом, когда-нибудь.
Зарифа растерялась, услышав эту новость, но приставать к сестре с расспросами не стала. Задала только один вопрос: Мурад обманул, предал, бросил ее?
-Нет, просто я не люблю его больше, - ответила девушка, не глядя в глаза старшей сестры.- И потому оставила его сама.
- Ничего не понимаю, Мадина…
- Это трудно пока понять. Но я сказала тебе правду, я больше не люблю Мурада и не собираюсь связывать с ним жизнь. Я не жду его приездов, писем, телефонных звонков. Хотя, наверное, они будут, Мурад еще не знает о том, что я его оставила.
Растерявшаяся Зарифа решила сменить тему разговора:
- Может, тебе пока рано выходить на работу, Мадина? Куда торопиться? Надо нервы привести в порядок, отдохнуть. А хочешь, Тагир тебе какой-нибудь тур купит, съездишь, мир посмотришь. Он к тебе очень хорошо относится… И я хочу, чтобы ты расслабилась немного после своих переживаний. Не думаю, что между вами все кончено. Так не бывает.
-Бывает, - только и ответила Мадина, поспешив уйти спать. Сегодня у нее не было сил продолжать трудный разговор. А завтра она попросит зятя поскорее устроить ее на работу, неважно, какую. Ей надо уйти с головой в дело и постараться забыть обо всем.
Мысли о Мураде не оставляли Мадину ни на минуту. Иногда девушка сомневалась в правильности своего решения. Зачем она его оставила, причем тут Мурад? Надо было объясниться с парнем или написать ему письмо. Но что она могла написать Мураду после ультиматума его матери? Мадина не желала ставить любимого перед трудным выбором: она или его родители, для которых Мурад был смыслом жизни. Решив расстаться с ним, Мадина почувствовала пустоту и холод вокруг себя. Словно жизнь из цветной и радужной превратилась в черно-белую.
«Расставанье – маленькая смерть» - как это точно сказано, - размышляла девушка о своей жизни без Мурада. – Но не я первая и не я последняя из тех, кто расстался с любимым. Значит, не судьба нам быть вместе, - успокаивала себя девушка. - Как у нас может сложиться семья, если его мать против? И я своей маме обещала не выходить замуж за того, чьи родители против брака со мной».
Мучило Мадину и еще одно обстоятельство: Хадижат Исмаиловна в разговоре не раз подчеркнула, что знает о случившейся между ними близости. Мадине было стыдно и больно: почему любимый рассказал обо всем, что было между ними в Москве, матери? Он ведь обещал, что никто об этом знать не будет? Или его мать на другие аргументы не реагировала, и Мурад решил использовать самый веский довод? А что, если он и в самом деле решил жениться на Мадине только из-за произошедшего между ними? Если так, то ей не нужна эта жертва. Впрочем, какая разница, точка уже поставлена.
Сомнения терзали душу девушки, а обида, плохой советчик, подсказывала: мать Мурада права. Он сказал родителям об их отношениях только после их приезда из Москвы. А ей, Мадине, задолго до того лгал, что родители в курсе их отношений.
…Мадина увидела в окне посветлевшее небо и поняла: она опять встречает рассвет. В последние дни от мучительных переживаний девушка совсем потеряла сон. И все-таки хорошо, что они приехали к Зарифе. Как бы Мадина сейчас справлялась с хозяйством, с мамой, мальчиками, - у нее совершенно нет сил. А здесь она сможет уединиться в своей комнате, побыть наедине с собой, не рискуя, что мама заметит ее слезы.
Усилием воли Мадина остановила поток своих невеселых мыслей, от которых, казалось, распухла воспаленная голова, и заставила себя уснуть. «Надо взять себя в руки, иначе я с ума сойду. Завтра же попрошу Тагира устроить меня на работу», - эта мысль была у Мадины последней перед уходом в тяжелый полуобморочный сон.
Узнав о желании Мадины немедленно выйти на работу, Тагир развел руками:
- Но так быстро устроить тебя в школу не получится, Мадина. Для начала мне надо заняться твоей регистрацией, документами. Надо подумать, где тебе будет лучше. Я хотел бы устроить тебя к своим знакомым.
Мадина сказала зятю, что согласна на любую работу, необязательно в школу.
Тагир рассказал жене о разговоре с Мадиной и добавил:
- Как видишь, я был прав, у твоей сестры явная депрессия, и она решила спасаться работой. Может, это и правильно. Если Мадина так рвется работать, могу предложить ей пока работу в моей фирме. Зарплата будет выше, чем у директора школы, а работа интересная. К тому же, встречи с ней ждет-не дождется мой Нариман. Это единственный человек, которому я смогу доверить родственницу, знаю, он Мадину не обидит. А если они найдут общий язык, подружатся, то у Наримана самые серьезные намерения. Они были бы хорошей парой.
- Об этом еще рано думать, - ответила Зарифа, вспомнив свой разговор с сестрой. – Но если они в дальнейшем решат быть вместе, я буду рада. Нариман – человек надежный.
- Ты займись девочкой, Зарифа. Поводи ее по магазинам, салонам красоты, купи ей обновки, сделайте прическу или еще что-то.
- Уже предлагала. Мадина отвечает, что у нее вполне достаточно одежды.
- Скажи, что на моей фирме существует особый дресс-код для сотрудниц, они должны быть одеты презентабельно, у нас иностранные гости бывают. Придумай что-нибудь, - посоветовал жене Тагир.
Через два дня Мадина в первый раз пришла в офис фирмы, и Тагир представил коллегам новенькую:
- Прошу любить и жаловать Мадину. Новоиспеченный специалист с высшим образованием и красным дипломом, хотя в нашем деле опыта не имеет. Надеюсь, поможете моей родственнице быстрее освоиться на новом месте. Обещаю: никаких поблажек в дальнейшем, когда девушка войдет в курс дела, для нее не будет, - полушутя сказал коллегам Тагир за чаепитием, которое устроили в честь новенькой молодые сотрудницы.
Но Тагир мог не беспокоиться о Мадине, с первых минут ее появления в офисе ее заботливым опекуном стал его партнер и друг Нариман.
- Ты не узнала меня, Мадина? - спросил он девушку, когда они остались вдвоем в его кабинете – Нариман должен был передать ей бумаги и ввести в курс дела.
- Узнала, - спокойно ответила Мадина, вспомнив их первую встречу и события семилетней давности. Нариман в день свадьбы сестры и несколько дней до нее по пятам ходил за Мадиной, пока Тагир не сделал ему замечание.
Мадина слышала тогда их диалог:
- Нарик, надеюсь, мне не надо напоминать тебе, что Мадина – моя родственница, и ты должен вести себя с ней соответственно.
- О чем ты говоришь, Тагир? Разве я хоть словом обидел эту девочку?
- Ты съедаешь ее глазами, и это замечают все вокруг. Неудобно, успокойся…
- Мне тоже захотелось жениться, Тагир. Давай увезем в Ташкент обеих сестер.
- Не говори глупостей, Мадине только недавно пятнадцать лет исполнилось. А ты у нас – мужчина в полном расцвете сил, я на год тебя моложе.
-Хорошо, давай засватаем Мадину, а через два-три года я женюсь на ней. Она красавица, о такой можно только мечтать.
-Не советую мечтать зря, это вредно. Тебе уже сейчас нужна жена, через два года тридцать стукнет. А Мадина – школьница, в девятом классе учится и собирается в вуз поступать.
Мадина помнила, как она, услышав тогда этот разговор, покраснела – ей было приятно, но неловко слышать о себе такое. На свадьбе Нариман не раз приглашал ее на танец, осыпал деньгами, не сводил с девушки глаз. Несколько раз Нариман попытался поговорить с ней, но девочка умело избегала уединения с ним. А при всех он ничего ей сказать не смог. Уезжая вместе с молодоженами в Ташкент, Нариман зашел к ним проститься. Тогда и выбрал время, чтобы на кухне сказать девушке одну-единственную фразу:
- Я за тобой вернусь, Мадина.
Она ничего не успела ответить, а его уже и след простыл – Нариман боялся услышать отказ, надеялся на время, которое будет работать на него. Он регулярно звонил девушке, спрашивал о делах и здоровье мамы, поздравлял со всеми праздниками. Как минимум раз в году он приезжал к ним вместе с Тагиром и Зарифой. И каждый раз с подарками для Мадины – это были мягкие игрушки и сувениры, конфеты и фрукты. Через два года, когда Мадина стала студенткой, Зарифа сказала сестре о намерении Наримана жениться на ней и посоветовала Мадине серьезно подумать об этом предложении.
- Понимаю, у вас большая разница в возрасте – тринадцать лет. Но Нариман – парень хороший, надежный, так что ты подумай.
Мадина тогда честно призналась сестре, что ее сердце несвободно. А Зарифа поначалу ответила Нариману, что сестра до окончания вуза замуж не собирается. Но поняв, что и эта отсрочка его не остановит, не стала обнадеживать друга семьи. Втайне от мужа деликатно намекнула ему, что у младшей сестры есть парень.
Через год Нариман женился на местной девушке Ларисе, менеджере их фирмы. Отец жены, узбек, после службы в советской армии привез ее мать из Подмосковья. Как большинство детей, родившихся от смешанных браков, Лариса была красивой и талантливой. Белокожая, с черными миндалевидными глазами и водопадом иссиня черных волос, Лариса всегда пользовалась успехом у мужчин. Клиенты, приходившие в офис фирмы по делам, забывали о своих целях и тут же принимались ухаживать за девушкой, присылали ей букеты цветов, звонили и подъезжали к концу рабочего дня, чтобы встретиться с ней. Но Лариса, спокойно реагируя на привычное мужское внимание, обратила свой взор на неженатого Наримана. Ей было двадцать пять лет, и она хотела замуж, отчетливо понимая при этом: многочисленные ухажеры из числа богатых клиентов фирмы имеют на нее другие планы. Внимание красавицы было лестно, и Нариман, поначалу равнодушный к девушке, спустя некоторое время ответил ей взаимностью. Повстречавшись с Ларисой пару месяцев, он предложил ей руку и сердце, хотя отдавал себе отчет в том, что девушку не любит. Нариман верил, что со временем стерпится – слюбится. Но не сложилось. Супруги были слишком разными во всем: целях жизни, привычках, ценностях.
Продолжение следует...